Чтение онлайн

– С утра до вечера, несколько дней подряд. До тех пор, пока она позволит.

– Я могу помочь тебе, даже если мы просто обменяемся мнениями. Мы можем работать по десять или двенадцать часов. Или я могу помолчать – просто возьму с собой книгу.

Зазвонил мой телефон.

– Алло, Изабель? Это Мари-Кристин. Я в Лилле. Моя подруга заболела, и ее госпитализировали. Я не знаю, когда вернусь. К сожалению, нашу встречу во вторник придется перенести.

– О, мне так жаль! Надеюсь, с вашей подругой все в порядке.

– Не уверена.

– Извините, что я говорю об этом сейчас, Мари-Кристин, но я все пытаюсь понять, как письма Фальконе могли оказаться на вашем чердаке. Ваша фамилия Клеман, верно?

– Да, но дом принадлежит… принадлежал… моей матери.

– И как ее звали? Какой была ее девичья фамилия?

– Де ла Фер.

Мы поговорили несколько минут и попрощались после того, как Мари-Кристин заверила меня, что даст знать, когда вернется домой.

Положив трубку, я повернулась к Уильяму.

– Фамилия ее матери была де ла Фер, как у Мадлен! Я определенно на правильном пути. Но что мне теперь делать? Она в Лилле с подругой, которой нужна ее помощь. Кто знает, когда она вернется.

– Мы найдем решение. Я обещаю. Вообще-то, возможно, у меня уже есть одно.

Остаток дня я провела, делая заметки и сверяя список оставшихся документов, которые мне еще предстояло посмотреть. Уильям ушел на несколько часов, чтобы «не маячить перед глазами», и я была благодарна возможности побыть наедине с собой и привести в порядок мысли. Мне хотелось уточнить у Мари-Кристин подробности о семье ее матери и спросить, когда мы сможем встретиться, поэтому я набрала ее номер. Но звонок не прошел, потому что в телефоне почти разрядился аккумулятор. Я огляделась в поисках зарядного устройства. Ни в шкафах, ни в выдвижных ящиках я не нашла ничего похожего. Может быть, у Уильяма есть пауэрбанк? Я открыла его портфель, который, к моему удивлению, он не взял с собой. В большом отделении зарядного устройства не было. Я посмотрела другой карман, поменьше. Мои пальцы нащупали стопку влажных бумаг. Я вытащила зашифрованные письма, принадлежавшие Мари-Кристин, все двенадцать.

Я нашла зарядное устройство и подключила к нему телефон, затем села на диван, пытаясь отыскать подходящее объяснение, пока через полчаса не приехал Уильям. В руках у него был огромный букет красных роз на длинных стеблях, который он положил в кухонную раковину и сел рядом со мной.

– Ты такая молчаливая. Что случилось?

– Уильям, я нашла пачку писем Мари-Кристин в твоем портфеле.

Он резко обернулся. В его глазах промелькнула вспышка гнева.

– Что? Ты… ты рылась в моих вещах, пока меня не было?

– Я пыталась найти зарядное устройство для телефона.

– Не стоит рыться в чужих вещах без спроса. Вчера вечером я поделился с тобой некоторыми подробностями моей личной жизни, и мне обидно думать, что ты мне не доверяешь.

– Я тебе доверяю, а вот ты мне, похоже, нет.

– Конечно, как же. Не могу поверить, что ты рылась в моих вещах. Что еще, ты взломала мой компьютер?

– Сколько раз мне повторить: я лишь искала зарядное устройство. Можешь в любое время посмотреть мои вещи. Мне нечего скрывать. Почему ты обвиняешь меня по пустякам и уклоняешься от ответа на мой вопрос? Я уверена, что у тебя была веская причина забрать письма Мари-Кристин, но я хотела бы знать какая. И почему ты не сказал мне об этом после того, как я завершила разговор с Мари-Кристин?

– По пустякам? Я очень закрытый человек, Изабель. Ты должна это знать. Почему я не сказал тебе сразу? Я хотел сделать сюрприз. Когда я сказал, что, возможно, у меня есть решение, это оно и было. – Он указал в сторону кухни. – Вот почему я принес розы. Я распланировал весь вечер. Я думал, ты будешь в восторге. Тебе нужны эти документы, Изабель, и теперь они у нас… Кто знает, когда вернется Мари-Клер. – Он хрустнул костяшками пальцев. – Все это время я старался помочь тебе, Изабель. Немного благодарности не помешали бы.

– Я знаю, что ты стараешься, Уильям. И я благодарна. – Помолчав, я добавила: – Ее зовут Мари-Кристин.

– Не говоря уже о том, что мы как историки обязаны вмешаться, – продолжал он. – Документы были в опасности. Все сведения, содержащиеся в этих письмах, могли сгореть. Ты лишь подумай, сколько она курила?

– Это не нам решать, – возразила я. – При встрече с Мари-Кристин я собираюсь вернуть ее письма!

– Ирония в том, что ты заботишься о наследии ее семьи больше, чем она, – нахмурился Уильям. – И тебе придется побороться за то, чтобы они сохранились. Для потомков. Ты близка к настоящему прорыву. И к тому, чтобы найти изумруд. И к спасению Розы. Давай сосредоточимся на этом, особенно на последнем пункте. Жизнь Розы в опасности.

– Да, я хочу спасти ее, – кивнула я. – Но не воровством.

Он глубоко вздохнул.

– Я бы предпочел слово «одолжить» или «позаимствовать», если тебе так больше нравится. Мы лишь на время взяли несколько бумаг у той, для которой они ничего не значат, вместо того, чтобы рисковать твоей жизнью и жизнью Розы. Ты хочешь закончить как Катрина? Ты хочешь, чтобы это случилось с Розой? Ты этого хочешь? Время на исходе, а ты бросаешься на меня лишь за то, что я хочу спасти тебя. Ты думаешь, я хотел забрать эти письма? Честно говоря, мне плевать на то, как ее, черт возьми, зовут, и на ее письма. Я сделал это, лишь чтобы помочь тебе. Я не знаю, что еще сказать.

У меня перехватило дыхание.

– Я понимаю, что ты взял письма, чтобы помочь. Но ты должен был просто сказать мне!

– Не просто помочь. Чтобы спасти твою чертову жизнь, Изабель. В чем, собственно, проблема? Да, сейчас у нас сложный период, но, похоже, ты обвиняешь меня лишь потому, что у тебя проблемы с доверием. Это из-за отца, который тебя бросил? Я не могу придумать иной причины для такой бурной реакции. Не стоит жить обидами прошлого, поверь тому, кто это знает. – Он поднялся и направился к входной двери. – Может быть, тебе стоит немного разобраться в себе, а потом предъявлять мне обвинения. Я вернусь через час, к ужину.

В ту ночь мы занимались сексом с особой страстью, как будто оба осознали, как легко потерять друг друга.

Глава двадцатая

На следующий день я отправилась в Национальный архив, расположенный в ультрасовременном здании в Марэ. Запустив поиск по офлайн-каталогу, я нашла номер описи вещей Федерико.

Опись находилась в Центральном бюро нотариусов Парижа, где хранились нотариальные записи. Под записью в каталоге была приписка о том, что документ находятся в плохом состоянии и для ознакомления требуется специальное разрешение. Я подала заявку, обратившись по адресу электронной почты, указанному в нижней части экрана. Остаток дня я потратила на то, чтобы переписать шесть писем Мари-Кристин и написать длинное электронное письмо своей матери. К концу рабочего дня никто не ответил на мой запрос. На следующее утро я повторила попытку – на этот раз лично.

– Чиновника, который может вам помочь, нет на месте, – объяснила секретарь. – Может быть, вы подождете?

– Я вернусь через минуту. – Я вышла на улицу позвонить Мари-Кристин. Она не ответила, но ее голосовая почта сообщила, что ее нет в городе. Значит, она оповестила всех о том, что ее дом пуст и не охраняется. Я беспокоилась за остальные документы в ее доме. Похитители Розы могли украсть их в любой момент. Мне нужно было вернуться к работе, чтобы мой разум перестал метаться от одного к другому.