Жертва без лица
Шрифт:
Они вошли в библиотеку, где царили прохлада и спокойствие. Лилья сделала глубокий вдох, и характерный запах книг, присущий только библиотекам, перенес ее в прошлое. Она словно вернулась домой.
В детстве она любила ходить именно в эту библиотеку. Каждую субботу, пока ее мама работала в маленьком бутике «Reflex» на улице Йернвегсгатан, она проводила время в библиотеке. Она смотрела фильмы и спектакли детского театра и прочла почти все книги в разделе для юношества. Шли часы, и ни одной секунды ей не было скучно.
Время от времени она отправлялась в большое здание, состоявшее из ряда соединенных корпусов, где меньше всего ожидаешь найти дверь, которая ведет в совершенно новое и неизвестное пространство.
Однажды она обнаружила дверь посредине книжного стеллажа. Много раз она проходила мимо этой двери, не замечая ее. Дверь оказалась незапертой, и она вошла в читальный зал, где было только двое взрослых, слишком занятых друг другом, чтобы обратить на нее внимание. Впервые она увидела это по-настоящему. До этого она только слышала, как это делала ее мама после пьяной ночи в баре «Charles Dickens». Но одно дело слышать, и совсем другое – видеть собственными глазами.
Она узнала обоих. Женщина со спущенными до колен трусами, которая наклонилась над столом, обычно сидела на выдаче, а мужчина, который стоял сзади и входил в нее твердыми ритмичными толчками, работал в библиотеке вахтером. При каждом толчке гремела его большая связка ключей.
Ей не сделалось ни противно, ни страшно. Зрелище скорее заворожило ее, и она прокралась дальше в зал, чтобы лучше видеть. Тогда мужчина обернулся и посмотрел на нее. Она не знала, куда ей деться и как убежать оттуда. Мужчина расплылся в улыбке, продолжая входить в женщину все более твердыми толчками, и с каждым толчком та стонала все громче.
Через какое-то время начал стонать и он. Он вытащил свой член из женщины и подержал его в руке, словно тяжелый кусок мяса, не сводя глаз с Ирен, и хотя что-то подсказывало ей, что надо бежать, она не могла оторваться от этого зрелища. До сих пор она помнит, каким большим он ей показался. По-прежнему твердый и жилистый, член блестел от женских выделений. Свободной рукой мужчина перевернул женщину, прижал ее к столу и ввел член ей в рот. Все это время его взгляд был прикован к Лилье.
– Чем могу вам помочь?
Лилья очнулась и увидела библиотекаршу за стойкой выдачи – ту самую женщину, правда, на двадцать пять лет старше и, вероятно, на столько же килограммов толще. Пока Утес излагал суть дела, Лилья гадала, работает ли еще вахтер.
– Эльза Халлин, – повторила библиотекарша. – Да, она была вчера здесь. Но сегодня я ее не видела.
– А во сколько она вчера отсюда ушла?
– Дайте подумать. Вчера был четверг. По четвергам она работает до половины пятого. Наверное, тогда она и ушла. Она заканчивает раньше по вторникам и четвергам, и, как обычно, идет домой и… Точно. Она была записана на косметические процедуры, а потом должна была идти домой и готовить ужин. У нее с мужем очень строгий график и полное равноправие.
– Судя по всему, она не дошла до дома и не приготовила ужин, – сказал Утес.
– Вы не видели, когда точно она ушла? – спросила Лилья.
– К сожалению, нет.
– Когда вы видели ее в последний раз?
– Думаю, около трех часов. У нас был перерыв на кофе.
– Вчера?
Библиотекарша кивнула.
– Вы не заметили ничего необычного в ее поведении?
– Что вы имеете в виду?
– Может быть, она слишком нервничала или была в напряжении. Может быть, говорила, что чувствует угрозу. Любое отклонение от ее обычного поведения.
Библиотекарша задумалась и уже собиралась что-то сказать, но тут к стойке подошел посетитель.
– Где у вас литература на английском языке?
– Идите прямо, а потом поднимитесь по лестнице с правой стороны. – Посетитель пошел дальше, а библиотекарша через стойку наклонилась к полицейским и заговорила тихим голосом: – Эльза ведь училась в том классе, и мы, ее коллеги, конечно, интересовались, не беспокоится ли она. Но она не хотела об этом говорить и только отмахивалась, как будто ее это вообще не касается. Но если в газетах пишут правду и Йорген и Гленн издевались над другими, я бы, во всяком случае, на ее месте забеспокоилась.
– Это почему?
– Скажем так. Сама я против нее ничего не имею. Совершенно ничего. Даже наоборот. – Она оглянулась через плечо. – Но есть коллеги, у которых другое мнение, у них с ней большие проблемы. Некоторые даже уволились из-за нее.
– А что за проблемы?
– У нее, как бы это сформулировать, довольно острый язык, иногда на грани издевки. Но обо мне она никогда ничего плохого не говорила. По крайней мере, насколько мне известно.
Лилья обменялась взглядом с Утесом и увидела, что он думает то же самое, что и она.
– У вас есть комната для персонала?
– Конечно, пойдемте, я вам покажу. Вон там. – Женщина поставила на стойку табличку «Перерыв» и повела их по библиотеке.
Лилье все показалось знакомым. Кроме компьютерной комнаты и двора с застекленной крышей, за последние двадцать лет здесь ничего не изменилось.
– Вот наше маленькое гнездышко, – библиотекарша открыла дверь в комнату для персонала.
Комната была меньше, чем представляла себе Лилья. В самом дальнем углу находился потертый диван в зеленую полоску, а в другом углу – кухонька с кофеваркой и мойкой. В нескольких местах стояли кресла с напольными лампами, а вдоль одной стены – два письменных стола.
– Где она хранит свои личные вещи?
Библиотекарша подошла к самому дальнему письменному столу и выдвинула один из ящиков. Лилья осмотрела содержимое: несколько тюбиков губной помады, зубная нить, коробочка с порционным жевательным табаком, пакетик со жвачкой, пара ручек и зарядка для мобильного. Она вздохнула, почувствовав, что они топчутся на одном месте. Она понятия не имела, куда двигаться дальше. Сказывалась усталость – последнюю ночь она спала не больше двух часов, и сейчас ей хотелось только одного: лечь на уродливый зеленый диван в углу и закрыть глаза.
– А здесь есть одежда Эльзы? – спросил Утес, стоявший у шляпной полки.
Библиотекарша подошла к нему, внимательно посмотрела на верхнюю одежду и протянула бежевый пиджак:
– Вот. Это ее пиджак.
– Вчера она была в нем?
– Думаю, да, а вот ее туфли. О боже… – Она закрыла рот рукой и показала на пару золотистых босоножек. – Значит, он забрал ее?
– Пока рано говорить, – сказал Утес и помог женщине сесть в кресло. Когда она успокоилась, он достал свой мобильный и показал ей фото Сета Корхедена. – Этот мужчина был здесь вчера?