Чтение онлайн

А я хотела этого.

Боже, как я этого хотела.

— Хорошо.

— Я чиста, — говорю я, заглядывая ему в глаза.

— Я тоже.

Киваю, каким-то образом зная, что Купер не подвергнет меня опасности даже в пылу момента. Я пытаюсь пошутить, чтобы снять напряжение:

— Кроме того, я не собиралась использовать презервативы, которые ты взял для моей сестры.

Купер выглядит удивленным, и я понимаю, насколько это не смешно. Он действительно взял с собой презервативы в эту самую поездку, чтобы использовать их с ней. И Ария тоже взяла немного, чтобы использовать с ним. И если бы не произошла авария, именно этим бы они сейчас и занимались.

Убираю руки с его лица. Во мне бурлит так много эмоций, и одна из них побеждает — ревность. Насколько это хреново? Руки дрожат, и я чувствую, что меня может стошнить.

Купер приподнимает рукой мой подбородок, чтобы заставить посмотреть ему в глаза.

— Не делай этого.

— Чего?

— Не говори об этом. Мы договорились.

Я чувствую знакомое раздражение. Чувство, которое обычно испытываю рядом с Купером, и это почти приятно.

— Мы так облажались.

Теперь он тоже выглядит раздраженным. Хорошо. Это то, что мы должны чувствовать друг к другу.

— Мы просто попали в хреновые обстоятельства.

— Точно. — Я хватаю свой свитер и натягиваю через голову, все еще сидя у него на коленях, и понимаю, что веду себя нелепо. Дуюсь, как ребенок, и не знаю, что со мной происходит. Я даже себе не могу признаться в том, что чувствую, потому что это слишком ужасно. — Обстоятельства.

— Эв.

— Нет. — Я слезаю с него, хватаю штаны и пытаюсь не обращать внимания на влагу между ног, когда натягиваю их. Купер остается сидеть и подтягивает штаны. — Ты прав. Мы не должны говорить об этом.

Он встает, осторожно придерживая плечо, а затем возвышается надо мной.

— Ты злишься.

— Нет. Просто думаю, что нам, наверное, следует использовать дневной свет. Сходить за едой и дровами.

Парень смотрит на меня и его глаза темнеют.

— Ты увиливаешь.

— От чего тут можно увиливать, Куп? Мы трахнулись. Важное событие. Мы оба взрослые люди. — Складываю руки на груди и пытаюсь казаться сильнее, чем себя чувствую. — Одинокие взрослые.

— Но это не так. — Я знаю, что мои глаза расширяются, когда парень это говорит, но молчу. Купер протискивается мимо меня, чтобы схватить рубашку. — Можешь мне помочь?

Киваю и подхожу к нему. Осторожно снимаю повязку и помогаю надеть рубашку с длинными рукавами и пуговицами, прежде чем снова надеть бандаж.

— Спасибо. Это настоящая заноза в заднице.

— Ты хоть немного чувствуешь себя лучше?

Он кивает с легкой улыбкой, потому что никто из нас сейчас на самом деле не думает о его плече. Мы думаем о том, что произошло несколько минут назад.

— Да. Лучше. Спасибо тебе.

— Не за что.

Купер не надевает пальто, и мы направляемся в сарай, повторяя уже привычные движения. Собираем дрова, а затем идем в подвал, чтобы принести еще еды, прежде чем приготовить обед.

Все это время мой разум сосредоточен на фактах.

У нас был секс, и Купер прав... Мы не совсем одиноки.

Глава восемнадцатая

КУПЕР

Все в полном дерьме.

И имею в виду все. Да, я хотел ее. И это было невероятно. На самом деле я нисколько не жалею об этом. Только теперь Эверли не смотрит на меня. Мы сидим здесь со свечами и двумя зажженными лампами, смотрим на огонь, пока едим консервы на ужин, а она отказывается со мной разговаривать.

Мы сегодня почти не разговаривали. Эверли не может смотреть на меня, и я знаю, что она сожалеет о произошедшем. Мне следовало держать свои гребаные руки при себе.

Я был потрясен, когда она упомянула о презервативах. Это вернуло меня в реальность. Я действительно думал о том, чтобы переспать с Арией в этой поездке. Если бы мы не попали в аварию, более чем вероятно, что именно это и произошло бы.

И я бы услышал Эверли в соседней комнате с моим лучшим другом. Как и много раз в прошлом.

Эта мысль посылает мощную волну через мой живот, крепко сжимая его чувством вины. Она девушка моего лучшего друга.

Вот что я имел в виду, когда сказал, что на самом деле мы не одиноки. И она тоже это знает.

Если бы не авария, мы бы все еще были в отношениях с другими людьми.

— Ты думал о ней?

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Эверли, которая, кажется, пьет виски вместо ужина.

— Ешь.

— Я съела маринованный огурец.

— Ешь больше. — Забираю у нее виски. — Пей меньше.

Девушка закатывает свои красивые глаза, и я могу ясно видеть ее в свете огня, мерцающего в комнате. Делаю глоток виски, хорошо зная Эверли и то, что она готова к ссоре.

— Просто скажи мне.

Я тяжело вздыхаю и делаю еще один глоток виски.

— Что?

— Ты думал о ней, когда трахал меня? Это из-за горя? Способ забыться?

Эверли пристально смотрит на меня, когда поджимает под себя ноги на диване.

— Нет.

— Тебе необязательно мне врать. Она была моей сестрой. Мы были похожи. Этого нельзя отрицать.

Ладно, если хочет ссоры, она ее получит. Может быть, хороший старомодный спор с Эв заставит меня почувствовать себя менее оцепеневшим.

— Вы двое совсем не похожи, и ты, блядь, это знаешь. — Я придвигаюсь к ней ближе и вижу, как ее глаза темнеют. — Она была светлой, а ты темная.

— Пошел ты, — выплевывает она.

— Это правда, Эв, Ария была блондинкой. У тебя черные волосы. У нее были ярко-голубые глаза. — Она опускает глаза, избегая моего взгляда, и я придвигаюсь к ней еще ближе, хватаю за подбородок и приподнимаю лицо, чтобы заглянуть в ее яростные глаза. — Твои глаза бывают разных цветов, но всегда есть темный оттенок.

— Пошел ты, Куп.

— Они прекрасны. — Я с трудом сглатываю, глядя в ее наполненные слезами глаза, которые расширяются от шока.

— Что?

— У тебя красивые глаза. — Я отпускаю ее, а затем чувствую ее шелковистые волосы между пальцами. — И твои волосы. В тебе все прекрасно. Мне нравится твоя темнота.

Я наблюдаю за ее горлом, когда девушка сглатывает, мои слова влияют на нее.

— У нас с ней одинаковые носы.

— Знаю. — Мои губы мягко прижимаются к ее губам. — Я не думал о ней. — И это делает меня еще большим ублюдком, потому что это правда. Ария даже не приходила мне в голову, когда я целовал Эверли. Когда был внутри нее. Ни разу.