Чтение онлайн

– Зачем тебе ведро на турнепс?
– спросил Вова утром.

– Начальница приказала взять. Не знаю, зачем, - смеялась она.

Подъехали они к восьми утра из минуты в минуту. Точно в это же время около управления развернулась грузовая машина. Все, нехотя, с шутками выходили и забирались в кузов. Не только они одни ехали на уборку. Грузились и около Чугуевского леспромхоза, который был совсем недалеко. И уже по дороге их обогнали грузовики с молодыми солдатами, которые дружно махали им руками. А на въезде в совхоз около моста через речку в очередь двигались ещё три машины полные народу. Ей это нравилось -- видимо, хорошо согласованная работа местных властей. Погода была отличная. Девчонки были в безрукавках совсем и в лёгких трико, засученных до колена, на ногах почти у всех лёгкие кеды.

– У меня ведь тоже трико есть, и футболка полегче, - думала она, - надо только кеды зайти сегодня купить, а то ботинки тяжеловаты.

Неожиданно для неё в управлении оказалось много мужчин, почти столько же, сколько и женщин. Пока ехали, солнце поднялось над лесом, а когда рассредоточились по рядам, уже всюду слышался смех и весёлые разговоры. Трое мужчин впереди готовили площадки для куч обработанных корнеплодов. Шли слегка кверху, от дороги к лесу, у которого за пригорком видны были только самые верхушки. Солнце грело спины, несколько дамочек обнажили верхнюю часть до купальников. Никто не собирался никого опережать, больше поджидали отстающих. Взаимные интересы в коллективе, видимо, были давно обозначены. Рядом с Аксаной шли Маргарита и Елена Рашитовна, потом двое из отдела кадров, как она поняла из разговоров. Начали подъезжать самосвалы, в которые весело грузили хором со всех сторон. Как ни странно, до обеда прошли половину, оказавшись на самом пригорке.

– Неужели даже поля здесь рассчитаны по нормативам?
– Задавала она себе вопрос.
– Даже придраться не к чему.

Обедать присели также по интересам. К ним подсели кадры и трое мужчин, один из них был с ведром. Второй оказался главным инженером в управлении леспромхоза, который руководил здесь работами.

– Ванюшкин Иван Иванович, - с улыбкой представился он только ей, пожимая руку.

– Аксана Викторовна Округина, - застеснялась она.

– Ну-с, что у нас сегодня на обед?

Быстро сбросали на клеёночку всё съестное, оказалось довольно внушительное разнообразие. Один вытащил из-за пазухи около десятка крупных красных помидоров. Тот, что на ведре сидел, открыл солдатскую фляжку и под понимающие улыбки обратился именно к ней:

– Аксана, будем знакомы! Тебе сегодня начинать, делай первая три глотка.

Она сообразила, что ей предлагают спиртное. Взяла протянутую фляжку:

– Спасибо за тёплый приём, - улыбнулась она. Сделала три глотка, слегка отвернувшись в сторону.

Ей протянули сразу и запить минералки, и разрезанный помидор. А дальше пошло по кругу, и её больше не беспокоили. Съели абсолютно всё, даже её две булочки. Никто не собирался пьянствовать, после одного круга он закрыл фляжку и прицепил обратно себе на пояс. Потом разбрелись по своим надобностям. Первыми ушли мужчины, потом кадры, за ними Маргарита. Она было поднялась, но Елена задержала её рукой:

– Сядь. Ставь своё ведро в моё, теперь очень крепко привяжи пакет к ручке. Очень крепко. И слушай меня. Машина за нами придёт ровно в четыре часа. К этому времени мы должны закончить и даже погрузить всё. Как только все пойдут к машине, может даже раньше -- мы уходим в обратную сторону, быстро, прямо в лес. Вёдра будут уже там, Женя унесёт. Пусть все уезжают, а мы -- за помидорами. Нас никто не потеряет, я Маргарите наказала. Нас будет только трое. Никому -- ни слова. Поняла?

– Конечно.

– Поля охраняются. Если кого увидишь, бросай ведро, закрывай лицо, и беги, куда глаза глядят в лес, иначе узнают не через день, так через два. Среди помидоров -- только в наклон, платок белый сними, очень заметен. Рви аккуратно, веток не ломай, так как все дни так делать будем, чтоб не заметили побоища. Согласна?

– Конечно.

– Вот и хорошо. Пойдём, пора работать. Вёдра я заберу, рядом с Жениным оставлю.

После обеда работали также ритмично, со смехом на одном конце, с рассказами на другом. Кончали последние метры, кидали в уже стоявший самосвал. Лес был рядом, в десяти шагах. Самосвал посигналил, прося разойтись в стороны, а в след за ним вся толпа направилась вниз к дороге. Елена схватила Аксану за руку, стянула с её головы платок, и они моментально скрылись в кустах, уже со стороны наблюдая за уходящими -- никто даже не оглянулся.

– Девочки, я здесь, - тихий смешок заставил их отвлечься.
– Значит так, я всё просмотрел, наблюдавшие ушли в сторону конторы, в этом краю никого не осталось, но всё же соблюдайте осторожность, вёдрами не брякать, не разговаривайте, у каждого свой ряд, только нагнувшись. До половины всё обсобирано, поэтому быстро вылетаем на горку, а только потом начинаем собирать. Встречаемся с противоположной стороны в лесу. Аксана, тебе понятно?

– Да, Елена всё объяснила.

– Тогда -- за мной, поднимемся по лесочку выше, там безопаснее.

Это был настоящий бег с препятствиями, в полусогнутом состоянии они пробежали метров пятьсот. Потом Женя скомандовал "Собираем!", и начался в придачу к марафону сбор урожая. Аксана никогда не видела такого количества огромных красных помидоров, растущих на высоких сильных кустах, приходилось выбирать самые спелые, самые большие, рвала осторожно, клала аккуратно. Ведро быстро наполнилось, а до леса было ещё очень далеко. Она тихонько поднялась над кустами -- никого нигде не было видно. Села. Сбоку услышала шёпотом своё имя.

– Женя, здесь я, Женя, - проговорила она.

Он услышал её, взял ведро, и они, нагибаясь, осторожно вышли в сторону поперёк рядов.

– Елена, помоги ей завязать ведро платком, и -- за мной. Бегом!
– Командовал он.

Они неслись через лес друг за дружкой, перепрыгивая и огибая препятствия, точно повторяя движения впереди бегущего, пока не миновали всю территорию совхоза. Впереди послышался шум автомобилей. Женя остановился.

– Аксана, ты живая?

– Чуть живая, - смеялась она.

– Молодец, хорошо бегаешь, не отстаёшь, возьму с собой на соревнования. Так, отдышались. Спокойно выходим из леса на автобусную остановку с вёдрами грибов. Понятно?

– Понятно.

Она вышла в центре, с полным ведром зашла купила кеды, потом в хозтоварах выбрала большое лёгкое чёрное капроновое ведро, и только после этого направилась домой.

И это было каждый из семнадцати дней их работы в совхозе. На второй день Женя подал ей огромный стальной нож:

– Дарю, - смеялся он, - а то у тебя с твоим ножичком очень низкая производительность труда.

– Спасибо, - улыбалась она, - и правда, очень кстати.

Нож сверкал на солнце, удобная чёрная рукоятка в руке была горячей. Это простое понимание её нужд так грело её сердце, что она уже не чувствовала себя обделённой судьбой. Она еле сдерживалась, чтобы не обратить на себя внимание. Хотелось кружиться, кувыркаться с блестящим ножом, размахивать им во все стороны, сражаясь с неугодными. Кричать хотелось! Но она только улыбалась, заметив, как Елена иронически поглядывает на неё. У Аксаны закралось подозрение, что это именно Елена всё задумала.