Чтение онлайн

— И вообще, странно как-то все это, — задумчиво произнес Алексей Михайлович. — С убийцей на первый взгляд полная ясность. — Виталька встрепенулся, но до поры промолчал. — А без него — ищи заказчика как ветра в поле… Кстати, а кто там у муровцев этим делом занимается?

— Валерка Бугров со своими орлами.

— А, знаю… Толковый мужик, — кивнул Рощин. — Ну и что он обо всем этом думает?

— Тяжко ему. С одной стороны, «сундуки» начальство таранят, чтоб раскрутить это дело до конца. Вроде показательного процесса. А с другой — как ты его будешь раскручивать, когда исполнитель-то мертв? И никаких концов не найти…

— И правда, не позавидуешь Бугрову, — вздохнул Алексей Михайлович. — Да и у нас с утра уже все телефоны оборвали. Звонят генеральному, а тот отсылает ко мне. Так что ты жми, Виталий, жми… Ну вернемся ко звонку. Скажи, а после убийства в дежурку еще кто-нибудь дозвонился?

— Было несколько звонков. От жильцов этого дома. Но уже позже. Минут через десять — пятнадцать. Всех потом нашли и опросили.

— А эту дамочку?

— Ее установить не удалось.

— Да. Странная история. А впрочем… По твоим словам, в этом доме живет далеко не бедная публика? Значит, можно предположить, что какая-нибудь случайная свидетельница, обнаружив трупы, вполне могла воспользоваться сотовым телефоном. Но от дальнейших показаний, как говорится, отказалась… Ведь могли быть у человека веские причины, чтобы не светиться?

— Ясное дело, могли. Валерка именно так и считает.

— А ты почему сомневаешься?

— Не знаю… Я, Михалыч, нутром чую, что тут дело нечисто.

— Ну да, ты у нас известный телепат, — усмехнулся Тишайший. — И все же на чем основываются эти твои сомнения?

— Согласно показаниям свидетелей, убийство произошло где-то в районе 12.50–13.00. То есть в пределах десяти минут. Причем выстрелов ни в подъезде, ни во дворе никто не слышал…

— Так ведь расстрел, кажется, произошел на четвертом этаже? И автомат у него был с глушителем?

— Точно, — подтвердил Виталька. — Соседи ничего не заметили… Зато многие утверждают, что примерно в это же время сработала охранная сигнализация одной из стоявших во дворе машин. Громко вопила. И долго.

— Ты полагаешь, это дело рук Шакала? Так сказать, для прикрытия?

— Возможно. Но главное не в этом. В самый момент убийства возле подъезда сидела на лавочке местная вахтерша. Некая гражданка Лебедянкина Марья Сергеевна. Она, кстати, подробнейшим образом и рассказала, как был убит Шакал.

— Ну и?..

— Так вот, по ее словам, он выскочил из подъезда как угорелый и бросился налево, в сторону соседнего подъезда. А между тем тачка его была потом обнаружена с другой стороны, на спуске, возле германского консульства. Странно, не правда ли? Но главное — зачем ему было бежать? А значит, неизбежно привлекать к себе внимание широковских охранников и нарываться на пулю?

— Верно…

— В своем прикиде телефониста он вполне мог по завершении дела спокойно выйти из подъезда, свернуть за угол, а там уже сделать ноги. Наверняка ведь у него все было просчитано так, чтобы не вызывать ни у кого подозрений! Словом, пока охранники обнаружат трупы, он несомненно должен был улизнуть…

— Тоже верно.

— А теперь этот анонимный звонок. Та же гражданка Лебедянкина клянется, что никакая взволнованная дамочка, а тем паче с сотовым телефоном, вслед за Шакалом из подъезда не выбегала.

— Погоди, но в суматохе она могла ее просто не заметить! Или та, обнаружив трупы, могла просто испугаться и вернуться домой…

— Предположим. Хотя и не все здесь так очевидно и просто. Например, такой любопытный факт: этот звонок был зафиксирован на пульте ровно в 13.00! То есть практически в самый момент убийства! Или в тот момент, когда Шакал еще мчался по запасной лестнице вниз с четвертого этажа. Я проверил, это заняло бы у него по меньшей мере две минуты… Но вот где, по-моему, таится настоящая загадка: как лифт с трупами оказался на первом этаже?

— Возможно, кнопка вызова была внизу кем-то нажата или Шакал сам отправил его вниз…

— Не было внизу никого, — усмехнулся Виталька. — Между 12.50 и 13.00 никто в подъезд не входил! Что и подтверждает в своих показаниях вахтерша. И потом, Шакалу, чтобы потянуть время, куда сподручнее было загнать лифт на двенадцатый этаж, а не на первый!

— Действительно, — согласился Рощин. — Какова же твоя версия событий?

— Об этом пока рано… Я должен еще раз все проверить. На месте.

— Что ж, тебе и карты в руки. Поезжай на Билюгина и еще раз хорошенько там все обнюхай. И вот что, Виталий, помнится, ты говорил, что Широков в тот день навещал любовницу?

— Факт… Воронина Наталья Владимировна. Стриптизерка из ночного клуба. В том же подъезде на седьмом этаже живет.

— А почему бы тебе с ней, так сказать, не побеседовать по душам?

— Бугор… То есть Валерка уже пытался. Но это пустое дело. Девчонка в шоке. Похоже, у них была крутая любовь…

— А ты все равно попробуй, — настаивал Рощин. — Может, она уже немного пришла в себя?

— Само собой, я к ней загляну… Ладно, Михалыч, тогда я, значит, погнал? А насчет Широкова и его лавочки мы с вами после помозгуем. Обнаружилась тут кое-какая любопытная информация к размышлению…

— Договорились, Виталий. С Богом…

Улица Академика Билюгина

Полдень

Весть о смерти Шакала поразила Нелюбина будто гром среди ясного неба. Несколько минут после звонка Славки Половцева, который и сообщил ему о случившемся, Александр Васильевич в оцепенении просидел у телефона, и остекленевшие глаза его были совершенно безжизненны и пусты. Вера Михайловна, увидев состояние мужа, не на шутку перепугалась. И впоследствии, как и сам Нелюбин, долго не могла поверить, что его пожизненный недруг мертв.

Это была какая-то идиотская нелепость. Форменная насмешка коварной судьбы. Ну почему, почему этот матерый кровопийца пал от руки постороннего человека? Почему не от его, Нелюбина, беспощадной руки?! Как говорится, око за око, зуб за зуб… И теперь Александру Васильевичу оставалось разве что утешаться этим непреложным фактом и бессильно скрежетать зубами.

Все выходные дни, которые он вместе с женой и дочерью провел на своей подмосковной фазенде — в крошечном деревянном домишке по Ярославскому шоссе, Нелюбин постоянно думал о случившемся. И чем больше думал, тем сильнее овладевала им неотступная мысль: что-то здесь не то; не мог матерый и стреляный Шакал так бестолково нарваться на пулю…

В понедельник утром Александр Васильевич, сославшись на очередной визит к врачу, выпросил у снисходительного начальства отгул и, сгорая от нетерпения, помчался на своем верном «росинанте» на место происшествия.

Во дворе злополучного дома уже ничто не напоминало о разыгравшейся здесь кровавой трагедии. Какие-то местные пацаны, лихо гонявшие на роликах по длинному спуску близ германского консульства, охотно рассказали ему, как дело было, а также показали место, где лежал безжизненный труп знаменитого киллера. Разумеется, все они видели происшедшее своими глазами и красочно живописали настоящую крутую перестрелку в духе американских боевиков.