Чтение онлайн

– О’кей, едем в мастерскую. Где она находится?

– Улица Фрейагатан, 2. Рядом с промышленной зоной сразу к северу от Роо.

Они вышли из спальни и прошли через холл, где опять раздавались звуки «Валькирии». Переглянувшись, покинули дом и направились к машине. Лилья кипела от негодования. Это все равно что играть в «камень, ножницы, бумага», так, будто он все время заранее знает их следующий ход. Если у них «бумага», то у него «ножницы». Каждый раз он удивлял их неожиданным ходом.

Она не ждала, что он будет дома, и не ждала, что он окажется в своей мастерской. Но им больше ничего не оставалось, кроме как поехать туда в надежде что-то найти. Все это он знал. Естественно. У них был «камень», и ему только оставалось взять «бумагу». Вопрос только в том, что на этот раз означала «бумага»? Другой адрес, записанный на кого-то другого? Нет, это слишком предсказуемо. Если он захочет удивить, нужно что-то другое. Что-то…

Мысли Лильи прервал Муландер, который остановился на пересечении с улицей Эстхаммарсгатан и уставился прямо на чей-то сад.

– Что это?

Вместо ответа Муландер подошел к электрощиту, который торчал из тротуара рядом с забором.

– Ингвар, в чем дело? Что ты делаешь?

– Вот оно где, – он наклонился и приложил ухо к гудящему воздухозаборнику рядом с электрощитом.

– Будь так добр, объясни, что ты…

– Проверяю. Он, черт возьми, дотянул кабель аж досюда, чтобы в доме ничего не было слышно, – Муландер показал на тротуар – там была покрытая свежим асфальтом траншея шириной в полметра, ведущая к дому Сёльмедаля.

Я знала. Я так и знала, подумала Лилья, глядя вслед Муландеру, который уже спешил обратно к дому.

Когда Тувессон подъехала к подъезду Лины Польссон, та уже ждала ее у входа.

– Привет, я Астрид. Садитесь сзади, а я возьму вашу сумку, – сказала Тувессон и открыла багажник.

Лина кивнула и отдала сумку.

– Судя по всему, вы его еще не взяли. Но как идут дела? Теперь, когда вы знаете, кто это?

– Извините, но как вы об этом узнали? – спросила Тувессон.

Лина рассказала, как Фабиан приходил к ней и как они вспомнили имя забытого одноклассника.

Тувессон не знала, что и думать. Так вот почему Фабиан вел себя так странно? Мысль работала с такой скоростью, что у нее чуть было не закружилась голова. В конце концов, она поняла, что испытывает слишком сильный стресс, чтобы просчитать последствия, и попросила Лину пока ничего не говорить остальным.

Через двенадцать минут она свернула на маленькую покрытую гравием площадку перед домом Сета Корхедена. Никто из бывших одноклассников не произнес в машине ни одного слова. Несколько раз Тувессон пыталась нарушить молчание, которое, словно надувающийся воздушный шар, высасывало из салона весь кислород. Она спросила их, встречаются ли они, и рассказала о своей школе в Мальме. Насколько она понимала, большинство ее одноклассников регулярно виделись. Но в ответ она получила лишь несколько формальных ответов, и шар все продолжал надуваться. Она даже попыталась включить радио, но вскоре оставила эту затею. Бодрое шведское диско 80-х показалось не вполне подходящим вариантом.

Наконец они подъехали. Сет Корхеден ждал их на улице, зажав сумку между ног. На глаза была надвинута кепка, такая выгоревшая и поношенная, что, наверное, он не снимал ее во время всего паломничества. Тувессон помахала ему и указала на пустое пассажирское сиденье.

Дождь перестал, но она решила не выходить из машины, чтобы подсушить подогревом сиденья свои джинсы. Корхеден обошел машину, открыл дверь со стороны пассажирского сиденья, сел и изо всех сил постарался не испачкать сумку Лены Ульссон, которая занимала большую часть пространства для ног.

– Привет. Вы, должно быть, Астрид Тувессон.

Тувессон пожала ему руку, поприветствовала его и отметила, что в жизни он выглядит даже лучше, чем на снимке, который они нашли в Интернете. Довольно красивый, если бы не эти жуткие усы. Он обернулся к сидящим на заднем сиденье.

– Подождите, ничего не говорите. Ты ведь Лена Ульссон?

Лена кивнула.

– Сколько лет, сколько зим. Но клянусь, никогда не забуду, как ты мастерски играла в «классики». Так ведь? С тобой никто не мог сравниться.

Лена рассмеялась.

У Тувессон зазвонил телефон, и она ответила, одновременно выруливая на дорогу. Звонила Лилья. Она рассказала, что они с Муландером вернулись обратно в дом Торгни Сермедаля после того, как Муландер обнаружил вентиляционный выход в конце улицы. Тувессон не до конца поняла, что это значит, и, хотя полностью доверяла интуиции Муландера, все же хотела бы понять, чем они занимаются. Но не успела спросить.

– Я должна прервать разговор, – послышался голос Лильи на другом конце. – Кажется, он что-то нашел.

– Хорошо, будьте осторожны, – только и успела сказать Тувессон, прежде чем в телефоне щелкнуло.

– А вот и наш весельчак! Стефан, как ты? Я слышал, ты открыл свое дело.

Стефан Мунте кивнул и рассказал о своей консалтинговой фирме, которая занималась улучшением внутренней коммуникации на предприятиях.

– Я ни с кем не говорил три недели, и вы уж простите мне мою болтовню. У меня, так сказать, неудовлетворенная потребность.

– А как насчет меня? – спросила Лина Польссон. – Ты меня не узнаешь?

Сет Корхеден повернулся к Лине и улыбнулся.

– Остатки сладки. Разве можно забыть самую красивую девочку в классе?

Лина засмеялась, и Тувессон вздохнула с облегчением. Дорога до СИЗО уже не покажется такой длинной. Она притормозила и остановилась на красный свет на улице Дроттнинггатан рядом с городским театром. Было уже больше половины второго ночи, и темнота все еще висела над улицей мокрым покрывалом. Несколько ночных гуляк потерянно бродили в поисках нового водопоя, после того как полчаса назад на танцполе безжалостно включили свет.

Тувессон читала все отчеты о преступлениях и знала всю статистику. Но ничто не могло изменить ее мнения, что укороченные часы работы ночных заведений – преступление против прав человека и приносит больше вреда, чем пользы.

На светофоре загорелся зеленый, и она поехала дальше по улицам Хельсубаккен и Энгельхольмсвеген, где никого не встретила, кроме редких такси. Она нажала на газ, радуясь, что ей везет со светофорами.

Свернув к СИЗО, отметила, что Утес только что подъехал в своем миниавтобусе и что Рагнар Пальм выходит их встречать. Она огляделась, но не увидела ни журналистов, ни просто любопытствующих. Они выбрали самое подходящее время. Теперь надо как можно быстрее запустить всех внутрь.