Жандармский дворик
Шрифт:
Крышка яйца медленно начала открываться.
– Это, что, звездолёт? – блеснул эрудицией Лёша.
– Ну можно и так назвать… Вообще-то это самое обычное средство передвижения на корабле – кирди. Кирди может быть двухместной и четырёхместной, как эта.
Рару привёз их на небольшую площадку, выложенную бледно-розовыми плитами. На площадке в кружке сидели такие же, как он, человечки, а в центре кто-то покрупнее, наверное, взрослый. Все устроились прямо на плитах в странных одинаковых позах с согнутыми разведёнными ногами, как бы по-турецки. Так сидели люди на картинках в книжке про старика Хоттабыча. Все заметили, что костюмчики на этих человечках были не зелёные, как у Рару, а фиолетовые. Икара подумала сразу, что они чем-то были похожи на чёрно-фиолетовых жуков, которых всегда можно выковырнуть палкой из земли у них во дворе. Никаких учебников и тетрадок ни у кого в руках не было.
– Они вас не видят, можете не волноваться. Мы сейчас прозрачные как воздух.
– Вот это да! – удивился Лёша. – Научишь?
– Людям с Земли это пока трудно. У вас ещё к этому не готово сознание. Но у нас тоже пользоваться кодом-невидимкой можно не всем. Мне положено из-за папы. Иначе мне приставят охрану и отберут кирди.
– Да, я знаю, – подхватил Лёша. – Я терпеть не могу охрану. Они всё всегда докладывают maman.
Икара и Генрих переглянулись.
– А что это там за собрание? Кого они слушают? – Генрих показал головой на группу человечков.
– Это встреча с учителем. Все одновременно спрашивают, и он всем сразу отвечает. Надо правильно понять, чью сторону взял учитель. То есть кто правильно понял загадку.
– Они молча разговаривают? – спросила Икара на всякий случай, хотя уже успела уяснить, что здесь это нормально.
– Да, так трудно подслушивать чужие мысли. Каждый настроился только на учителя и передаёт только ему. А вот он может сразу всем отвечать.
– А если учитель что-нибудь забыл?
Рару захихикал.
– Такого не бывает. Он мгновенно свяжется с тем, кто ему ответит на вопрос. Иногда он может спросить что-нибудь и у землян… Но я потом об этом расскажу…
– У землян? Мы что-то знаем, чего не знает этот ваш учитель? – удивился Лёша.
– Да.
– Сказки, наверное… – решила Икара. На глаза опять навернулись слёзы, захотелось молока и булочку с изюмом.
– Поехали ко мне! – предложил Рару. Ему почему-то трудно было смотреть на Икарину тоску.
Кирди бесшумно поднялась с розового пола, повернула влево и полетела, удаляясь от сидевших человечков.
– У вас такой большой корабль, – произнёс Лёша.
– Да, для вас большой. Он почти такой же по размерам, как ваша Луна. Он прячется за ней, и вы никогда не сможете его увидеть. Ну то есть пока мы этого не захотим и не объявим о своём существовании.
– Ты сразу к нам во дворик прилетай, обещаешь? – повеселела Икара, – мы тебе адрес оставим.
– Я знаю адрес, – улыбнулся Рару. – Какая же ты смешная!
Впереди показались вытянутые яйцевидные здания, переливающиеся разноцветными бликами. Больше всего было розовых и зелёных. Они так быстро подлетели, что никто толком не смог ничего разглядеть.
Кирди опустилась в настоящий парк, другого слова даже нельзя было и подобрать. Кругом красовались подстриженные конусообразные деревья, розово-красные цветы на толстых стеблях, небольшие идеально круглые кустики бирюзового цвета, а дорожки были из розовых гладких плоских камешков, похожих на большие монеты или даже медали, выложенные в ровные ряды. Рару нигде не было видно.
– А как это они не умирают? – спросила Икара, – живут и живут? А сколько тогда Рару сейчас лет?
– Может, сто, а может, и пятьсот, – ответил Лёша.
– Значит, он не мальчишка, а дедушка? – Икара явно запуталась, но она была умненькая и очень любознательная. А мама всегда говорила, что всё в жизни должно зависеть только от неё, то есть во всём надо самой разбираться, даже в том, как устроена швейная машинка.
– Никакой я не дедушка, – Рару появился из ниоткуда. Прямо сказочный герой, да и только. – Я к отцу летал, спрашивал кое-что. Можно было просто подключиться, но он любит, когда я прилетаю.
– И что он тебе сказал? – Генрих решил выяснить как можно больше.
– Он думает, что вам надо показать машину времени.
– Часы, что ли? – уточнила Икара.
– Не совсем. Часы линейны и ходят только вперёд. Я предлагаю путешествие во времени вопреки его естественному ходу, – Рару говорил громко и решительно.
– Ещё одно путешествие? – Икара раскрыла глаза.
– Да, и мы отправимся туда все вместе. В прошлое и будущее. Я покажу вам, кем вы были и кем вы можете стать. Ну как? Интересно?
– Очень, – протянул Лёша. – А можно заказывать дату, год или страну?
– Теоретически можно, но у нас с вами не так много возможностей – машину дают не надолго.
– Я ничего не поняла, – Икара смотрела то на брата, то на Лёшу, то на Рару, – как это в прошлое? Куда это? К кому? В сказку, что ли?
– Ну да, – поддакнул Генрих. Он испугался, что она расплачется и всё испортит. – Ты в какую хочешь сказку?
– В «Дюймовочку»… – тихо-тихо сказала девочка, но потом передумала. – Я с вами поеду.
– Перед дорогой нам надо будет пройти инструктаж в шестом терминале, это рядом.
Они прошли совсем немного по розовой дорожке и оказались перед какой-то необычной стеклянной постройкой. Стены были как будто стеклянными, но когда Икара до них дотронулась, то почувствовала, что они немного мягкие или даже упругие. Надо сказать, что Икара всегда замечала красивые дома, особенно очень красивые. Ей нравились колонны, портики, высокие окна, лепнина, а больше всего ей нравилась форма дома. Она всегда говорила: этот дом правильный и настоящий, а этот простой и неинтересный. Не обязательно дом должен быть большим, главное – он должен был что-то говорить, чтобы в нём можно было почувствовать замысел. Ведь его строили для чего-то.
Потом они попали в очень красивую и просторную комнату. Со всех сторон шёл яркий свет, но ярче всего он сочился с потолка; на полу красовался мягкий голубой ковёр, в центре стоял прозрачный, как из хрусталя, круглый стол с какими-то кнопками и таким же прозрачным креслом. А напротив стола находилось ещё три подобных кресла.
– Садитесь, – Рару жестом направил всех в них сесть.
Кресла показались очень удобными, в них даже можно было бы, наверное, поспать. На подлокотниках были приделаны кнопки и переключатели, тоже прозрачные.