Чтение онлайн

— Малая, прекратить меня ТАК рассматривать. — Пока я изучала его лицо, он успел меня донести до площадки у входа в Храм.

— Как ТАК?

— Вот так как. — Парень резко разжал руки, и я словно мешок картошки плюхнулась в сугроб.

— Аааа, ты чего творишь? — Быстро подскочила на ноги, но мои каблуки предназначенные для хождения по чищенному асфальту, отказались сотрудничать со снегом и застряли в нем под углом так, что я потеряла равновесие и вновь вот-вот снова окажусь в сугробе.

Но тут сильные руки телохранителя меня словно репку из сказки, выдернули и прижали к себе. Я впечаталась лицом в распахнутую грудь охранника, тут же подумав, как хорошо, что на нем чёрная водолазка, похоже косметику я всю оставила на ней. Мои ноги почувствовали опору. В целом тут никто не чистил снег, а эта зима к тому же выдалась очень снежной. От дороги сюда тянулась узкая тропинка утоптанная людьми, шаг влево — шаг вправо, утонешь в снегу. Мы собственно на этой дорожке и стояли с Андреем, едва умещаясь на утоптанной части. Руки парня покоились на моей талии, я в момент припечатывания моего тела к его торсу, схватилась мёртвой хваткой об края его дубленки, уж очень не хотелось снова в сугроб.

Мой страж осмотрел периметр, машинальные действия, отточенные годами. Убедившись, что все спокойно устремил взгляд на восточный горизонт. А я продолжала разглядывать его. Какой же он красивый, я получала эстетическое удовольствие. Голубые глаза отдавали холодом, выказывая, что чувствам места нет. Светло-русые волосы под армейскую стрижку гармонично смотрелись с его многочисленными следами от драк. Андрея, действительно, шрамы украшали.

— Ты опять за своё. Хватит уже сверлить меня. Посмотри туда. — Он указал пальцем в сторону кварталов. — Сейчас там пустыри, но в скором времени тут не останется пустого места, все будет застроено домами.

— Оооо, это ещё не скоро.

— Я бы так не сказал.

Он ещё что-то хотел поведать, но мне не хочется говорить о градостроительных планах города. Хочется ощутить романтику, тем более все для этого есть: уединённое место, красивый парень, стоит обнявшись, и, естественно, вечерняя заря.

Я указала в сторону садящего солнца.

— Андрей, посмотри как красиво.

Он развернулся и встал боком к западу, нам обоим стало удобно наблюдать за закатом. Я отпустила куртку парня и положила ладони на его накаченную грудь. Было желание его обнять, но не хотелось натыкаться на кобуру. Зачем в очередной раз напоминать себе, что он телохранитель и работает на мою семью, и то, что сейчас это всего лишь по долгу службы быть рядом со мной.

По мере того как солнце начинает скрываться за горизонтом, небо охватило огненно-красные и оранжевые оттенки, словно языки огня.

Разные оттенки пурпурного, коричневого и золотистого цветов ласкают глаза, создавая ощущение нежности и трепета.

Когда солнце исчезло полностью, причудливые и нежные оттенки фиолетового и синего цветов усилились, отражаясь на поверхности зданий, сооружений и даже на наших лицах.

— Малая, ты мне что-то задолжала. — Я с непониманием уставилась на парня. — Поцелуй, малинка.

Он сплюнул в сторону жвачку.

Я почувствовала, что одна его рука усилила объятие, а другая переместилась на мою шею, ближе к затылку, сковывая моё движение головой. Андрей наклонился, заглядывая в мои глаза, считывая моё безмолвное согласие. И он, сначала нежно и бережно смял мои губы своими, а после усиливая, словно набирая высоту, углублял поцелуй. Я пытался как-то участвовать во всем этом процессе и даже проявлять активность. Парень оторвался от меня.

— Малая, расслабься. Тупо получай удовольствие, плыви по течению.

И с новой силой набросился на мои губы. Чередуя нежность с силой. То ласково вбирая нижнюю губу, то жёстко обхватывая их проталкивал язык внутрь меня. Я рефлекторно то дразнила языком, то посасывала.

Не могу сказать сколько прошло время, но на улице уже совсем стемнело, когда Андрей оторвался от меня, оставляя мятное послевкусие. Сделала для себя заметку, что бы тоже жевать жвачку перед поцелуем. Хотя Андрей почти всегда её жуёт, и поцелуй был не причиной для этого.

— Малинка, а ты оказалась очень вкусной — ягодной. — Задорно улыбнулся парень. Я засмущалась. — Давай возвращаться.

В это раз он более бережно взял меня на руки и легко донес до машины, где осторожно поставил на ноги и помог сесть в неё. А внутри меня ждали мои розы. Я обняла букет и счастливая вернулась с самым дорогим для меня человеком домой.

С этих пор, отношения между нами стали теплее, и даже интимнее. Когда мы оставались одни, а это происходило все чаще и чаще, Андрей прижимал меня к себе, распуская не только губы, но и руки. И позволял себе чуть больше, чем до этого. Раздвигая рамки дозволенности.

Он часто дарил мне подарки. Часто накручивал мои локоны волос на палец. Он вообще, оказался очень тактильным человеком, которому требовалось соприкоснуться со мной. Теперь он часто позволял себе держать меня за руку, даже перед другими людьми, и даже перед моим отцом.

Первый раз я испугалась, пыталась высвободить ладонь, когда в доме мы наткнулись на папу, но Андрей не позволил, с силой сжал и демонстративно поздоровался со своим шефом.

— Добрый день, Шамиль Камилевич. — С достоинством смерил взглядом моего родителя.

Папа лишь усмехнулся.

— Здравствуй, Андрей. Будь бдительнее.

— Я вас не подведу.

Короткий разговор, из которого следовало, что отец в курсе всего. Ну или я накручиваю себя.

Как-то быстро в этом году прошла зима и быстро растаял снег. Веяло весной, природа просыпалась, птицы заливались пением.

И я должна порхать пробуждаясь вместе с природой, однако мне не до веселья. Март заканчивается, а значит и заканчивается наше с Андреем безмятежность, потому что в апреле на целых 2 недели у него сборы, он уедет на физическую подготовку в Марийку. А я останусь с Рамилем. Вообще, вся охрана периодически проходит курс переквалификации, что бы не утратили физическую боевую форму. Поэтому, на время своего отсутствия они чередовались друг с другом. И моего Андрея всегда заменяет папин личный секьюрити — Рамиль, мужчина примерно 50 лет, крепким телосложением. Он если не скоростью, то объёмом возьмёт, за его спиной не одна я могу скрыться.

Ну уж очень не постоянны девушки

— Эээээ…. — Если сейчас пошлю, то уже не вернёшь. А если приму это как должное, то будет, так как он даёт. Но я вот так вот не хочу.

Надуваем губки, делаем немного обиженное лицо.

— Андрей, а можно помягче?

Он ухмыльнулся.

— Алинка-малинка, я и так очень даже мягок, поверь мне. Хочешь — покажу? — Он опустил ладонь на попу и с силой сжал.

— Эй… — ударила его в грудь. — Малай?, отпусти меня, живо. Убрал руки, говорю.