Чтение онлайн

— Все, милорд?

— Что, ты хочешь сказать?

— Вы любите эту леди, милорд?

— Чтобы получить наследника, любовь не нужна, Фрит. Не глупи.

— Значит, для удовольствия вы хотите завести любовницу, — сказал камердинер, отвечая на собственный вопрос.

— Судя по действиям Адмиралтейства, на это не будет времени, старина. Теперь не прежние времена. Мне нужно выполнить только три дела: устроить мать, заиметь наследника и позаботиться о торговле. Все.

— Понятно, — сказал Фрит.

— Гм, — промычал Кинг. Камердинер помог ему надеть халат, и он безжалостно затянул пояс. Он не сомневался, что камердинер все прекрасно видел, и, приподняв бровь, вглядывался в стоическое лицо Фрита. — Думаю, лучше, что сердце и пах в этом случае не соединятся, старина, — сказал он. — Сейчас мне нужны здравый ум и ясная голова.

— А позже, милорд? — поинтересовался камердинер.

— Судя по тому, как сейчас обстоят дела, никакого «позже» для меня может и не быть, Фрит, — ответил он. — Мой долг, как я его вижу, — это продолжение графского рода. Я уже вдоволь понатешился и ни о чем не жалею.

— Что бы вы ни говорили, милорд…

— Ну? — прервал Кинг красноречивую паузу камердинера.

— Сейчас вы не рассуждаете о себе здраво, вот и все.

— Да, ты прав. Как только улажу дело с матерью и сделаю предложение леди Энн, я стану здравомыслящим. Совершив эти подвиги, я смогу сосредоточиться на остальном.

— Именно в таком порядке, милорд?

— Конечно. Сначала надо уладить дело с матерью.

— С ее новой… компаньонкой, насколько я понимаю, милорд?

— Да, если они поладят. В противном случае я столкнусь с еще одной проблемой. Где ты во всем этом видать время для «любви»?

— Любовь приходит не спрашивая, милорд. Так говорила моя матушка. Мало мужчин сумели уклониться от стрел Купидона.

— Что-то на тебя романтическое настроение нашло, Фрит, — усмехнулся Кинг. — Не думаю, что ты можешь консультировать меня в этом вопросе.

— Я вполне преуспеваю, милорд.

— Правда? — уставился на камердинера Кинг. — Ну-ну. Кто бы мог подумать? Мне нужно поближе к тебе присмотреться, дружище.

— Простите, но каковы ваши планы относительно графини после того, как вы женитесь… когда она станет вдовствующей графиней? Она останется в Грейшир-Мэноре или….

— Она займет дом, входящий во вдовью часть наследства, — поспешил сообщить Кинг.

— Она знает об этом, милорд?

— Нет… пока.

— Желаю успеха, милорд, — заключил камердинер. За пятнадцать лет службы Фрит считанные разы выказывал эмоции. Кинга смущало, что он не мог их припомнить. Это плохое предзнаменование.

— Если не возражаешь, я в настоящее время предпочитаю не напрашиваться на неприятности, — сказал Кинг. — Помолчи!

— Да, милорд. Что-нибудь еще, милорд?

— Нет, — тяжело вздохнул Кинг. Фрит в отличие от других помнит границы. Возможно, особая симпатия к камердинеру была ошибкой. Уже не первый раз один привилегированный служащий вызывал ревность у остальных. — Я хочу завтра уехать пораньше, — объявил он, отбросив эти мысли. — Прежде чем мы отправимся, я должен закончить несколько дел, — продолжал он, заметив скептическую мину Фрита. — Собери мои веши и проследи, чтобы миссис Арчуэй сделала то же самое для леди Ларк. Потом погрузи их в карету. Я хочу уехать сразу после ленча.

— Хорошо, милорд.

— Может быть только одна графиня Грейшир, Фрит, — сказал Кинг, отвечая на красноречивый взгляд камердинера. — Матери придется уступить моей жене. Она знает это. Именно так произошло, когда она вышла замуж за отца. В Грейшир-Мэноре может быть лишь одна хозяйка.

— Желаю вам успеха, милорд, — ответил камердинер, — но не повредит попросить помощи Божьей в этом деле.

— Или испугать жертвенного ягненка, — мрачно пробормотал Кинг, переступая порог спальни.

День у Кинга начался с тревожного письма из Адмиралтейства, которое принесли до завтрака. Проглотив лишь полчашки кофе, он отправился туда, потом заехал в Центральный уголовный суд, а затем — в Маршалси, хотя раньше думал, что ему не представится случая снова посетить тюрьму. Вручив Тобиасу бумаги, он принялся шагать перед дверью конторы, теребя перчатки, как всегда делал в волнении. Когда появился тюремщик, таща за собой Агнес Гарвуд, Кинг сдернул перчатки и зажал их в побелевшем кулаке.

— С ней что-то случилось?! — завидев его, вскрикнула Агнес.

— Нет-нет, успокойтесь, миссис Гарвуд. С леди Ларк все в порядке, — уверил он.

— Прошу прощения, милорд, но почему тогда она прислала вас? — недоверчиво спросила Агнес.

— Она не знает, что я здесь, — ответил Кинг. — Где тут можно поговорить наедине?

— Здесь? — изумилась она. — Вряд ли, милорд.

— Мы на минутку, — бросил Кинг Тобиасу, провожая Агнес в контору.

— Эй! Вы соображаете, что делаете? — возмутился тюремщик, шагнув за ними. — Как вы смеете сюда вламываться?! У нас есть правила.

— Я только что изменил их. — Кинг тряхнул Тобиаса, схватив за лацканы мятого сюртука. — Это только начало. Советую вам собрать вещи. Скоро прибудет замена. — Он оттолкнул тюремщика, и тот, пятясь, выскочил во двор. — Я же сказал, нам нужно поговорить.

Кинг захлопнул дверь перед носом Тобиаса и повернулся к разинувшей рот Агнес.

— Простите, но у меня мало времени, — сказал он. — Леди Ларк согласилась стать компаньонкой моей матери, вдовствующей графини Грейшир. Мы вскоре уезжаем в Корнуолл. Леди Ларк нужна горничная. Я понимаю, что вы модистка, имели собственное дело и роль горничной ниже того, к чему вы привыкли. Но я уверен, что леди Ларк будет искренне рада вашему обществу. Судя по тому, что она мне рассказала, я могу доверить ее вам, чего, к сожалению, не могу сказать о своих слугах. Вы не возражаете? Вы не будете ни в чем нуждаться. Грейшир-Мэнор прекрасное место, и я назначу вам щедрое жалованье.