Жемчужинка
Шрифт:
И уж конечно, все они были разные по характеру. Что сразу же и проявилось!
– Человечек!
– рыжая уперла в меня длинный красный ноготь-коготь, - Дай нам имя!
Голос у неё хоть и оказался низковат, но с такой очень приятной хрипотцой. Однако, кое-что начало проясняться. Вот о чём говорил Рамзес, когда несколько раз упоминал про "интересные процессы", идущие среди Посланцев. Оказывается, там не только мужики "завелись", а вполне себе симпатичные дамы. То-то Люси выглядела пару раз несколько нервной, хе-хе…
– Ух ты!
– я с интересом уставился на деваху, поднимаясь,- Вот прям так - человечек! Ни «здрасти», ни «пожалуйста», ни «уважаемый Господин Мо», а сразу - дай!
– Господин…
… Мо…
…Кто…
…Это?
А вот такое прикольно! Серебристые повернули симпатичные носики друг к другу и очень мелодичными певучими голосами стали говорить по очереди. Одна начинала, другая продолжала, и так - пока фраза не закончится.
– Господин Мо, это вообще-то я. Странно, что вы этого не знаете.
– Мы..
– Недавно…
– Родились… - ответили серебристые.
– Трансформировались, - прошелестела негромким, приятно-обволакивающим и словно наполненным внутренним эхом чёрная собачка. У-у-у… таким голосом можно творить с мужиками всё что угодно!
– Это объяснить не просто. Мы помним, что было до, - она скользнула по своей талии рукой, - и не помним. Словно сон. Словно зная, но надо опять начать с начала. Такая вот ситуация, Господин Мо.
– Господин!
– полыхнула огнём в глазах рыжая, - Как ты можешь называть его - господин?
– Посмотри внимательней, сестра!
– спокойно прошелестела чёрная, - неужели не видишь?
– И что!?
– хлестнула хвостом валькирия, - Называть его "господин" - много чести. "Человечек" - и достаточно! Так нам подсказал, сама знаешь кто!
Ай да ушлёпок Рамзес! И тут не мог удержаться. Девочек подставил, блохастый коврик.
– А вот Великая меня спокойно называет - Господин Мо. Иногда, мой господин, - мило улыбнулся я рыжей, - Веришь?
И рыжая поверила. Есть у них такой функционал, чувствовать правду. Челюсть её отвалилась, уши, что еле-еле высовывались из копны волос, прижались, а хвост предательски поджался промеж ног. Сообразила, что изрядно накосячила.
– Кажется…
– Нас…
– Разыграли…
– Обманули…
– Подставили… - покивали головками серебристые.
– Давай…
– Его…
– Убьём…
– Больно…
– Не стоит, - улыбнулся я, - Лучше расскажите про его хулиганство Люси. Она точно что-нибудь придумает получше банальной смерти, хе-хе…
– Люси!
– хором пропели близняшки.
– Люси, - прошептала чёрная.
– Люси… - выдохнула рыжая.
Зависть, восхищение, жажда обладания, ещё много всякого… И это не к самой белоснежной, а к имени как таковому. Эко вас, девочки, штырит.
– Говори, - указал я на рыжую.
– Имя, Господин Мо, это очень нам нужно. Очень нужно. Оно просто необходимо, - зачастила она, чуть ли не подпрыгивая.
– Так, - поднял я ладонь, - стоп! С тобой всё понятно.
Интересно, они трансформировались из бесполых и обрели характер под воздействием внешности, или внешность подстроилась под характер? Думается мне, последнее.
– Ты, - перевёл взгляд на чёрную.
– Имя собственное, Господин Мо, для нас, для Посланцев Великой, это новые возможности. Приобщение к иным, сакральным пластам реальности. Выход на более тонкие сферы энергий. Индефикация среди безликих, что суть осознание себя. И многое другое, что тебе, со всем уважением, Господин Мо, не понять.
– Черная слегка поклонилась, не опуская глаз. Умная собачка.
– Ничего обидного, девочка, ты не сказала. Человечек, - подмигнул я рыжей, - вполне осознаёт своё несовершенство. Мы все, - я выделил ударением это слово, - в чём-то несовершенны. Даже те, кто по своей сути всемогущ и совершенен.
Чёрная опять слегка поклонилась, улыбнувшись. Близняшки переглянулись и кивнули друг другу. И даже рыжая что-то поняла и не стала вскидываться.
– Что нам сделать, чтобы получить имя, Господин Мо?
– уже гораздо почтительней произнесла рыжая.
– Ничего особенного. Просто попросить.
Глава 4
– Просто попросить?
– она растерянно оглянулась на остальных.
– Когда…
– Мы…
– Захотели себе…
– Имя… - запели близняшки.
– И пришли с просьбой…
– К Великой…
– Она сказала нам…
– Всем…
– Найдите бессмертного…
– Попросите его…
– И он даст имя…
– Если правильного попросите, - закончила чёрная, - А потом Великая улыбнулась.
– А Рамзес - зафырчала рыжая, сжимая немаленькие кулаки и стегая хвостом, - сказал, где найти бессмертного человечка.
Они ненадолго замолчали, переглядываясь меж собой.
– Господин Мо, - первым сообразила чёрная, - если сочтешь меня достойной, дай мне имя, которое, по твоему мнению, мне больше всего подходит.
Я окинул ещё раз её фигурку, посмаковал тембр, оценил ум…
– Ночка! Тебя зовут - Ночка. Мягкая, обволакивающая, убаюкивающая темнота, наполненная эхом таинственных голосов, приятными снами-фантазиями. Манящая и таинственная - как ты. Но бойся отнестись к ночи пренебрежительно, а тем более неуважительно! Ночка, отныне и во веки веков. Я сказал!
Не раз и не десять раз я наблюдал эффект от обретения имени. Но так и не смог понять, уловить, осознать, что же меняется у этих странных существ, которых люди, по незнанию ли или по глупости своей, зовут цыфрами. Волна призрачного света прокатилась по фигуре чёрной посланницы, и она стала… Чётче? Ярче? Живей? Всё вместе и ещё сверху? Не знаю… Но изменилась точно.
– Благодарю тебя, Господин Мо, - сложив руки крестом и припав на одно колено, прошелестела, склонившись, Ночка.
– Не стоит, девочка, падать на колено, - улыбнулся я, - Я хоть и Господин Мо, но по жизни довольно простой человечек.
Ночка с улыбкой встала, а рыжая слегка скукожилась. Грешен, не удержался, ещё раз "куснул" валькирию.
– Господин… - запели близняшки.
– Мо…
– Просим…
– С благодарностью…
– И надеждой…
– В вашей мудрости…
– Одарить…
– Нас…
– Достойными…
– Именами… - и синхронно присели в изящном книксене.
Вот тут я немного задумался. Девчонки симпатичные, "голосистые", а как близнецы -весьма необычные. То, что похожи - ещё ладно, но их синхронность, а иногда зеркальность - это что-то! Это надо бы отметить в их именах. По сути, имя, само по себе, похоже, совсем не влияет на характер и способности посланцев. Так что, можно дать любое, однако достойно ли это старого и мудрого перца, высокого ценителя прекрасного? Однозначно - нет! Что бы такого интересного придумать?