Чтение онлайн

– Вы не можете уточнить с кем встречались?

– Этого я вам не могу сказать. Зачем принимать им мучения, лучше пусть это достанется мне...

– Ты, - слышится окрик Чечурина, - выяснил что-нибудь?

– Это мулла, прибыл от куда то в Кабул по религиозным мотивам. Отказался говорить, с кем собирался встретится или уже встретился.

– Сейчас заговорит. Где же прапор?

По настороженному взгляду муллы, вдруг понимаю, что тот разбирается в русском языке.

– Вы русский знаете?
– обращаюсь к нему.

– Нет.

– Из какой страны вы прибыли?

– Зачем вам это? Богу можно служить в любой стране.

– Но мне кажется, вы из России... Почему вы не хотите сказать об этом?

Он внимательно глядит мне в глаза.

– Нет, я не из России, русского не знаю и действительно прибыл сюда по делам религии.

– О чем вы там лопочите?
– спрашивает меня капитан.

– Пытаюсь его подловить.

– Посиди с ним, я сейчас вытащу этого прапора за яйца.

Капитан уходит. Мы молчим.

– Вы знаете Алишера Навои?
– вдруг спрашиваю я по-арабски.

Мулла немного ошеломлен вопросом.

– Кое что...

– А это знаете?

Я читаю стихи.

"О смерть, скорее душу отними!

Меня хоть этой пыткой не томи!

Ужель страданий мало мне других,

Что в смертный час я вспомнил и о них,

Да ты коварством вечен, небосвод!

О как ты бессердечен, небосвод!

Так не ведется ведь у палачей,

Чтоб одного казнили сто мечей!

– Вы прекрасно разбираетесь в поэзии и весьма чисто для русского говорите на арабском..., - замечает пленный.

– Я могу и по-персидски.

О кравчий времени! Тебе упрек:

Зачем ты милосердьем пренебрег,

Зачем отраву в чашу подсыпал

Тому, кто сам навеки засыпал?

Каким быть надо злобным палачом

Чтоб даже мертвеца рубить мечом!

– Для чего вы мне читаете это?

– Мне жалко вас, мулла Фархас. Зачем нужны жертвы. Сейчас придут мастера заплечного дела и из вас сделают котлету. Ведь вы разбираетесь в поэзии, литературе и неплохо знаете русский язык. Вы же сейчас сами себя выдали, похвалив меня в знании арабского языка. Так ответить мог человек знающий акценты русского языка.

Он смотрит на меня и потом качает головой.

– Вы весьма умный молодой человек, но я приехал по делам религии и русского не знаю.

В дом врывается Чечурин, таща за волосы пьяного прапора.

Капитан садист, любитель мордобоя и пыток. Его помощник, прапорщик Николаев полная скотина. Обладая изумительной силой, он на десерт легко ломает арестованным зубы, руки, пальцы, уродует тела.

– Все, спрашивай последний раз, будет говорить с кем встречался или нет?
– требует от меня капитан.

– Вам задают последний раз вопрос, вы будете отвечать с кем встречались?
– так же задаю вопрос мулле.

– Нет.

– Он не хочет говорить.

Капитан подходит к арестованному и, ударом в челюсть, повергает его на пол. Начинается избиение. Пьяный прапор тупо смотрит на расправу и ждет своей очереди. Чалма скатилась с головы несчастного. Чечурин подтаскивает его опять на стул. Лицо муллы разбито и кровь капает ему на колени.

– Сейчас я тебя скотина, буду жарить.

Это любимое занятие Чечурина. Шомполом от автомата АК, он владеет как виртуоз. Офицер включает газовую плитку, что приютилась в углу комнаты и начинает нагревать кончик шомпола. Красную полоску подносит к лицу муллы. Тот в ужасе откидывает голову.

– Прапор, подержи его.

Звероподобный прапорщик, сзади вывернул несчастному руки так, что его грудь, как дугой выгнуло. Затылок муллы уперся в грудь палача. Шомпол коснулся щеки Фархаса.

– О..., - завыл арестованный.

– Эй ты, шавка, - это у же ко мне, - допрашивай.

– С кем встречались? Откуда приехал?

Шомпол уперся в глаз и он затрещал, потом зашипел, пар пошел к верху. Арестованный уже выл.

– Я скажу, скажу. Я прибыл из Пакистана, для встречи с муфтием Кабула Сулейманом Омаром. Меня послал к нему совет муфтиев северо-восточного региона. Я привез к нему письмо...

Я бегло перевожу. Шомпол отходит от лица.

– Это уже лучше.

На окровавленном лице муфтия, ползут слезы из здорового и... слепого глаза.

– Пусть расскажет, о чем письмо и что решил совет муфтиев?

Несчастный захлебывается, но уже не запирается все говорит и я спешно перевожу и записываю показания.

– Так то бы давно, говнюк, - заключает Чечурин.
– Переводчик вызови солдат охраны пусть..., пусть уведут... Прапор, дай ему легонечко и отпусти.

Прапорщик легко разворачивает несчастного к себе и от одного его удара в лицо, мулла сразу отключается.

Я выскакиваю из дома и зову играющих у стены соседнего дома в орлянку солдат охраны.

– Джафаров, - орет в двери опять Чечурин, - подготовь документы допроса...

.......................................................................

Резкий запах ударяет в голову. Я открываю глаза. Лежу на диване в комнате. Девушка в декольтированном платье относит от носа ватку.

– Слава богу, пришел в себя. Мы с мужем тебя тащили сюда, из сил выбились.

– Где я?

– У нас дома. Я решила чего вам в больнице валятся и связываться с милицией, лучше отлежаться у нас. Муж как раз подъехал, мы вас в машину и ко мне.

Голова опять болит. Что за странные сны снятся после очередного удара по голове. Значит я все же Джафаров. Чем же я насолил и кому? В комнате появляется парень в свитере.

– Рита, все в порядке?

– Пришел в себя.

Он подходит к кровати.

– Спасибо за жену. Мне уже все рассказали. Вас как звать?

– Иван.

– А меня Гарик, это жена - Рита. У нее каждый год встреча школьных друзей. Вот и сегодня весь ее класс собрались в кафе, а эти известные хулиганы, братья Серые, решили двух женщин украсть...

– Украсть?

– Ну, да. Разве вы не поняли зачем? Вот моя жена и понравилась им.

Я сажусь и щупаю голову, на затылке большая шишка. Рита протягивает руку с мокрым полотенцем.

– Приложите. А вы откуда, похоже не здешний?

Я прижимаю полотенце к затылку. Стало легче.

– А я проездом. Хочу добраться до Москвы и никак.

– Билета не достать?

– Я еще не пробовал, только сегодня на попутке приехал из Казахстана. А сколько стоит билет до Москвы, вы не знаете?