Заражение
Шрифт:
Пустой торговый тракт был уже вполне привычным. Очевидно, все торговцы и караванщики теперь бродили по округе в поисках съестного. И желательно того, что умеет передвигаться на двух ногах. Мертвяки жрали все, что поймают. На тракте лежало несколько наполовину съеденных туш животных, над которыми уже роились тучи мух. Да и крестьяне на фермах наверняка пожрали весь скот, запертый в стойлах. Мертвяки даже не брезговали перекусить своими собратьями из свежеобращенных. Если тех быстро убивали повторно. Это спасло отряд возле церкви, когда зомбофермеры принялись жрать перебитых людьми мертвецов, тут же забыв об осажденных.
– Вильямс, почему одни еле двигаются, другие же наоборот, вполне быстро бегают?
– не удержавшись, спросил Анри у идущего рядом доктора.
– Увы, я не некромант, - пожав плечами, ответил Александр.
– Ясно только одно: новообращенные мертвяки куда сильнее и быстрее, чем человек.
– Возможно, некоторым повреждают мышцы их же собратья. До обращения, - влез в разговор Грасс.
– Тогда и новообращенные будут едва ходить, прихрамывая и подволакивая поврежденную конечность.
– Тебе голову успело напечь утреннее солнце?
– заботливо поинтересовался гусар.
– Так вроде не жарко еще. С каких пор такие познания анатомии?
– Я учился в университете Де Сальб. Недолго, - ответил юноша.
– Теперь у нас в отряде полтора доктора, милорд, - рассмеялся Эццио.
– Стоп!- едва слышно прервал беседу Анри.
– Впереди засада.
– Разбойники?
– тут же вылез вперед Эрцо.
– Ага. Они самые. Только мозги совсем растеряли, - ответила Мари, которая внимательно рассматривала препятствие.
Тракт перегородила пара поваленных деревьев. Обычная засада, устраиваемая разбойниками на пути следования каравана. Когда стража и караванщики спешиваются, чтобы расчистить преграду, из леса внезапно выскакивает ватага лесных молодцев, и присваивают себе чужое имущество, быстро перебив прежних собственников. У поваленных деревьев стояли и лежали на боку телеги, груженные нехитрым крестьянским скарбом. Очевидно, те, кто прорывался в столицу, попали в лапы лихих людей. На тракте даже отсюда была видна кровь и валялось оружие. Сами же разбойники, оборванные и грязные, с ног до головы перепачканные кровью, стояли неподалеку, тупо уставившись на камень мостовой.
– Все те же симптомы, - пробормотал спрятавшийся в придорожной канаве доктор.
Симптомы и вправду были схожими. Словно после смерти восставшие мертвяки становились похожими друг на друга: бледно - серые, заляпанные кровью лица, полуоткрытые рты, словно оскаленные в ужасной гримасе, рваные раны на щеках и скулах. Оборванцы держали в руках оружие. Но как - то неуверенно. Совсем не так, как те фермеры, которые атаковали отряд пару дней назад. Дубины, проржавевшие клинки и пики словно вот - вот выпадут из рук кадавров.
– А вон и их помощники, - доктор указал рукой в сторону леса. В канаве стояли, словно спрятавшись, пару десятков тех, кто еще вчера были крестьянами, а сегодня стали людоедами. С вилами, цепами и топорами. Их лица были перепачканы свежей кровью. Вся эта толпа озиралась по сторонам, в поисках новой еды.
– Сходим с тракта, - быстро скомандовал Анри.
– Придется сделать крюк, обходя эту толпу.
Бродить по лесу, пускай даже днем, не хотелось никому. Но перспектива вступать в бой с целой ордой вооруженной нежити радовала еще меньше. И отряд быстро скрылся в лесу. На счастье людей, орда мертвяков не успела их заметить, поэтому погони не было. Во всяком случае, так сказал Эццио, который шел последним, то и дело оборачиваясь и проверяя, не увязались ли мертвяки следом. А спустя еще полчаса быстрого марша по лесу, отряд наткнулся на лагерь тех самых разбойников. Точнее то, что от него осталось: жареный олень, которого разбойники решили зажарить себе на завтрак, шипел и дымился в остатках костра. Мясо уже почернело и обуглилось. Плащи, расстеленные на лапнике под лежанки, скомканы и заляпаны кровью. По всей поляне было разбросано нехитрое оружие разбойников: пики, ржавые топоры, мечи, сабли, несколько ружей. Рваные мешки, в которых бандиты таскали свой нехитрый скарб, пока бегали по лесам от полков королевских войск, валялись в высокой траве.
– Нужно бы проверить эти мешки, - сказал Ватрикс, притормозив у покачнувшегося знамени - изорванной серой тряпки с изображением грозового неба.
– Не думаю, что еда, которую употребляли в пищу бандиты, годна для человеческих желудков, - ответила Мари, рассматривая тряпку.
– Ого, банда Серого Шторма.
– Угу,- подтвердил Грасс, проверяя, заряжен ли арбалет.
– Самая большая банда Баланжира.
– Теперь - самая большая банда мертвецов, - хмуро заключил Оларр, прохаживаясь по краю поляны.
– Их разбили здесь. На поляну они побежали, спасая свои шкуры. Фермеры пришли из леса и атаковали лагерь. Вот тут, - нордландец указал на огромные бурые пятна на притоптанной траве.
– Быстро поняв, что дело тут неладно, разбойники бросились к тракту. Но там их ждал обоз мертвецов, который встал у места засады. Лошади сбежали, беженцы обратились и встретили бандитов с голодным блеском в глазах. Так что лучше быть начеку. Мертвяки могут быть рядом.
– В мешках может быть порох, - заметил Ватрикс.
– Не знаю как у вас, а у меня осталось последние два заряда. И те в пистолетах. А путь до земель Ди Коста неблизкий.
– Или выпивка, - причмокивая губами, горячо поддержал гусара маг.
– Так чего же стоять? Давайте же займемся мародерством.
– Оларр, Эццио, Грасс, Эрцо - присмотрите, чтобы к нам не нагрянули гости, - быстро скомандовал Анри.
– Остальные - к мешкам.
Здоровяк, который уже натягивал кольчугу на широкие плечи, кивнул, отходя на пару шагов назад от края поляны и поудобнее перехватив топор. Остальные быстро принялись перетряхивать изорванные походные мешки разбойников, вываливая содержимое прямо на траву. То, что могло пригодиться, тут же меняло хозяина.
– Грубый порох, - сказал Ватрикс, надрывая один патрон и высыпая чуть пороха на ладонь.
– Не оторвало бы руку.
И в эту секунду маг, который шарил в горе грязного тряпья, аж взвыл от удовольствия, вытаскивая бутыль с янтарным содержимым.
– Как же я соскучился, - маг зубами вырвал пробку и торопливо принялся пить. Впрочем, хватило его на пару глотков, после чего Вильмонт с перекошенной гримасой отвращения выплюнул выпитое на траву и выбросил бутыль в лес:
– Ну и гадость, - отплевываясь, прохрипел он.
– Это невозможно пить.
Вильямс вытаращил глаза от удивления. Раз маг не смог пить ЭТО спиртное, значит оно и вправду самого худшего качества, какое только может существовать. Впрочем, удивился не один доктор. Все оторвались от своих дел, уставившись на ругающегося мага. Немую сцену прервал треск кустов.
– Анри, к нам идут, - обернувшись, сказал Оларр, перехватывая топор.
– Готовьтесь к бою, - Анри выхватил из-за пояса пистолет.
Все быстро выстроились в боевую позицию. Оларр повел плечами, словно разминаясь, и быстро зашептал молитву.
Из кустов как горох из мешка повалили зомби. Разбойники, погуляв по лесу, решили вернуться домой.
Первый оборванец в старом кирасирском шлеме махнул рукой, пытаясь ухватить Оларра за плечо. Зубы мертвяка заклацали, словно в предвкушении скорого обеда. Из пасти вырвалось хрипение. Но вместо того, чтобы стать хорошей едой, нордландец сделал шаг вперед и снес бывшему разбойнику полчерепа. Каска улетела в сторону, врезавшись в висок одному из мертвяков, в заляпанном кровью рваном камзоле. Тот покачнулся, на миг, потеряв равновесие, и в тот дж момент в его голову вонзился арбалетный болт. Ватрикс вскинул оба пистолета, но Анри остановил его:
– Выстрелы могут привлечь ту толпу с тракта.
Гусар кивнул, быстро выхватывая саблю.
Вспышка огня разорвала головы еще двум мертвякам, заляпав не успевших отскочить Эццио и Вильямса ошметками бурой жижи. Маг лишь развел руками в ответ на свирепые взгляды: мол, магия - вещь тонкая. Ватрикс тем временем снес голову еще одному мертвяку.
Зомби были тупы и падали на землю один за другим. И в тот момент, когда казалось, что все позади, откуда - то сбоку раздалось топанье множества ног. Затрещал сухой валежник и Вильямс обернулся на звук. В тот же момент один из упырей схватил его за рукав куртки, опрокидывая доктора на землю. Эрцо рванулся вперед, вонзая клинок в затылок твари, но из кустов вынырнул еще один мертвяк, который схватил фиорентийца за голову и вонзил зубы ему в шею.