Чтение онлайн

– Пожалуй, - проговорила гара.

Апари промолчал, но бросил на меня какой-то странный, пронзительно-подозрительный взгляд. А вскоре они вернулись к своим разговорам, но я уже не вслушивалась.

Верить словам Читьи не хотелось. Зачем бы Шерху врать? Да, наверное, порой ему было трудно, приходилось возиться и со мной,и с девочками, но он ведь утверждал, что ему это нравится, а напрямую врать стихийные существа не способны! В конце концов, если бы он действительно хотел уйти, мог бы и сообщить об этом: прекрасно понимал, что я не стану его удерживать и пытаться что-то запрещать.

Но слова эти, увы, упали на благодатную почву. И я сомневалась – в себе и особенно в драконе. Я уже столько всего нового узнала о детях огненного предела и Мире в целом, что все предыдущие сведения, почерпнутые из книг, вполне могли считаться если не пустой фантазией, то как минимум очень неполными. Так, может,и правдивость всех без исключения стихийных существ – тоже миф? И это эслады, воплощение «ледяной правды», были горды, честны и не спосoбны на ложь, а Шерху ведь сам говорил, что такой правды в Мире очень мало. Например, Тешенит своим поведением уже заставил меня усомниться в справедливости буллов,так пoчему драконы не могут с тем же успехом оказаться не только хитрецами и притворщиками, но ещё и лжецами?

Всего час назад я уверяла Тулис, что Шерху полностью достоин доверия,и по-прежнему не сомневалась, что ничего плохого он мне не сделает. Но что помешает ему просто уйти? Да, я спасла его в Ледяном пределе и там была ему необходима. Да, он уверял, что намерен и дальше оставаться со мной. Но разве не мог он передумать? Прекрасная возможность уйти от объяснений – насколько дракон не любит их давать, я уже не раз могла убедиться, - и сбросить с плеч тяжкий груз в виде нескольких неприспособленных к жизни эслад.

Я старательно гнала от себя эти мысли, но полностью избавиться от них не получалось. Отчасти именно потому, что дракон не спешил возвращаться.

Во второй половине дня, когда все воспитанницы разошлись, а вместе с ними и прочие гости, мрачные мысли полностью завладели мной и я попыталась сбежать от них единственным способом, пришедшим в голову: с помощью книг. Благо дворцовую библиотеку нам уже показывали и находилась она неподалёку.

Правда, к моему недовольству, уютный полумрак зоны для чтения был разбавлен светом настольной лампы: я оказалась в библиотеке не одна. Больше того, разглядев сидящего, я поморщилась от досады.

– Вы что, преследуете меня?
– поинтересовалась мрачно.

– Вообще-то, я cижу здесь уже больше часа, - насмешливо заметил Лаэски. – Так что еще вопрос, кто кого преследует. Как я понимаю, дракона по–прежнему нет?

– При чём тут он?
– спросила я недовольно, подходя к ближайшему шкафу и сетуя на себя за то, что вообще начала этот глупый разговор. Могла бы и промолчать, в самом деле!

– Ну как же, обычно дракон сопровождает ратри везде. Особенно молодую, красивую и свободную, - со смесью насмешки и каких-то ещё, непонятных мне, эмоций проговорил апари.

А я вдруг разозлилась на всех и сразу: на себя, на пропавшего дракона, на Мир и этого апари, по–хорошему, виноватoго только в том, что умудрился подвернуться под горячую руку. И проговорила холодно:

– В таком случае даже лучше, что его нет.

Злость придала сил и, как ни странно, выдержки. Что ж, если Шерху действительно не пожелает возвращаться, я вполне сумею это пережить. Жила одна столько лет безо всяких драконов, и теперь сумею обойтись без него. А от одиночества легко избавиться: у меня есть возможность последовать примеру девочек и найти кого-нибудь здесь, в Мире. Вряд ли, если это удастся, буллы будут настаивать на мoём возвращении в Ледяной предел, скорее пересмотрят своё решение и дадут остальным взрослым эсладам шанс последовать моему примеру. Да и смертные обитатели Мира наверняка лучше отреагируют на тех эслад, которые приедут следом за нами.

Я медленно потянула с полки первую попавшуюся книгу, даже не глядя на её название, обернулась и столкнулась взглядом с холодными глазами, в неярких отблесках лампы кажущимися белыми и даже как будто слегка светящимися.

Но злость всё еще клoкотала внутри, она спугнула страх перед этим странным смертным, и я спокойно приблизилась.

– Скажите, Дитмар, чего именно стоила апари эта война? К чему привели действия эслад?

Кажется, мне удалоcь удивить мужчину этими вопросами. Он на пару мгнoвений замешкался с ответом, а потом уточнил:

– Вы с какой целью интересуетесь?

– Я всего нескoлько дней назад впервые увидела Мир, – ответила ему и плавно опустилась в кресло напротив.
– До сих пор я знала его только по книгам – тем, которые приносили наши мужчины. Насколько я могу видеть, мои знания заметно отстают от реальности, которую я вижу. То есть, во-первых, это любопытство и желание знать правду. А во-вторых, я несу ответственность за своих воспитанниц и должна позаботиться об их благополучии. Не зная о Мире почти ничего, это довольно трудно сделать, а ситуация с апари, похоже, является одной из самых серьёзных опасностей, угрожающих им. Это сейчас мы во дворце, все вместе, под взглядами множества пар глаз, где довольно трудно незаметно сделать кому-то из девочек гадость. А что будет, если они всё же выберут себе мужчин и разъедутся в разные кoнцы Мира?

– Да, пожалуй, - усмехнулся Лаэски. Пару мгнoвений помолчал, собираясь с мыслями.
– Примерно треть наших земель с момента начала войны оставалась ледяной пустыней. Приходя в города, эслады приносили только смерть: быструю тем, кто пытался их остановить, медленную и мучительную – тем, кто жил этой землёй. Опасность, о которой вы сказали, очень просто сформулировать: апари вас ненавидят и желают вашей смерти. Большинство не верит, что окончание кошмара странной войны – это следствие доброй воли немногих выживших взрослых эслад. Только некоторые из нас, зная истинное положение вещей, отдают себе отчёт, что гибель остатков вашего народа приведёт к концу Мира, а не только ненавистных порождений льда. Но даже меньшинство испытывает к вам отвращение, ненависть и страх.

– Лично вы относитесь к большинству или меньшинству?
– спросила ровно. Слова мужчины хоть и вызвали чувство горечи и обиды, но не шокировали и не выбили из равновесия: он лишь подтвердил всё, сказанное прежде.

– Если бы я относился к большинству, меня бы тут не было, - насмешливо фыркнул апари. Выдержал короткую паузу, лениво усмехнулся и добавил задумчиво: – Впрочем, сейчаc я не могу уверенно отнести себя и ко второй категории.

– Почему?

– Я наблюдаю за вами уже несколько дней, - хмыкнул Лаэски.
– Бояться вас... ну, прямо сажем, я – страшнее. Ненавидеть горстку перепуганных и потерянных девчонок еще сложнее, у меня вот уже не получается. С ходу проникнуться симпатией ко всем эсладам это, конечно, не заставит: не исключено, что ваши сородичи специально подобрали для первого раза самых безобидных и слабых. Но с другой стороны,теперь я допускаю, что женщины-эслады и в самом деле такие вот наивные и беззащитные. А отвращение... – взгляд мужчины задумчиво и нарочито медленно скользнул с моего лица вниз, вдоль выреза платья, дальше на талию, по ногам к выглядывающим из-пoд подола ботиночкам. Тяжело было под этим взглядом сохранять неподвижность, мне снова стало не по себе. Но не страшно, как прежде в общении с этим типом, а очень нелoвко. Хотелось поёрзать, прикрыться и одёрнуть подол платья. Между тем Дитмар, закончив осмотр, продолжил насмешливо-ленивым тоном: – Вы вcе слишком хорошенькие для этого. Фигурки, волосы, глаза.. В общем, можете отнести меня к сомневающимся и склонным переменить мнение об эсладах. В ваших интересах, чтобы у меня это получилось. Слушаю ваши предложения на этот счёт.

– Какие предложения?
– опешила я и, кажется, очень несолидно вытаращилась на апари.

– Ну зачем-то же вы со мной заговорили, – пожал плечами тот, не отводя асмешливого взгляда. – Значит, желаете дружить. Слушаю вас. Что вы имеете мне предложить?

убы мужчины изогнулись в улыбке, которая отчего-то показалась мне невообразимо гадкой, взгляд опять неспешно скользнул по моему платью. Несколько секунд я непонимающе разглядывала апари, а потом в голове как будто звонко щёлкнуло,и я поняла, какого имено предложения он ждал.