Чтение онлайн

Я виноват. То, что я сделал непростительно.

Ужаснейший грех, который погубил всех нас и Клэр в первую очередь».

Запись обрывается, но через большой отступ возобновляется. Будто писали в разные дни.

«Клэр не простит меня, когда узнает.

Но это больше не может продолжаться. Нет, только не так. Я не позволю загубить и ее жизнь.

Пора с этим покончить».

Я медленно положила записку на кровать. Дрожь в руках усилилась, на лбу проступили капли пота.

Мама умерла?

Мне потребовалось время, чтобы вспомнить, как дышать.

Холодная вода в ванной резко столкнулась с лицом и затуманенными глазами. Мне необходимо было скорее прийти в себя, но из-за резкой отмены препаратов, самочувствие было, мягко говоря, не важным.

Вскоре к вегетативным признакам добавилась и мигрень. Она мешала думать и сосредоточится на письме. Пришлось выпить таблетку кеторола, чтобы стало легче.

Я всю жизнь винила ее в том, что она нас бросила, а она на самом деле умерла? И к этому как-то причастен папа? Боже, это какое-то безумие.

***

Через 2 часа

– Клэр? – Джулс смотрела на меня неморгающим взглядом. – Господи, что с тобой? Ты плачешь?

Она ухватила меня за плечо и впихнула в квартиру. Ее руки легли на мокрое от слез лицо, она встревоженно и отчаянно всматривалась куда-то в глубину души, будто могла сама найти все ответы.

– Мне больше некуда пойти, - нижнюю губу била дрожь, а глаза заволокло от соленой влаги.

Прежде чем прийти к двери Джулс, я какое-то время просто бродила по улицам – бесцельно, потерянно. Из вещей у меня была только сумка с документами, телефоном и рамкой с фото отца, в руке – фигурка ангела. Я не нашла в себе силы собрать вещи, да и какой в них смысл? Я уже итак была уничтожена и разбита.

– Дурная моя, - она с силой прижала меня к себе, так что безвольно болтавшиеся руки стянуло крепким жгутом ее объятий, – пойдем на кухню, я сделаю нам успокаивающий чай, и ты мне все расскажешь.

Кухня располагалась на солнечной стороне дома, и была вся выкрашена в светло-желтый цвет. От света глазные яблоки отозвались резкой болью, и пришлось на короткое время зажмуриться. Белые глянцевые шкафчики и столешницы выглядели идеально чистыми, и прямо так сверкали, отражая настырные солнечные лучи. Множество скляночек с приправами и соусами говорили о том, что хозяйка этого дома очень любит готовить пряную пищу и чувствовать ее насыщенный вкус. На холодильнике в ряд расположились магниты с ракушками и иллюстрациями диких побережий. Джулс обожала путешествовать и тащить воплощенные в сувениры воспоминания к себе в дом.

Она была яркой девушкой, с пышными бедрами, но достаточно тонкой талией. Волнистые темные волосы свисали ниже плеч, небрежно рассыпаясь по всей спине.

Я часто ловила себя на мысли, что украдкой любуюсь ей. Недаром говорят, что нас притягивает к красивым людям. А Джулс тот человек, в котором красота внешняя и душевная образовали собой приятное комбо.

Она разлила душистый чай по двум прозрачным кружкам. Чай пах ромашкой и мелиссой. Осторожно отхлебнув, чтобы не обжечься, я сказала:

– Я ушла от Мартина.

Она будто ждала этих слов и была совсем не удивлена. Тогда я начала рассказывать ей все, что со мной произошло за последние месяцы. Я поделилась и новостью о смерти отца, и о содержимом записки, и о том, как Мартин со мной обращался и как изолировал от всего мира.

Разговор плавно перешел в рыдания. Джулс тоже не смогла сдержать слез, так ей было больно за меня. Я неразборчиво шептала ей извинения, а она с пониманием кивала и обнимала меня. Тепло ее рук успокаивало и дарило покой. Я точно знала, что с ней я в безопасности.

После душевного разговора мы перебрались в гостиную, где она расстелила мне диван и уложила спать.

На следующий день я воспользовалась ее телефонным справочником - стала искать номер и адрес своей тети, с которой мы уже давным-давно не общались.

Я должна выяснить, что случилось с мамой, и почему отец считал себя виноватым.

Глава 26.

Адрес и телефон я записала с обратной стороны предсмертной записки отца. Изначально я собиралась сразу позвонить и договорится о встрече, но Джулс - заспанная, в лёгком цветочном халатике убедила меня сделать это в выходной день и желательно после обеда, чтобы тётя была более позитивно настроена на разговор. Последний раз мы виделись на похоронах, но у меня не было никакого желания с ней разговаривать, к тому же она вела себя отстранённо и долго там не задержалась.

Ещё когда отец был жив, у них возникли большие споры по поводу моей учебы – тётя Мэри настаивала, чтобы я продолжала учиться, даже одолжила некоторую сумму, чтобы мы заплатили за учёбу, но отец большую часть отдал заемщикам, а на остальные деньги мы купили продукты и заплатили за квартиру. Мэри в ярости наговорила отцу кучу всего не самого приятного. Она не была в нашей шкуре, и не до конца понимала, в какой ситуации мы находились. Мне пришлось оставить колледж, и это по большей части было моё решение – трудно было совмещать с работой и проблемами отца.

Я отыскала среди подушек свой телефон, и охнула от числа пропущенных. Прошли почти сутки с того момента как я ушла от Мартина. Он звонил тридцать восемь раз, но телефон стоял на беззвучном режиме. От его пятнадцати сообщений я почувствовала укол совести. Наверное, я не должна была уходить так. Молча, внезапно.

«Боже, Клэр. Я места себе найти не могу, позвони, как только увидишь».

– Что там у тебя? – Джулс по-хозяйски выхватила телефон. Прочитав сообщение, она погасила экран и вернула телефон мне. – Ты ведь не собираешься ему отвечать?

– Может, это слишком жестоко, так его игнорировать? – промямлила я.

– Чего блин? Забыла, что он с тобой делал? Да он больной ублюдок! Не вздумай отвечать, – она глубоко вздохнула, будто набираясь решимости – Если ты вернёшься к нему – можешь навсегда забыть обо мне.

– Я не собираюсь… Просто, что если он обратится в полицию, будет меня везде искать?

– Если он не глупый – не обратится. Чувство самосохранения у него всё же должно быть. Если тебя разыщет полиция, и ты скажешь всё то, что сказала мне – этим доктором сразу же займутся, начнутся всякие проверки и вскроется, что он грубо нарушал врачебную этику, и его попрут с работы, а может и вовсе лишат лицензии!