Чтение онлайн

— Сбор урожая души — быстрая работа, — прорычал он мне. — Но ты, ты будешь страдать.

Его рука медленно оттягивалась назад, так медленно, словно он старался не порвать нежную субстанцию, которую сдирал.

Ревенанты окружили меня, пытаясь вырвать меня из его хватки, но это делало страдание только острее. Затем Кайтриона и Олвен оказались рядом, каждая схватила меня за руку, отчаянно пытаясь оттащить, выкрикивая что-то, чего я не могла слышать за ревом боли в черепе.

На темнеющем краю зрения появилась маленькая девочка. Её короткие белокурые волосы развевались вокруг лица. Коленки и голени были в синяках, ботинки покрыты старой травой и репейниками. Слишком большой клетчатый плащ висел на её плечах. Страх и боль на её лице были такими острыми, что резанули меня по сердцу.

Я.

Я смотрела на неё, не на монстра.

Ты в безопасности, сказала я ей. Не бойся.

Крейддилад встретила его в одиночку, но я была не одна.

Теперь я чувствовала это. Гниение — не только в его душе, но и в физическом теле, которое он носил. Король Артур умер, и, хотя магия сохранила его тело, следы этой смерти всё еще оставались в нем. И теперь эти слабые нити разложения принадлежали мне. Сквозь туман муки я представила это — я увидела это так ясно: его органы твердеют корой, его кости превращаются в лозы.

— Я была Крейддилад, — выдохнула я. — Ты украл её жизнь, но я жива. Мы живы.

Глаза Лорда Смерти вылезли из орбит, когда он почувствовал это. Лозы, прорастающие из его ребер, обвивающие легкие, пронизывающие мягкие внутренности и мышцы. Он открыл рот, чтобы заговорить, но поперхнулся ветвями, ползущими вверх по горлу. Кровь хлынула изо рта, из носа. Корни и ветви тошнотворно бугрились под его кожей, прорываясь сквозь плечо, вдавливая его ледяной нагрудник в меня. Ветви сломали ему зубы, пока он ухмылялся, глядя на меня сверху вниз.

Недостаточно! — кричал мой разум.

Даже в агонии смерти своего смертного тела его душа всё еще держала мою. Я видела это в его глазах, этот триумф смерти, когда он тянул сильнее, сильнее…

Олвен обхватила меня за талию. Кайтриона вонзала кинжал сестры ему в лицо, в шею, куда могла дотянуться.

Мои мысли разбились. Я не могла сказать, галлюцинация ли это — свет, внезапно вспыхнувший позади него. Правда ли Нева стоит там, сжимая рукоять Экскалибура, и её лицо сияет в свете её магии.

Единственная мысль пронзила разум.

Вместе, до конца.

— Бей наверняка! — взревела Кайтриона.

Я рванулась вверх и вперед, срывая рогатую корону с головы Лорда Смерти и отшвыривая её прочь, как раз когда Нева бросилась вперед с тем, что осталось от Экскалибура.

Клинок пробил его броню. Его спина выгнулась, когда меч вонзился в позвоночник, когда сине-белый свет забурлил внутри него. Дыхание Лорда Смерти вырвалось булькающим хрипом. Черная кровь, теперь гнилая и прогорклая, потекла по его губам. Лозы, которые я создала, затвердели, как камень.

Его руки скрутили ткань моего пальто; пальцы оставили синяки, сжимаясь на моей руке. Пытаясь, с последним вздохом, утащить меня в ад с собой. Его губы формировали одно и то же слово, одно и то же требование, снова и снова.

— Крей… дди… лад…

Кожа на его лице стала фиолетовой, как синяк, ссыхаясь на костях. Лоскуты кожи плавились на его руках и шее, их края сгорали в жидком серебряном огне. Он задохнулся, его горящие губы, казалось, искали мои.

— Крей… дди…

Его выражение было ужасным, бледная имитация любви. Одержимость гноилась в нем так долго, что стала лихорадкой, выжегшей любой другой путь, который он мог бы выбрать.

Кайтриона бросила кинжал, возвращаясь ко мне. Но как бы сильно они с Олвен ни тянули, они не могли меня освободить.

— Отпусти её! — закричала Нева на дымящуюся форму Лорда Смерти. Она вырвала Экскалибур из его содрогающегося тела и на этот раз вогнала его в череп.

Дети завизжали за пределами леса, воя, пытаясь добраться до своего хозяина.

Я оттолкнула доспехи, закрывающие его плечи и грудь, ударяя по ним кулаком, пока они не рассыпались, как сухая кожа. Раздалось резкое кряхтение: «Ха!» — и внезапно я освободилась, падая на Кайтриону и Олвен; мы втроем рухнули на мягкую лесную подстилку.

— Крей…

Его лицо было не более чем кость, жилистые комки мышц и затвердевшая лоза. Только эти бледные глаза остались, чтобы показать хоть какой-то признак шока, когда его тело рассыпалось в кучу пепла, убивая траву и цветы, которые только что распустились.

Крики Детей стихли; лес замер.

Нева уронила Экскалибур, бросившись к нам, и тьма вернулась.

— Ты в порядке? — спросила она.

— Зависит от обстоятельств, — выдавила я. — Всё кончено?

— Он мертв, да, — сказала Олвен.

Я бросила на неё страдальческий взгляд.

— Истинно мертв, — уточнила Олвен. Она пнула кучу окровавленного пепла и золы. — Ни он, ни Артур больше не увидят этот мир.

Я обыскала истоптанную, окровавленную землю в поисках какой-либо части его, что могла остаться. Но от тела короля Артура ничего не осталось.

— Нет… подождите! — ахнула Кайтриона. Я повернулась, прослеживая её взгляд; сердце снова подступило к горлу.

Ревенанты легли на обугленные деревья, окружавшие поляну, на нагромождения валунов. Их человеческие формы смягчились, впитываясь обратно в землю, как последний вздох перед погружением в сон. Там, где была разруха, теперь пускали корни розы, полевые цветы, папоротники.

— Ох, — прошептала Олвен — портрет невыносимой нежности и боли.

Огни мертвых поднялись с мягких губ лепестков и погладили яркую зелень листьев. Они поплыли в лес, петляя сквозь стволы старых дубов. Они покидали нас.

— Нет! — закричала Кайтриона, прыгая с камня на камень вслед за ними. Олвен встала и последовала за ней. Я вцепилась в руку Невы, используя её как опору. Я знала, что она, должно быть, сбита с толку, но сейчас она молчала, наблюдая за сценой перед нами.

— Кейт, — сказала Олвен; слеза покатилась по её лицу. — Мы должны их отпустить.

Кайтриона не слушала.

— Нет, пожалуйста… подождите!

Огни замедлились, покачиваясь в воздухе, пока легкий ветерок свистел в ветвях деревьев. Я последовала за сестрами, но остановилась на некотором расстоянии. Души окружили жриц, освещая их опустошение.

— Не уходите, — взмолилась Кайтриона, протягивая к ним руки, словно пытаясь бережно удержать их между ладонями. — Мне жаль, мне так жаль… я подвела вас всех. — Она выдыхала слова, рыдая: — Пожалуйста, не оставляйте меня.