Чтение онлайн

— Не беспокойтесь, милорд. Я прослежу, чтобы ваши внуки унаследовали Таньер.

— Не сомневаюсь. Только я не уверен, что их отцом станете вы.

Болдуин подъехал ближе, настороженно огляделся и тихо добавил:

— Я не хочу, чтобы этим человеком стал дю Пре.

— Этому не бывать.

Болдуин выругался, а потом распорядился:

— Тогда прочь отсюда! Сделайте что-нибудь, пока жизнь не опровергла ваши слова.

Фоко в мгновение ока поравнялся с Рионном и многозначительно посмотрел на графа.

— Мне кажется, что вас этот поединок волнует больше всех. Что вас так тревожит? О чем вы умалчиваете?

Лорд Болдуин нахмурился, словно раздумывая над ответом. В конце концов, он сказал:

— Таньер нуждается в сильной руке… которая не подведет и не дрогнет при первом же намеке на опасность.

Эту тему они уже обсуждали прежде. Почему Рионн тогда не поделился с ним своими опасениями насчет дю Пре? Фоко внимательно посмотрел на близлежащую рощу — он высматривал там своих людей. Если от него скрывают что-то, касающееся дю Пре, тогда ему придется отправить соглядатаев и выяснить все самому. А до тех пор он должен выполнять наказ Рионна.

— Таньер нуждается в сильной руке? А как насчет Лионесс? Разве она не ваша дочь? Или вас не волнуют ее желания?

— Да, конечно, Лионесс — моя дочь, и кому как не мне знать, что благоразумие, к сожалению, не входит в число ее достоинств. Она выберет мужа, который станет потворствовать ее прихотям.

«Этот человек совсем не знает свою дочь», — подумал Рис.

— Нет, вы ошибаетесь, и вам, как никому другому, следовало бы это понять. — Он наклонился в седле и добавил: — Вы очень хорошо научили свою дочку блюсти верность интересам Таньера. Она с честью исполняет свой долг. Вся жизнь Лионесс без остатка посвящена заботе о процветании ее крепости и вассалов. Невзирая на собственные желания, она выберет мужа, который станет лучшим хозяином Таньера.

— И вы думаете, выбор падет на вас?

— Уверен. Не пройдет и недели, как Лионесс подтвердит, что так оно и есть.

Рионн было закатил глаза к небу, но потом в упор посмотрел на Риса:

— Вы кое о чем забываете.

— И о чем же?

— Моя дочь боится вас.

Фоко разбирал смех. Она боялась вовсе не его. Ее пугали собственные чувства. Ведь Лионесс не единожды в этом сознавалась. Но сказать об этом ее родителю Фоко, конечно, не мог. Наоборот он попытался развеять опасения Рионна.

— Ручаюсь, она выбросит из головы эти нелепые мысли.

— Смотрите, не перегните палку. — Натянув поводья, Болдуин развернул своего коня. Прежде чем отправиться восвояси, лорд Рионн оглянулся на Риса:

— И смотрите, не подведите меня… или мою дочь.

У Болдуина за спиной, на краю леса среди деревьев, в ярком солнечном свете металлом блеснули доспехи. К счастью, Рионн обернулся слишком поздно и ничего не заметил. Фоко дождался, когда лорд Болдуин покинет ристалище, чтобы без помех встретиться со своими людьми. «Вот и ответ на мой вопрос, — подумал Рис. — Я в своем недоверии к дю Пре явно не одинок. В чем же тут дело?»

С верхушки башни открывался прекрасный вид. Равнина вокруг замка напоминала лоскутное одеяло: среди пустошей резко выделялись зеленеющие крестьянские наделы. Длинные узкие ленты возделанной земли стелились от деревни к реке, являя собой наглядное свидетельство благоденствия вассалов Рионна.

— Скучаешь по Таньеру? — Гийом облокотился о парапет рядом с Лионесс: — Тебе не стоило надолго покидать свою крепость.

— Сенешаль Таньера может справиться с управлением замком и без меня.

— Я уверен, что так оно и есть, однако нет лучшего хозяина для земли, чем ее владелец.

Лионесс искоса посмотрела на дю Пре:

— Даже если владелец — женщина?

— Любимая, успокойся, — он положил свою руку поверх ее ладони. — Я здесь, и с тебя в скором времени свалится бремя забот о Таньере.

Лионесс вырвала свою руку из пальцев Гийома.

— Мы еще не поженились.

Не все ли равно, за кого она выйдет, — бремя забот о крепости всегда будет лежать на ее плечах.

Гийом повернулся лицом к Лионесс и прислонился спиной к невысокому каменному ограждению.

— Да, но вскоре мы станем мужем и женой, — он осторожно коснулся ее лица и убрал непокорный локон. — Скучала без меня?

— Еще бы! Иногда я думала, что сойду с ума от отчаяния.

— Не могла же ты так сильно горевать о моей безвременной кончине?

— А как же мне было не горевать?

— Ну, тогда, может, и к лучшему.

Лионесс горько усмехнулась:

— Как же так, Гийом?

За время его отсутствия столько всего случилось, что Лионесс и думать забыла о чем-то хорошем.

— У тебя появилась возможность убедиться, как трудно управлять крепостью, если рядом нет сильной руки. Наша разлука дала нам возможность понять, как сильно мы любим друг друга.

— Значит, ты меня… любишь?

— Ты еще спрашиваешь?

Какое-то время она пристально вглядывалась в его лицо. Гийом стоял и рассуждал о значении чувств, а сам, казалось, задумался о чем-то своем.

— Нет. Я не спрашиваю. Мне не верится, что ты признался мне в любви. Я не так себе это все представляла.

— Что же ты представляла?

От воспоминаний о последнем поцелуе Фоко у Лионесс свело живот и помутилось в голове. Она сосредоточенно посмотрела на Гийома:

— Честно говоря, я не уверена…

— Лионесс, любовь — это всего лишь желание мужчины взять на себя заботы своей жены, да еще согласие женщины следовать воле мужа.

К счастью, Лионесс не увлекалась рыцарскими романами о любви. Фоко был убежден, что такого чувства не существует, а описание Гийома больше подходило к отношениям господина и раба.

Дю Пре расправил складки плаща на плечах девушки.

— Лионесс, ты всегда была своевольной. Тебе крайне необходимы две простые вещи: муж, который в состоянии присмотреть за Таньером, и строгое наставление с его стороны.

Наставление? А как же страсть и нежные чувства? Лионесс хотелось, чтобы Гийом перестал говорить нелепости, притянул ее к себе и зацеловал до бесчувствия. Возможно ли это? От поцелуев и прикосновений Фоко у Лионесс перехватывало дыхание и путались мысли. Интересно, с Гийомом будет точно так же? Ей захотелось это выяснить.