Жестокое пари
Шрифт:
– Рождение близнецов, – прошептала Гермиона
Дамблдор кивнул.
– И тогда часть событий претерпела некоторые изменения. В частности казнь мистера Малфоя и ваш с ним брачный союз были отменены. Тогда я вернулся в Хогвартс, чтобы продолжить начатое и не дать Волан-де-Морту убить Гарри.
– Он тоже должен был погибнуть? Так вот почему вы оставили его в доме Сириуса! Я права?
– Три самых безопасных места, находящихся под охраной Ордена – это Хогвартс, дом на площади Гриммо и «Нора». Кстати, в свете последних событий, учитывая, что ваше положение становится все более заметным, я думаю, что вам лучше какое-то время пожить с семьей Уизли.
Гермиона смущенно запахнула мантию.
– А как же учеба?
– Вы сможете заниматься заочно. А в том, что вы сдадите экзамены, у меня нет сомнений. Я отправил письмо в «Нору», вас ждут там в ближайшее время.
– Хорошо.
– Теперь я полагаю, что теперь могу вернуть вам это, – Дамблдор протянул ей медальон со сквозным зеркалом. – И помните: будущее все еще может измениться.
Гермиона спрятала украшение в складках мантии и вышла из кабинета. Уже по дороге в комнату она вспомнила фразу: «В частности казнь мистера Малфоя и ваш с ним брачный союз были отменены». По иронии судьбы в «том», другом будущем, которое они должны были изменить, она и Драко должны были пожениться. А что готовило ей новое будущее, она не знала.
– Зато Драко будет жив, – Гермиона сжала медальон.
*
– Фред! Джордж! – миссис Уизли металась по комнате. – Поднимайтесь! Отца выписывают сегодня!
Услышав громкий голос будущей свекрови, доносившийся с первого этажа, Пэнси поморщилась и открыла глаза. Рон, спящий рядом, тоже пошевелился. Она покосилась на часы и ахнула:
– О, Мерлин, мы проспали! Вставай.
Пэнси принялась теребить Рона за плечо. Тот пробормотал что-то невнятное, но так и не проснулся.
– Десять утра, – не унималась Пэнси. – Твой отец возвращается сегодня.
Взъерошенный Рон медленно сел в кровати и нехотя открыл глаза. Пэнси суетилась рядом, в спешке надевая платье.
– Ты обещал матери помочь украсить гостиную, – напомнила она.
– Угу, – буркнул Рон, снова падая на подушки.
– Уизли! – Пэнси кинулась к нему и хорошенько встряхнула. – Подъем! Я не буду ничего делать одна.
– Пэнс, ну почему я никогда не высыпаюсь по выходным? – простонал Рон, снова усаживаясь прямо.
Одной рукой он потянулся к брюкам, как обычно в спешке сброшенным на спинку стула, а второй пытался пригладить торчащие в разные стороны волосы.
– Потому что ночью тебе не спится, – в глазах Пэнси загорелся шаловливый огонек.
– Это все из-за тебя.
– Одевайся, герой-любовник, – хохотнула она, кидая в него рубашку.
Рон поймал ее в воздухе, а потом сделал рывок вперед и ухватил Пэнси за запястье.
– Иди сюда.
– Уизли, – зашипела она, падая к нему на колени. – Отпусти! Мы же опоздаем! Ай, щекотно!
– Мы же все равно проспали, – прошептал Рон, отбрасывая рубашку на стул.
– Я же только что оделась, – простонала Пэнси.
– Это я сейчас исправлю.
*
Джинни ворвалась в спальню и бегом бросилась к комоду за Удлинителями ушей. Гарри вскочил:
– Дамблдор здесь?
Джинни кивнула и принялась разматывать длинный шнур. Вот уже больше четырех месяцев они с Гарри занимались тем, что шпионили за посетителями дома на площади Гриммо, прослушивая большинство разговоров во время встреч Ордена. Начало разговора они пропустили, но основная часть беседы была еще впереди.
– И когда они попробуют сбежать? – спросил Сириус.
– Дата побега точно не определена, – задумчивым голосом ответил Дамблдор. – Наш человек утверждает, что это произойдет не позднее, чем через день.
– А возможно, что побег произойдет раньше?
– Вряд ли. Я попытаюсь еще раз переговорить с министром, чтобы он усилил охрану тюрьмы дементорами.
Джинни и Гарри переглянулись. Мракоборцы то и дело обсуждали побег Пожирателей смерти из Азкабана, но его возможные сроки оговаривались впервые.
– Думаешь, это правда? – шепотом спросила Джинни.
Гарри неопределенно передернул плечами и снова весь обратился в слух. Дамблдор и Сириус еще немного побеседовали о времени сбора отряда мракоборцев, а потом их голоса стали тише. Гарри и Джинни вернулись в спальню.
– Интересно, – Джинни убрала Удлинители ушей в комод. – Кто этот шпион в лагере Сам-Знаешь-Кого?
– Не знаю.
Она продолжала размышлять вслух:
– Значит, побег действительно будет. Только странно…
– Что?
– Сначала у тебя было видение побега, а потом – нападения на моего отца.
– И? – Гарри все еще не понимал, к чему она клонит.
– А происходит наоборот! – пояснила Джинни. – Сначала ранили отца, и только теперь идет подготовка к побегу. Так почему ты видишь все в обратной последовательности?
Она продолжала рассуждать, но Гарри не слушал – он вспомнил, что первым у него было видение про туман и смертельные воронки, затягивающие Сириуса и Джинни. «Значит, это случится в самом конце, – подумал он. – Но неужели я видел исход битвы с Волан-де-Мортом? Неужели мы… проиграем?»
*
Пэнси выглянула из комнаты, машинально закрылась от бомбы-вонючки щитовыми чарами, послала в сторону Фреда с Джорджем заклинание щекотки и только после этого начала спуск по лестнице.
– Старо, парни, – фыркнула она, наблюдая за недовольными лицами близнецов. – Хоть бы раз что-нибудь новое придумали.
– Ах, так, – усмехнулся Фред, поджигая петарду, взрывающуюся ядовито-яркой краской. – Ты сама напросилась!
– Protego! – Пэнси спряталась за спинку кресла. – Ну ладно, вы у меня дождетесь! Я вам в кофе такого огненного перца намешаю, что вы неделю говорить не сможете!
– Да ладно тебе, Пэнс, – примирительно начал Джордж. – Мы же пошутили.
– Ну-ну, – усмехнулась она, и тут же заметила, что близнецы заклинанием расстегивают пряжки ее туфель. – Эй, прекратите!
Она села в кресло, чтобы поправить застежки, а когда попыталась подняться, поняла, что намертво приклеилась. Близнецы довольно захихикали.
– Фред, я тебя убью! – разъяренный голос Пэнси потряс своды «Норы». – Отцепите меня отсюда! – продолжала возмущаться она, направив на давящихся от смеха парней волшебную палочку. – Немедленно!