Чтение онлайн

– А ради себя, папа? Ради себя?

– Ради себя? Хм… да, пожалуй, что и нет. Что я за птица такая райская, чтобы нарушать ради себя свои же принципы?

Буду честен, когда у тебя за спиной есть некое преимущество: сторонняя сила, большие связи, немереные деньги, а лучше всё сразу, то быть крутым, принципиальным, благородным и щедрым гораздо, гораздо проще, чем без всего этого.

А ты попробуй поступи, как Николай Масалов. Во время Великой Отечественной Войны, я тебе рассказывал о ней, он вышел на простреливаемую улицу, на которой сидела маленькая девочка. Немецкая девочка, добавлю, можно сказать, ребёнок вражеской нации. Очень вражеской! Взял на руки и понёс. А ему выстрелили в спину… Убили. Спасти свою же девочку, вот так выйти и взять на руки и унести, у немцев духа не хватило, а в спину выстрелить тому, кто за чужого ребёнка вылез из-за укрытия, хватило. Такая вот они гниль и шлак человеческий.

Я, доча, не раз думал: смог бы так, как он? За своего ребёнка - несомненно. А за чужого? Я не знаю, о чём думал Николай Иванович в тот момент, но он точно не был бессмертным.

Так что, моё бессмертие - это само по себе огромное преимущество, позволяющее вести себя и действовать так, как немногие решатся без него. Оттого ещё и высчитывать жалкие циферки для меня просто унизительно. Но это для меня…

– Я поняла, что такое не цифровой герой, - решительно кивнула головой Жемчужинка, - Я тоже хочу быть не цифровой героиней.

– А это, моя капелька, ты сама решишь…

– Папа, а были ещё такие люди, как Николай Масалов?

– О-о-о… Такие люди были. У русских, и вообще всех тех, кто проживал на Руси и в России, таких хватало. Не хочу хулить иные народы, но там с этим как-то гораздо беднее, да.

– Всех тех, кто проживал на Руси и в России?
– вычленила Жемчужинка.

– Да. Ведь страна, откуда я родом, очень многонациональна. Я по крови русский. Хотя, кто бы мне сказал, что это такое, русский по крови, хе-хе… Хватало у нас тех, кто и на амбразуры грудью падали, и вызывали огонь на себя, таранили горящим самолётом вражеские колонны. И чужих детей выносили, подставляясь под пули. Вот также как Николай, ловили их спиной, прикрывая.

И из огня выносили, и в ледяную воду кидались, сгорали, тонули, но спасали. Чужих спасали, и не только детей. А были могучие люди, что делали сами себе полостные операции, ползли неделями с перебитыми ногами, прививали вакцины против смертельных болезней… Много, много чего делали. Не ради себя. Ну, а остальные народы, живущие в России, наверное, от нас "заразились". Видимо, не только всяческая мразь и грязь заразна, но и доброе, светлое и самоотверженное может прилипнуть к душе человеческой.

– Папа, расскажи мне о таких как Николай Масалов, - дочь смотрела на меня очень серьёзно. Видимо история с героическим сержантом тронула её не шуточно.

– Конечно расскажу…

– Папа…

– М-м-м…

– Ты можешь сделать мне лук?

– Лук?

– Да! Хочу быть лучницей.

Скоро, уже скоро затихнут громы и молнии, перестанет хлестать дождь параллельно земле, утихнет ветер… Пару месяцев? Ну, где-то так.

А пока мы сидим в тепле, светле и уюте. Мягко "горят" неизменные слизни лампочки, мои спутники с самых первых дней "попадания". Где-то за стенами шелестит дождь, там слякотно и холодно… Дочь что-то читает, забравшись с ногами в кресло-качалку и запаковавшись в живое покрывало. Не столько ради тепла, ради уюта. Я тоже читаю, правда не сейчас.

Бывает, знаете ли, тянет перечитать что-то хорошее, умное. А уж человечество, слава богу, умудрилось написать такого изрядно. Но я не просто читаю для себя, я ещё и транслирую мысленно прочитанное Головастику. Любит он, однако, выдуманные истории. Вот и подпрягает то меня, то дочь, на почитать. Надо бы его научить алфавиту и пусть бы сам читал, да. Глядишь такого ума наберётся, что только - ух!

На секунду представляю такую картину маслом, что непроизвольно появляется улыбка, хе-хе. Головастик - в одних щупальцах скрипка, в других - пара томиков с поэзией и философическим трактатом, на голове квадратная хрень с кисточкой… Разрешите представиться! Бакалавр болтологии, бакланавт философии, доктор наук по экзотическим морским животным, доцент магических наук - Головастик. Ныне - студент Университета Высоких Искусств столичного отделения Сияющей Веги. Хе-хе… И тут дочь врывается в мои влажные фантазии… И ведь не совсем, если хорошенько подумать, они и фантазии! Вот, к примеру, шахматы! Головастик делает меня в девяти партиях из десяти. И та единственная это всё больше ничья, чем выигрыш. Именно эти мы сейчас и занимаемся, Головастик выносит хозяина в одну калитку.

– И зачем тебе такое горе?
– я внимательно посмотрел на Жемчужинку, отрываясь от очень важного дела, очередной попытки свести свою аховую ситуацию в ничью.

– Ну-у-у, - протянула она, неловко пытаясь задвинуть за себя большую и яркую книгу формата несколько даже большего, чем А4. Но поскольку сидела она с поджатыми ногами… получалось у нее не слишком хорошо.

– Дай-ка мне, - протянул я руку.

Слегка покраснев ушами, она послушно протянула "фолиант".

– Е-е-е… Артемида. Атланта, - листая глянцевые страницы комментировал я, поглядывая на смущённую дочь, - Диана. О, даже Сканди! Охо-хо… Амазонки! Ну как же без них, хе-хе…

Текста в этой книжке не так чтоб много, а правдивого, думается мне, ещё меньше, но вот картинок сексапильных красоток с луком - куда как богато. А ещё там много всяческих полупрозрачных, очень скромного количества, развевающихся одежд, бронелифчиков, бронестрингов, наручей и поножей, клоков меха в нужных местах, которые точно ничего не греют! Ну, и всяческих режуще-колющих штуковин на девулях хватает.

Часто по краям композиции мелькали поверженные чудовища, звери, злодеи… Но были и сюжеты наоборот, там, рядом с красотками, отирались брутальные питомцы. Медведи, пантеры, волки, рыси, орлы и жеребцы. А кое где и мускулистые смазливые мучачосы. И, надо признать, всё это фентезийное буйство образов и красок нарисовано отменно, талантливо и с большой любовью. И явно не одним художником. Та же Диана, представленная в семи образах, не повторяется ни разу.

Мда… Однако, точно помню, такой "литературы" я для дочери не заказывал.

– Так, понятно, - подвёл я итог, иронично глядя на Жемчужинку.

– Ну, а что… - вильнув взглядом, забрала она книгу.

– Если ты думаешь, что лучница - это вот это, - ткнул я в яркую картинку, - то сильно заблуждаешься. Я не великий специалист по метанию стрел, но кое-какое представление имею. И скажу тебе, лучник - это не тот, кто носит лук, и даже не тот, кто из него стреляет, а тот, кто из него попадает. Причём, туда, куда метил. А это тяжелый, ежедневный труд, на многие годы. Если не на всю жизнь.

– Я понимаю, папа, - подняла дочь на меня глаза. И взгляд такой ясный, решительный.

– Ты, - прижал я ей кончик носа, и не мог не улыбнуться, - когда подрастёшь, будешь выглядеть не только не хуже этих девушек, но гораздо лучше. Так что, только ради этого лук не обязателен…

– Я знаю, папа, - улыбнулась она в ответ, - Но я правда хочу быть лучницей. Просто хочу…

– Это тяжелые тренировки, - нахмурил я сурово брови, но, похоже, недостаточно сурово. Дочь продолжала улыбаться.