Чтение онлайн

– Может завтра, у меня ноги болят.

– Что еще нам принесет завтра, неизвестно. Поэтому, будем продолжать сегодня. Становись напротив висящего мата и работай ногами. Я тебе на нем нарисую мелом круг.

Он рисует круг выше своего роста.

– Но мне же его не достать...

– Работай, в прыжке и с отдачей, я тебе покажу в чем здесь фокус...

Сначала тренировки вызывали интерес у "психов", но потом интерес пропал. Мы отделили в зале небольшой уголок, упросили Виктора Владимировича достать нам штангу, гири, маты, сами сделали деревянные щиты, турник и даже "козла", правда без кожи. Кабаев меня мучил над каждым приемам сотни раз.

– Учись, сынок, когда-нибудь это пригодиться, поверь мне.

Я поверил ему.

Прошел год и три месяца и вдруг что то изменилось. Спешно стали отпускать на волю осужденных. Волна освобождения политических заключенных, докатилась и до нашего заведения. Как сказал мой тренер Кабаев: "... Нас достали последними... Уже долго прятать нельзя..."

Он прощался со мной долго. Как отец читал нравоучения.

– Самое важное, сынок, умей за себя бороться. Если тебя дальше будут гонять по психушкам, держи марку нормального человека. Руки с врачами и персоналом не распускай, много не говори. Если будет приставать всякая шушера, дай сдачи, эти силу уважают. И еще, если выберешься на волю, приезжай ко мне в Осетию, будешь у меня за место сына.

– Спасибо.

Арсен долго и крепко тряс мою руку.

– Силен мужик, моя работа...

Засобирался Георгий Иванович, его и несколько других заключенных тоже отправляли домой.

– Иван, в мире все изменилось. В Россию пришло новое веяние. Я уезжаю домой, в Москву.

– Я рад за вас, Георгий Иванович. Это хорошо, когда справедливость восторжествовала.

– Ты прав, но я боюсь за тебя. Ты сейчас никто в этом мире. Понимаешь, тень. Не политический, не больной, без паспортный и безымянный. В этом заведении я несколько лет и по своему опыту тебе скажу, те кто тебя сюда посадили, знали кто ты. Они тебя обманывали, твое настоящее имя и фамилия у них есть. Если тебя от сюда выпустят, поезжай в Москву, в архивах КГБ должна быть о тебе строчка.

– Почему вы так уверены?

– Это отделение, для изоляции политических от общества, тебя тоже изолировали. Значит не хотели, чтобы тебя кто то узнал, а может быть ты знал раньше что то такое..., ради чего власти готовы загнать еще и подальше... Твоя память, вот тот самый опасный аргумент из-за чего ты здесь сидишь.

– Думаете меня в КГБ примут с распростертыми объятьями и сразу все выложат?

– Не думаю, но мы поможем. Время стремительно меняется, меняются люди. Ты сейчас заучишь мой адрес. Мало ли со мной что может случится за время освобождения, поэтому запомни адреса людей, с которыми встретишься в Москве. Вот они.
– Он протягивает мне листок.
– Я приеду предупрежу их.

– Хорошо.

Вскоре в отделении стало пусто. На двести коек остался я один.

– Так что мне с вами делать?
– говорил мне Виктор Владимирович, при очередном утреннем обходе.

– Не знаю.

– Я тоже не знаю. Нас закрывают, закрывают четвертое отделение комитета, здание переходит в ведение минздрава.

– Что же все таки решили со мной?

– Выгнать тебя к чертовой матери.

– Куда же мне идти?

– Куда угодно. Собирай шмотки и с завтрашнего дня, свободен. Катерина, - орет он горластой женщине, - приготовь ему справку и деньги.

Вот она свобода. Я за воротами своей тюрьмы и не знаю куда идти, влево, вправо или прямо. Ко мне подъезжает черная "волга" из ее окна высовывается седая голова смуглого человека.

– Ей, ты не Джафаров?

– Нет.

– Когда же он выйдет?

– Не знаю.

Машина отъехала и недалеко от ворот остановилась. Я пошел по улице вправо. У автобусной остановки спросил, как доехать до вокзала. Оказалось, надо перейти улицу напротив и ехать в обратную сторону.

У центрального входа вокзала, перед парадными стеклянными дверями, стоят три парня, смуглые черноволосые южане. Я выхожу из автобуса и вижу как ребята напряглись и начали о чем то совещаться. Я поднимаюсь по ступенькам и подхожу к двери. Тут один из парней идет ко мне на встречу.

– Приятель, - говорит он мне с явным акцентом, - отойдем в сторону.

– Зачем?

– Нам надо выяснить кое что. Не задерживай людей.

Сзади меня действительно скопились пассажиры автобуса. Я отошел в сторону. Парни окружили меня.

– Слушайте, - обращается ко мне старший, вы очень похожи на одного человека.
– Вы не Джафаров?

Джафаров? Странно, я второй раз слышу эту фамилию. Может я действительно Джафаров.

– Нет.

Парень достает из кармана карточку и смотрит на нее, потом на меня.

– Вроде похож. Наиль, похож?

Он передает карточку другому.

– Черт его знает, у этого волосы белые и скулы выпирают, но чем то похож, - отвечает Наиль.

– Придется проехаться с нами...

– Простите, но мне надо на вокзал?

– Никуда не пойдешь, тебя ждут в другом месте.

– И где же?

– В Самарканде.

– Кто?

– Муфтий Фархас...

Мне это ничего не говорит. Георгий Иванович просил лучше поехать в Москву. Эти ребята совсем не нравятся.

– Нет, ребята, мне в другую сторону...

– Возьмите его, - командует старший, - и в машину.

Чувство опасности сразу пришло ко мне. Как там показывал приемы староста в моей тюрьме. Резко вскидываю руки назад. Кажется достал, один парень держится за нос, другой свалился на камни. Я отскакиваю и ребром ладони бью по шее того, из носа которого капает кровь. Теперь оба парня лежат на камнях, один еще пытаются подняться, старший немного растерян. Он два раза махнул в мою сторону кулаками. Я уклонился и стал наступать, обманываю его левой рукой и хорошим приемом заезжаю ему в скулу, правой. Парня подбрасывает. Стекла дверей разлетаются вдребезги, он просто улетел в зал ожиданий. Вокруг закричали любопытные пассажиры.

– Парень, - симпатичная девчонка дергает меня за рукав, - беги, мильтоны идут.

Я оглядываюсь. Два милиционера спешили, с площади перед вокзалом, к нам. В мои планы встреча со служителями правопорядка не входила. Девчонка тянет за руку.

– Беги за мной.

Она первая влетает в разбитые двери вокзала и мы, проскочив мимо стонущего на полу южанина, петляем по коридорам с людьми. Опять дверь и мы на перроне. Рядом стоит пассажирский состав. Девушка добегает до девятого вагона.. В дверях стоит с флажками заспанная проводница.

– Варя, - орет моя спутница, - Варя.

– Галька, ты чего?

– Возьми парня.

– Да ты что? Меня начальник поезда вздрючит.

– А его сейчас сцапают мильтоны. Он там черным рожу набил.

– Вечно ты Галка вляпаешься в историю. Полезай быстрей, - командует она мне.

Я залезаю в вагон. Девчонка, которую назвали Галей, быстро смоталась. Через пять минут мимо вагонов бегут два милиционера с чуть прихрамывающим парнем, одним из тех, которые пытались меня остановить перед входом вокзала.