Чтение онлайн

К вечеру для испытания нам был предложена опытная модель стола. Выглядел он забавно, как в детской книжке про трёх медведей: столешница, как и полы в Южной башне - из половинок брёвен, а ноги по узким сторонам — из целых бревёшек, крест-накрест. Между ногами — поперечина-подножка, да ещё пара угловых подпорок под столешницей, чтоб ноги не скашивались. Ноги стола, я имею в виду, ха.

И хотя брёвна для столов выбирались не самые толстые, а, скорее, наоборот, таскать этот стол мужики предпочитали вчетвером. А ещё лучше — вшестером. Нет, девочки тоже смогли бы, но выглядело это примерно как толпа муравьёв, которые тащат в муравейник сосиску.

Вы не думайте, что это было такое дикое изделие с торчащими суками, корой и занозами — нет! Предполагалось же, что эти столы — надолго. Брёвнышки были ошкурены, выглажены, столешница аккуратно подогнана и выравнена по высоте, ничего нигде не цеплялось. Поверхность была пропитана маслом и воском, структура дерева сразу заиграла — и практично, и глазу приятно. Красота!

Девчонки все по очереди посидели за этим столом. Интересно же! После них стол захватили индейцы, довольные!

Мужики в честь окончания башни натопили нашу новую мобильную баньку, оттащили её подальше к холодным заливчикам, парились и с гыканьем сигали в реку. Ну и ладно, мы завтра пойдём!

ИНДЕЙЦЫ И ПРАВЫЙ РУКАВ

Новая Земля, Остров-острог, 19 числа второго месяца 0001 года

С утра мне показалось всё ещё рановато для сбора ягод — ягодная мякоть набрала в себя дождя и будет водянистой, ещё денька бы подождать. И тут меня посетила гениальная идея: поручить мелким индейцам посадку стены! А что? Парни все лунки для лиственничек ещё позавчера докопали. Лика за последнее время от непрерывной практики изрядно поднялась и в обморок почти уже не брякалась. Сейчас поставим им невыполнимую цель — и останется только любоваться.

Видели бы вы, как эти архаровцы напыжились от осознания важности задачи! Брови сурово сдвинуты, губы решительно поджаты — хоть сейчас на плакат о комсомольцах-добровольцах. Каждый похватал лопату (хорошо, инструментов сейчас много), чуть не уволокли обе наших садовых тачки — еле мы у них отбили одну, чтоб рыбу возить.

Вот, кстати! Тачек всего две, сразу запишу в нужное. И бочек тоже бы ещё. Я же под засолку прихватила три, из расчёта максимум на человек пятнадцать (думала: рыба, грибы, капуста), а тут такая орава! Да ещё мы приторговывать взялись — значит, по сортам надо разбирать. Вчера как попёрло — и все три бочки теперь заняты, и обе стальных кастрюли, которые нам Мирон подогнал — ну эти, бачки. Вчера рыбу, которой мало было — ельца, например — пришлось по мелким кастрюлькам распихивать. Хорошо сейчас полевая кухня есть, иначе в чём бы варили — ума не приложу.

И банки нужны. Мелкие — на продажу, большие — нам. Может, пластиковые ведёрки попробовать, кстати? Морочиться с мытьём не надо: расфасовал — и в путь.

Девки молодые вошли в раж — смотрю, снова на рыбалку понеслись, сегодня — с восточной стороны острова.

В Правом рукаве, по течению немного ниже брода, было много тёплых, заросших водорослями-ёлочками заливчиков, полных сороги, за которой ходили хищные пятнистые щуки. В самых мелких ближних держались в основном сеголетки-«карандашики», чуть дальше попадались рыбины сантиметров по семьдесят, ещё чуть поглубже — метровые, а в самых дальних, более глубоких, но всё ещё тёплых ходили такие брёвна, что страшно было и подступаться. После того, как эти дурищи оборвали нам несколько лесок и пару раз искупали рыбаков, рванув за удочку, мы решили, что ну его нафиг, и вернулись в более мелкую заводь. Всё-таки метровые щуки — это уже здорово, согласитесь? И то случалось, что ребятишкам приходилось воевать с рыбиной вдвоём, а то и втроём. Видя такую картину взрослые, кто был рядом, торопились на помощь.

Мы с Мариной остались помогать на кухне. Через полчаса прибыла первая тачка с уловом. Ну, красивая рыба, крупная, прямо отборная! Ох, какие щуки! Попросить, что ли, Валю пожарить? Щуки жареной охота, шопипец. Это, конечно, караул — на такую толпу жарить. Но хоть разок… Соберём все сковородки. Вон помощниц сколько, пущай учатся.

Я достала рыбную доску с прищепкой и засела чистить.

Кстати, делюсь лайфхаком: щука отлично чистится металлической сетчатой кухонной губкой. И шкуру не рвёт, и отчищает до нуля без особенных усилий — даже это противное плотное место сразу за башкой и тонкое бюхо. Пользуйтесь!

Я героически взяла на себя щук. Вот люблю эту рыбу — и жареную, и копчёную, и даже солёная она вкусная, но чешуя, блин, самая противная. Противнее только ерши, с этими я сказала вообще ко мне не подходить, а лучше сразу их назад в реку кидать. Чешуйки плотные, колючие и склизкие до невозможности. Бр-р-р!

Мужики всем гуртом решили сегодня кинуться на вторую башню да на доделку погреба. Вова с утра таскает брёвна с делянки. Ещё четверо помощников — те заготовки, что помельче, гуртом. От топоров стоит такой весёлый тюк на всю округу!

Я бодро ширкала сеткой по рыбьей спине. За монотонной работой легче думается.

Мужиков-работников у нас прибавилось почти что вдвое. Сила! На стену взрослые уже не нужны. Северную башню достроят — острог, считай, готов. Погреб есть — уже проще. Надо ещё мост, чтобы с повозками нормально можно было ездить. Ну в самом деле! Рыбы вон сколько! Мы столько не съедим, без ледника попортится, даже в погребе. Значит, надо продавать. Вову чтоль без конца гонять? Так бы погрузились трое-четверо мужичков…

Чья-то тень загородила мне солнце.

— О, щука! Пожарим? — Вовка! Он наклонился, поцеловал меня в шею, вкусно пахнув свежесрубленным деревом.

— Да вот хочу Валю озадачить. Ты куда?

— На нижней делянке ещё двадцать брёвен под башню заготовлено. К обеду хочу управиться.

— Ну, давай!

Не успела я разделаться с первой партией, как принеслась Мария-Маэтрил и прикатила ещё тачку рыбы. Одни щуки, здоровые, как поленья!

— Так девки! Давайте двух-трёх помощников на чистку! Не вывезем.

— Ладно! — Маэ тряхнула голубой чёлкой и умчалась, громыхая тачкой.

Из помощников первой пришла Даша.

— Ну ты чё, мать? Опять на чувство долга тебя девки взяли?

— Да нет, — Даша засмеялась, — Мы считалкой посчитались. Сейчас ещё девчонки придут.

— Считаются?

— Ага.

АКТАШ ВСПОМИНАЕТ, КАК ЛАЯТЬ

Ближе к обеду я поняла, что нет уже больше сил смотреть на эту рыбу, и слиняла под предлогом позвать ребятишек, выкапывающих саженцы лиственничек недалеко от брода, на обед.

Мелкие лазили по подлеску, время от времени тюкая лопатками. Акташ, умотанный интеллектуальными собачьими упражнениями, спал в тени куста. Андле, как всегда сопровождавшая детей, стояла на протоптанной уже к броду тропинке и смотрела на другой берег из-под руки. Я подошла, встала рядом и тоже уставилась в ту сторону.

— Ты чего тут?

— Да не пойму…, — тополино-зелёные глаза смотрели непривычно тревожно, — Барон прошёл, сказал последнее бревно возьмёт и пойдём на обед — и нет — и нет…