Чтение онлайн

— Это твоя работа?

Я открываю рот, чтобы задать вопросы, но Дженни перебивает.

— Ты следил за мной? — спрашивает она и повышает голос. — Это низко, даже для тебя, Кайл.

— Я не следил за тобой. Эту пачку твоих фотографий с Заком мне прислали сегодня по почте. Я приехал разобраться, что происходит.

Расстроенно провожу пальцами по своим коротким волосам.

Дженни складывает руки на груди:

— И я должна в это поверить?

Она поднимает бровь и скептически на меня смотрит. Я вижу её сомнения и начинаю беситься. Сжимаю зубы и стараюсь сдерживаться. Хочу вразумить её, но вместо этого хватаю её за руки и прижимаюсь к её рту губами. Запускаю пальцы в её золотые локоны и крепко их сжимаю. Она судорожно выдыхает мне в рот, и для меня это самая сексуальная вещь в мире. У меня резко отказывают тормоза и я слетаю с катушек. Напираю, жадно впиваюсь в её губы и мы с грохотом врезаемся в шкафы. Хочу вытрахать из неё всё плохое отношение ко мне, отшлепать за её сомнения по восхитительной попке и показать, что она не сможет без меня жить. Рычу, хватаю обеими ладонями её бёдра и трусь своим членом о её промежность. Боже. Она дёргает меня за волосы, и это заводит ещё больше.

— Ты пожалеешь, что сомневалась во мне, — рычу ей в рот и прикусываю её нижнюю губу. Зажимаю между зубами и держу в плену, пока расстегиваю молнию сзади на платье. Стягиваю его вниз и ткань свободно падает на пол. Боже милостивый, Дженни без бюстгальтера. Щипаю оба соска, и Дженни охает. Не знаю, то ли от удовольствия, то ли от боли. Плевать. Эта девушка заставляет меня терять рассудок. Провожу языком по её нижней губе, зализывая укус, и её ногти царапают мою шею, оставляя кровавые полосы. Чёрт. Она с силой прижимается к моей груди. Ловлю её руки и, утягивая её за собой, врезаюсь в стену. От удара стена сотрясается и висящая на ней картина падает на пол и разбивается. Подхватываю Дженни, удерживая за попку, — подальше от разбитого стекла. Кусаю её шею и заставляю вскрикнуть. Хочу поставить на ней свою метку, чтобы никто никогда к ней не прикасался. Она только моя.

Несу её к столу в гостиную, сажаю на край и толкаю назад. Её спина соприкасается с холодным деревом и Дженни охает. Срываю с неё трусики и стягиваю их вниз.

— Эта вагина только моя.

Раздвигаю ей ноги, подтягиваю стул и сажусь. Вся розовая и мокрая от желания, распластанная передо мной на столе, она выглядит просто невероятно. Пусть сколько хочет рассказывает, что ненавидит меня. Её тело говорит мне совсем о другом. Мышцы на животе поджимаются. Я наклоняюсь вперёд, с нетерпением ожидая, как почувствую вкус самой сладкой в мире вагины. Провожу языком по её дырочке, слизываю соки и глухо стону. Дженни жалобно всхлипывает и приподнимает попку вверх, толкаясь своей горячей плотью мне в лицо. Моя девочка хочет того же, что и я.

— Да, детка, дай спрятаться в твоей киске, — говорю я, прижимаясь лицом к её жаркой щели. Вылизываю языком вход в её дырочку, толкаюсь носом в клитор и пью соки. Чёрт, могу делать это хоть всю ночь. Засовываю в неё два пальца и губами тянусь поиграть с клитором. Всасываю его, тереблю и перекатываю кончиком языка. Она стонет и пододвигается бёдрами ко мне ближе. Свободной рукой прижимаю её к столу.

Рычу Дженни прямо в вагину:

— Не двигайся. Замри и не шевелись.

Сгибаю внутри неё пальцы и тру место, которое сводит её с ума. Впиваюсь губами в набухший клитор, втягиваю, и Дженни на столе мотает головой из стороны в сторону. Она открывает рот, выдыхая воздух маленькими порциями: оргазм уже близко. Когда её ноги начинают мелко дрожать, а тело вибрировать, я ускоряю движения пальцами и языком. Дженни кончает с долгим стоном, и я снова погружаю в неё язык, наслаждаясь вкусом её оргазма.

Расстёгиваю джинсы и опускаю их так, чтобы они сами сползли по ногам. Беру Дженни за бёдра и переворачиваю на живот. Одной рукой шлепаю её по попке и потираю место удара другой. Резко дёргаю Дженни со стола, на себя, и она от удивления вскрикивает. Сажу её себе на колени, спиной прижимаю к своей груди, а ноги развожу широко в стороны — теперь её голени прижимаются к внешней стороне моих ног. Кусаю её за мочку уха и поднимаю вверх так, чтобы мой член находился у её входа. Ввожу внутрь только головку. Держу Дженни так и наблюдаю, как она медленно скользит по длине моего толстого члена вниз до тех пор, пока я не погружаюсь в неё по самые яйца. Она стонет — её жаркая дырочка привыкает к моему размеру. Одной ладонью сжимаю ей грудь, а другой обхватываю горло.

Рычу ей прямо в ухо:

— Покатайся на мне верхом, малышка. Покажи, на что ты способна.

Дженни обнимает меня за шею и откидывает голову на моё плечо, а потом вжимается в меня бёдрами. Горячими стенками внутри стискивает мой член, и я с трудом сдерживаюсь. Поднимаю бёдра, она с силой об них трётся и вжимается. Отрываю руку от её груди, нащупываю клитор и тру, зажав между большим и указательным пальцами. Контролирую силу нажима и темп, чтобы они совпадали с моими толчками. Чувствую, что Дженни снова на грани. Сжимаю ей горло, сильно, чтобы знала, кому принадлежит. Дженни кончает со стоном, стискивая мой член плотными горячими стенками. От этого ощущения — лучшего в мире — срываюсь в собственный сильный оргазм. Чёрт возьми, нет ничего лучше, чем кончать в неё, забрызгивая всю её киску своей спермой. Я как животное, которое метит свою территорию. Моя.

Отпускаю ей горло и скольжу рукой вниз к груди. Держу её крепко и, нежно прикасаясь губами, целую её шею.

Шепчу на ухо:

— Дженни, я люблю тебя.

Её тело дрожит, и она начинает рыдать. Не знаю, почему она плачет, но такой её вид разбивает мне сердце. Поднимаю Дженни и поворачиваю к себе лицом. Всматриваюсь в её наполненные слезами глаза и вижу, какую сильную боль ей причинил. Какой же я гад. Я должен как-то загладить свою вину. Обнимая её за шею, прижимаю к своей груди и слушаю её рыдания. Чувствую, что Дженни сейчас нужно именно это.

Когда слёзы заканчиваются, уношу её на кровать. Кладу на постель и сам, устроившись рядом, прижимаюсь к её спине. Обнимаю Дженни за талию и думаю обо всём, что нужно ещё сказать.

— Прости, что оттолкнул тебя. Дженни, в своей жизни я сделал много сомнительных вещей. По работе мне приходилось делать много плохого, чем вряд ли можно гордиться, но я всегда мог оправдаться, потому что делал их ради благих целей. Знаю, что причинил тебе боль, но хочу, чтобы ты знала, что я старался сделать то, что считал для тебя правильным. — Делаю паузу, вдыхаю её сладкий запах и думаю, что, возможно, чувствую этот аромат в последний раз. — Я не знал, смогу ли когда-нибудь вернуть свои воспоминания о тебе, поэтому и не хотел, чтобы ты тратила время в ожидании того, что, возможно, никогда не произойдёт.

Дженни поворачивается ко мне, и в её глазах я вижу вспышку гнева. Потом она начинает говорить.

— Ты принял решение, даже не обсудив со мной. Мы могли бы об этом поговорить, но ты даже не дал мне такой возможности. Ты просто отослал меня, как будто я для тебя ничего не значу. — В её глазах стоят слёзы. — Кайл, ты сделал мне больно, и ещё хуже, что сделал так бессердечно. Я даже не подозревала, что такое возможно, и не смогла подготовиться к подобному повороту. Я отдала тебе сердце, открылась и полюбила, а ты скрыл от меня очень важные вещи… жизненно важные вещи.

Дженни прикусывает губу и закрывает глаза. Когда снова их открывает, я тону в их лазурной синеве.

— Почему ты не рассказал мне об осколке пули?

Чёрт. Я знал, что этот вопрос всплывёт рано или поздно.

— Сначала я ничего не говорил, потому что никого не хотел в это втягивать, но потом я просто в тебя влюбился. А когда мы уже начали встречаться, я не знал, как сказать. Я ненавидел себя за то, что не сказал сразу, и мне казалось жестоким взваливать на тебя эту ношу. Я не хотел, чтобы ты думала, что каждое наше мгновение вместе может быть последним.

— Я понимаю причины, которые побудили тебя так сделать, но после всего, что было между нами, и после всех твоих ошибок, которые я тебе простила, как мог ты подумать, что я не захочу нести это бремя с тобой?

Поднимаю руку и убираю Дженни волосы с лица. Она — само совершенство и я не могу представить без неё свою жизнь.

— Дженни, я больше не хочу быть без тебя. Я люблю тебя. Ты мне нужна. Прошу, скажи, что ты простила меня и даёшь нам ещё один шанс.

В моём взгляде — мольба, и в ожидании ответа я задерживаю дыхание.