Запретные грехи
Шрифт:
Он внезапно замолкает, глядя в зеркало заднего вида.
— Блядь, — ругается он, и моё сердце подпрыгивает от страха, когда я поворачиваюсь на своём сиденье и оглядываюсь назад.
Я вижу, как черный внедорожник догоняет нас, двигаясь слишком быстро и слишком целенаправленно, чтобы быть простым совпадением.
— Это... — начинаю я спрашивать.
— Да, — мрачно отвечает Себастьян, нажимая на акселератор. — Подожди.
Машина рванула вперёд, и я схватилась за ручку двери, пока Себастьян лавировал в потоке машин, пытаясь увеличить дистанцию между нами и преследователями. Но внедорожник не отставал от нас, сокращая разрыв с пугающей скоростью.
— Они, должно быть, ждали, когда мы вернёмся на шоссе, — бормочет Себастьян, сжимая руль так, что костяшки пальцев побелели. — Блядь. Мне следовало держаться просёлочных дорог, даже если бы это заняло больше времени.
— Что нам делать? Мой голос звучит тихо даже для моих собственных ушей.
Себастьян снова бросает взгляд в зеркало заднего вида.
— Мы не сможем оторваться от них на этой машине. Нам нужно найти место, где можно съехать с дороги, — говорит он.
Он резко поворачивает, и шины визжат, когда мы съезжаем с пандуса. Внедорожник следует за нами, и теперь, я вижу, как ещё один автомобиль присоединяется к погоне с боковой дороги. Моё сердце бешено колотится, лёгкие сжимаются, и я чувствую, что не могу дышать. Внезапно кажется, что выхода нет. Как будто его никогда и не было. Себастьян ведёт машину по лабиринту пригородных улиц, но наши преследователи не отстают. Я вижу, как напряжены его челюсти, как расчётливы его глаза, когда он ищет путь к отступлению.
— Впереди есть мотель, — говорит он. — Нам придётся постоять за себя.
Моё сердце бьётся сильнее, в груди становится больно.
— Будем сражаться? Себастьян, их слишком много...
— У нас нет выбора, — прерывает он меня, его голос звучит твёрдо, но без жестокости. — Они собираются столкнуть нас с дороги. Окружат нас и начнут стрелять. Мне нужно выбрать место, чтобы уложить одного из них. Если кто-то из них погибнет, мы сможем выиграть немного времени, пока они не перегруппируются.
Погибнет. От этого слова у меня сжимается сердце. Я знала, что будут последствия, но это звучит так трагично. Так ужасно. Мысль о том, что люди могут погибнуть из-за моего выбора, вызывает у меня тошноту… Но я не могу вернуться. Только не к Вито.
Себастьян въезжает на парковку захудалого мотеля, шины взвизгивают, когда он сворачивает, объезжая его сзади, где нашу машину не будет видно с дороги. Он глушит двигатель и поворачивается ко мне.
— Слушай внимательно, — говорит он, протягивая руку, чтобы вытащить револьвер, спрятанный между сиденьями. — Мне нужно, чтобы ты спряталась. Возьми его и найди безопасное место.
Я смотрю на пистолет, который он вкладывает мне в руки. Он такой холодный, тяжёлый и кажется таким настоящим. Реальность ситуации заставляет меня потерять ясность мыслей.
— Я не могу...
— Ты можешь, — уверенно говорит он. — Ты сильнее, чем думаешь, Эстелла. Я видел это. Но мне нужна твоя безопасность.
— А что насчёт тебя? — Спрашиваю я, и мой голос срывается.
Выражение его лица смягчается лишь на мгновение, и он нежно проводит большим пальцем по моей щеке.
— Со мной всё будет в порядке. Я переживал и более серьёзные испытания.
Но я вижу ложь в его глазах. Их слишком много, а он один. Прежде чем я успеваю возразить, мы слышим хруст шин по гравию.
Они нашли нас.
— Вперёд, — торопит Себастьян, доставая из-за пояса пистолет. Он хватает спортивную сумку и перекидывает её через плечо, так что лямка проходит через грудь, а сумка оказывается за спиной. — Сейчас.
Я выскальзываю из машины, низко пригибаясь, обхожу мотель с одной стороны и прячусь за углом. Мои руки так сильно дрожат, что я едва могу удержать пистолет. Сквозь щель в двери сарая я наблюдаю, как Себастьян укрывается за нашей машиной, держа оружие наготове. В поле зрения появляется первый внедорожник, а за ним и второй. Из них выходят мужчины – шесть, семь, восемь человек. Слишком много. И в центре этого хаоса, с непринуждённым высокомерием, из второго автомобиля выходит Вито Бьянки.
При виде его у меня кровь стынет в жилах. Он улыбается, как будто всё это – забавная игра.
— Синклер! — Зовёт он. — Давай не будем усложнять ситуацию больше, чем нужно. Отдай Эстеллу, и я прикажу своим людям убить тебя быстро.
Себастьян не отвечает, но я вижу, как он крепче сжимает оружие.
— Нет? — Говорит Вито, разочарованно. — Это печально. Кстати, твой отец очень зол на тебя, — добавляет он, обращаясь ко мне, хотя и не может видеть меня. — Он обещал наказать тебя, когда ты вернёшься домой. Но он также сказал, что наша договорённость остаётся в силе, если я привезу тебя обратно. Ты станешь моей женой через несколько дней, как только мы вернёмся домой. Я не потерплю дальнейших проволочек после твоей маленькой выходки, Эстелла.
От этой мысли мне становится плохо. Я вижу, как Вито подаёт сигнал своим людям, которые начинают расходиться, окружая Себастьяна.
— Последний шанс, — выкрикивает Вито. — Я надеюсь, что ты продолжишь оказывать сопротивление, я действительно на это надеюсь. На этот раз я буду тем, кто разорвёт тебя на части, Синклер. И на этот раз я не оставлю твой член прикреплённым к твоему телу, обещаю тебе это. Особенно если я узнаю, что ты прикасался к моей невесте.
Дрожа, я наблюдаю, как Себастьян направляет пистолет в его сторону. В ответ он одним выстрелом убивает ближайшего к Вито человека. И тут всё начинает происходить как в хаосе. Со всех сторон раздаётся стрельба. Себастьян двигается с удивительной точностью, убивая ещё двоих, прежде чем его вынуждают отступить за мусорный контейнер. Однако они приближаются, и я понимаю, что у него нет другого выбора.
Я могу представить своего отца, когда вернусь: с мрачным лицом и победным блеском в глазах. Я могу вообразить день моей свадьбы с Вито, если он действительно будет настаивать на том, что всё ещё хочет меня, хотя я уже не девственница. Возможно, он так и сделает, просто чтобы причинить мне ещё больше боли. У него есть все причины обращаться со мной так жестоко, как только он пожелает.
Слова Себастьяна эхом отдаются в моей голове: «Ты сильнее, чем думаешь».
Не успев осознать, что делаю, я выскакиваю из-за угла мотеля с пистолетом в руках. Я выстрелила в ближайшего к Себастьяну мужчину, попав ему в плечо. Он упал с криком боли, и внезапно все взгляды обратились на меня. Отдача от выстрела заставила меня отшатнуться, а звук выстрела, казалось, звучал в моих ушах.
— Эстелла, нет! — Воскликнул Себастьян, но было уже слишком поздно.
Я продолжала стрелять, заставляя людей Вито разбегаться в поисках укрытия. Не знаю, попадала ли я в кого-нибудь, но я создала достаточно хаоса, чтобы Себастьян смог изменить тактику. Он немедленно воспользовался этим преимуществом, убив ещё одного человека точными выстрелами.
Вито выкрикивал приказы, его лицо исказилось от ярости. Пуля пронеслась у меня над ухом, так близко, что я почувствовала её свист. Я нырнула за припаркованную машину, моё сердце готово было выскочить из груди.
Мгновение спустя рядом со мной появился Себастьян, на его лице застыла смесь ярости и страха.
— Что, черт возьми, ты делаешь? — Прошипел он.
— Я помогаю тебе, — с трудом выговариваю я. — Их слишком много.
Он, казалось, хочет возразить, но его прерывает новый залп выстрелов. Он выглядывает из-за машины, а затем снова пригибается.
— Пригнись, — инструктирует он. — Когда я двинусь, ты прикроешь меня. Поняла?
Я киваю, хотя мне страшно. Себастьян сжимает мою руку, а затем выскакивает из-за машины, стреляя на ходу в новую позицию. Я высовываюсь и, не целясь, стреляю в людей Вито, молясь, чтобы не попасть в Себастьяна.