Чтение онлайн

Дейзи провожала его взглядом и не понимала, почему ей вдруг так захотелось плакать. Она вспомнила, как они шли рядом по узкой тропе в ночном лесу, Филипп заботливо поддерживал ее… Когда он встретился ей в темноте, в ее душе вспыхнула безумная радость. Его близость, запах его тела, таинственные звуки леса настроили ее на романтический лад. А о чем он с ней заговорил? О том, как рожала кобыла! Истерический смех вырвался у нее. Филипп обернулся.

– Что случилось? – спросил он, возвращаясь к ней.

– Ничего не случилось. – Дейзи с вызовом пожала плечами. – Все как обычно. – В глазах ее стояли слезы, а рот кривился в злой усмешке.

– Я подумал и хочу тебе сказать, что мы могли бы жить там, где ты захочешь. Можно было бы построить для тебя отдельный флигель, в котором ты писала бы свои романы. Я не какой-нибудь тиран, ты могла бы устроить в доме все по своему вкусу. Финансовая сторона тебя пусть не волнует. У меня достаточно средств, чтобы исполнить все твои пожелания.

– Я не нуждаюсь в твоих деньгах! – ответила Дейзи. – И в состоянии обеспечить себя и сына всем необходимым без твоей помощи.

– В этом я нисколько не сомневался, – терпеливо перенося грубый тон Дейзи, сказал как можно мягче Филипп. – Твоим успехом в писательском деле можно только восхищаться. Я знаю, что ты хорошо зарабатываешь. Но ты одна воспитывала сына. Время, которое тратила на работу, ты отнимала у сына. Сейчас ему требуется больше внимания, чем прежде. У тебя договор с издательством, сроки поджимают. Как ты собираешься и дальше справляться со всеми проблемами в одиночку? Ты думала об этом? Или ты полагаешь, что дети могут расти сами по себе как сорная трава? Подумай об этом. А теперь я желаю тебе спокойной ночи. – Филипп обнял ее и попытался поцеловать, но Дейзи уперлась ему в грудь руками. Он опустил руки, грустно посмотрел на нее и быстро ушел в свою комнату.

Возвращение в Сиэтл было тягостным. Дейзи с Филиппом вынужденно обменивались короткими фразами. Молчал даже всегда жизнерадостный и разговорчивый Эндрю. После прощания с семейством Филдингов и с лошадью, на которой научился сидеть в седле, он закрылся словно раковина. Вопросов он не задавал, сидел на заднем сиденье необычно притихший, безучастный. Состояние сына встревожило Дейзи. Во время остановок она пыталась поговорить с ним, но Эндрю отвечал на все вопросы матери неохотно, односложными «нет» и «да». Филипп не вмешивался и тоже хранил молчание…

В доме Маклинн их ждали к ланчу, но машина не пришла. Эмили неподвижно стояла у окна.

– Вам лучше полежать, мадам, или посидеть в этом удобном кресле, – сказал Саймон, с тревогой наблюдая за своей хозяйкой.

Он прекрасно понимал, как много значит для нее появление в доме чудесного ребенка, которого она могла считать своим внуком. Он скрашивал ее одиночество как умел, храня ее секреты, о которых было неизвестно даже Филиппу. Самым страшным секретом была неизлечимая болезнь Эмили Маклинн. Узнал он об этом из случайно услышанного им разговора Эмили с врачом, который регулярно навещал свою пациентку. Сама Эмили никогда ни на что не жаловалась. Но Саймон видел, как слабеет на глазах эта гордая женщина.

– Думаю, они задержались из-за нежелания Эндрю расстаться с лошадью, – попытался пошутить он. – Не удивлюсь, если бедняжку, привязанную к заднему бамперу, тащат сейчас из родной конюшни в город.

Эмили благодарно улыбнулась Саймону, который за многие годы стал для нее не только надежным помощником в доме, но и другом. Послушавшись его совета, она села в кресло, которое Саймон передвинул к окну, и задумалась. Ее беспокоил Филипп, обрекший себя на одиночество после ухода с работы. Позже он рассказал, почему так поступил. Трагическая судьба семейства Фаулеров потрясла Эмили. Но еще больше потряс ее Филипп, который разрыдался, уткнувшись ей в колени, после того как сообщил, что вместе с родителями погибла Марша, девушка, в которую он влюбился с первого взгляда всего лишь за сутки до того трагического события в Ливане. Пожалуй, в приюте он был единственным ребенком, который никогда не плакал. Ей даже пришлось настоять, чтобы уволили воспитательницу, которая обзывала Филиппа волчонком и специально наказывала его за каждый пустяк, чтобы заставить плакать.

Удивительно, как любовь, пережитая в молодости, удачная или неудачная, определяет дальнейшую судьбу человека, думала Эмили. Она вспомнила звонок Филиппа из Лос-Анджелеса:

Марша нашлась! Она не погибла! У него есть сын! Он говорил сбивчиво, словно пьяный. Эмили пыталась успокоить его, снова опасаясь за его рассудок, как и семь лет назад. Люди сходят с ума как от горя, так и от безмерной радости.

Филипп заверил ее, что с ним все в порядке и что в ближайшие дни он непременно познакомит ее с внуком, которого зовут Эндрю.

Да, нежданное счастье, думала Эмили. Жаль, что пришло оно к ней слишком поздно. Во время последнего визита врача она попросила его сказать, какие у нее перспективы. Полгода могу вам гарантировать, честно признался он. Что ж, полгода иметь возможность общаться с таким очаровательным ребенком, как Эндрю, уже немало, размышляла Эмили. Только пока неясно, как сложатся отношения между Филиппом и Маршей.

Теперь она известная писательница Дейзи Остин.

Эмили знала, что Филипп сделал ей предложение, но Дейзи вроде бы не очень-то этому обрадовалась, как она поняла. Она прочитала несколько ее романов. Пишет неплохо, только жизнь подкидывает сюжеты куда более интересные, чем те, которые придумывает она. Взять, например, ее приемного сына Филиппа. Сколько неожиданных поворотов было в его судьбе…

– Мадам, долгожданные гости прибыли, – торжественно сообщил Саймон. – Без лошади, – добавил он серьезно и впустил в комнату Эндрю.

Мальчик бегом пересек гостиную и уткнулся лицом в колени Эмили.

– Ты можешь поцеловать меня, – сказала она растроганно. – Ведь я твоя бабушка.

Эндрю обнял ее за шею и поцеловал в щеку.

– Я буду звать тебя бабушка Эмили, потому что у меня есть еще бабушка Бетси, хорошо?

Эмили улыбнулась и кивнула. Горло сжималось от волнения.

– Знаешь, я по тебе соскучился, – сказал Эндрю. – Мне столько надо тебе рассказать про лошадь, Хлою и… – Он замолчал. – Я очень есть хочу, – вдруг пожаловался он.

Эмили заглянула ему в глаза, и сердце у нее заныло. Она увидела в его глазах ту же не по возрасту глубинную грусть, которую видела когда-то в глазах Филиппа. Что-то серьезное произошло за прошедшую неделю, и, кажется, она знает, что именно. Придется ей вмешаться, чтобы спасти Эндрю.

Не дожидаясь пяти часов, Эмили попросила Саймона, чтобы к традиционному чайному столу подали несколько горячих блюд, оставшихся от ланча.

Дейзи вошла в столовую и первым делом отыскала глазами сына. Сейчас он выглядел совсем не таким, каким был в машине. Глаза его сверкали восторгом, пока он рассказывал Эмили о том, что ездил на лошади с Филиппом, что умеет сам держаться в седле, что научился лазить по деревьям и фотографировать лесных животных специальным фотоаппаратом. Эндрю обращался к Филиппу, чтобы тот подтвердил его слова. «Правда, папа?» – то и дело произносил он, и все внутри Дейзи корчилось от желания приказать сыну не называть Филиппа папой. Мальчик сидел между Филиппом и Эмили. Он ел с аппетитом, говорил, жестикулировал, радость, казалось, переполняла его. Дейзи была озадачена столь резкими перепадами в настроении сына.