Чтение онлайн

— Майорка…

— Замечательно. Хороший выбор.

— Давай так. Мы полетим на Майорку. Отдохнем вместе пару недель. Просто вырвемся из этой реальности и ворвемся в другую. А после ты решишь. Будем мы супругами или нет. Твой выбор никак не повлияет на твою безопасность.

Останавливаюсь, заглядываю ей в глаза.

— Решайся, девочка моя.

____________________

Олег

На Майорке я впервые. Много раз был в Испании, но в других местах. Я выбрал виллу в белых тонах. Здесь всё девственного чистого белого цвета. Белые стены, белая мебель, белое постельное белье, белый песок на собственном куске пляжа. И немного голубых акцентов в качестве цвета штор, посуды и воды в море. У нас тихий пассивный отдых.

Здесь никого кроме нас, уборка приходит, когда мы ужинаем в ресторане. Я специально всё так устроил для максимального сближения. Нам это нужно.

Мне это нужно.

Я не умею красиво говорить, да и зачем нужны приторно-сладкие слова, если под ними нет почвы. Я не романтик от слова совсем и не хочу им быть. Мне проще подтвердить свои намерения делами и действиями. Надя чуткая девочка, она должна уметь читать между строк, в отличие от меня.

— Почему ты не сказала перед прилетом сюда, что боишься воды? Я бы выбрал другие направления, — интересуюсь я. Это выяснилось, когда Надя категорично в панике отказалась от прогулки на яхте.

— Как таковой воды я не боюсь, — отвечает Надя, отпивая кофе за завтраком. — Я боюсь большой воды, когда не чувствую дна под ногами. Я спокойно могу купаться в неглубоких бассейнах и заходить в море по пояс. Яхта – это выход в открытое море. Боюсь, прогулка не станет приятной. Ты получишь только истерику и панику.

— Чего еще ты боишься? — разглядываю появившееся веснушки на её носу от обилия солнца.

— Больших агрессивных собак, большой воды и… — замолкает, отворачиваюсь к морю. Мы завтракаем на балконе второго этажа. Море всего в десятках метров.

— И?

Молчит, продолжая смотреть на море.

То, что она здесь со мной и согласилась на этот отдых, уже огромный шаг. Это значит, что девочка все же благосклонна ко мне. Иначе бы не согласилась. А еще это значит, что она прекратила меня бояться. Иначе бы не осталась со мной наедине. Что уже чертовски много в нашей ситуации.

— Давай так. Ты задаешь мне любые вопросы, я откровенно отвечаю. Все что угодно, можешь потрошить мое нутро вдоль и поперек, я отвечу правду, даже если она будет очень уродлива. Взамен ты так же честно отвечаешь на мой вопрос.

Девочка задумывается. Лёгкий бриз кидает ей волосы в лицо, морщится, убирая их. А я рассматриваю ее, как голодный зверь. У меня давно не было секса. Я уже несколько дней смотрю на эту девочку голодными глазами. Только смотрю, трогать не решаюсь. Мне нужно ее разрешение. Я готов уже сделать все нежно, долго, да хоть под ее доминированием. Как угодно, только бы глотнуть кусок этой женщины и накормить свое нутро.

— Что ты ко мне чувствуешь? Объясни. Кто я для тебя? Зачем я тебе? К чему это желание взять меня в жены?

Задает свой вопрос, попадая точно в цель. Если бы я знал точные слова в качестве ответов на эти вопросы…

Теперь задумываюсь я, отворачиваясь к морю. Она смотрит на меня в ожидании ответа. Оказалось, самое сложное в жизни — не заработать денег или добиться власти, а найти нужные слова женщине, чтобы поверила и поняла.

— Я чувствую то, что никогда не чувствовал. И поэтому не могу объяснить природу своих ощущений. Уж извини, красивые фразы — это не ко мне.

Я ищу в себе правильные ответы. Хочется выйти из-под ее взгляда, отдышаться и покурить. Это похоже на вскрытие. Больно, но необходимо.

— Понимаешь, я никогда не нуждался в женщине рядом. Секс — да, статус — да, но это другое. В тебе нуждаюсь.

Поворачиваюсь, заглядываю в ее глаза. Я открыт полностью, пусть читает.

— Нет, мне по-прежнему нужен секс и статус, но этого с тобой мало, мне нужно больше, гораздо больше. Знаешь, как это называется?

— Знаю, — кивает она. — Но ты ощущаешь не это.

— Что же тогда?

Мы обходим простое, но такое правильное слово «любовь».

— Не знаю, — пожимает плечами. — Вожделение получить желаемое любыми путями, как ты привык. Закончить игру. Ты даже не специально, это твои базовые инстинкты.

— Интересная версия, но нет, — грустно усмехаюсь. — Внутри меня что-то ноет и болит, и унять это ощущение можешь только ты, — выдыхаю. — Я ответил на твой вопрос?

Кивает.

— У меня всего один вопрос. Чего ты боишься?

— Я боюсь того, что уже в принципе произошло. Того, что меня никто не полюбит по-настоящему.

Как же метко она попала в цель.

— Брак по расчёту — не моё.

Теперь ход за мной.

Как люди так просто признаются в любви всем подряд, кидаясь этими словами?

— Не поверишь, я боюсь того же самого. Мне уже много лет, а по-настоящему и безусловно никто меня не любил.

— Может, дело в том, что ты в этом не нуждался и делал всё, чтобы этого не произошло. Выбирал не тех женщин, не те чувства?

— Да, так и есть. Я в общем отрицал такой феномен как любовь.

Замолкаем.

Каждый погружаясь в себя. Вдыхаю глубже. Вскрытие произошло болезненно и мучительно. Но стало легче.

— Раз прогулка на яхте отменяется, пойдем пройдемся по побережью, пока не жарко, — поднимаюсь, подаю девочке руку, и она вкладывает свою ладонь в мою. Это ещё один шаг, и я улыбаюсь этой девочке, а она мягко улыбается мне в ответ.

***

— Для чего на этой вилле кухня? – спрашивает Надя.

— Кухня положена, но больше для антуража и комплектации, наверное. Так, охладить напитки. Сделать себе кофе или чай.

— Зачем тогда техника и посуда? Специи, масла? — рассматривает полки, по-женски нюхая баночки. Я наблюдаю. И мне нравится эта картина.

Белый лёгкий сарафан, который она купила вчера на рынке, куда меня затащила, заколка с экзотическим цветком, босые ножки, браслет из белых бусинок на щиколотке. Всё это дешевое и купленное за копейки. Девочка достойна большего. Но она так захотела. Вся прелесть оказывается в простоте. Раньше я этого не замечал.