Чтение онлайн

*

Не прошло и двадцати минут после разговора в кабинете Сириуса, а дом на площади Гриммо уже шумел как растревоженный улей. Камин в гостиной то и дело озаряли зеленые вспышки; мракоборцы, прибывшие в штаб Ордена, тут же поднимались наверх. Проводив очередную группу магов тревожным взглядом, Джинни повернулась к Гарри, который, нахмурившись, сворачивал мантию-невидимку. Во всеобщей кутерьме никто не обращал внимания на его сборы.

– Ты уверен? – осторожно поинтересовалась Джинни.

– Волан-де-Морту нужен только я, – кивнул Гарри. – Зачем подставлять кого-то еще?

– Даже Сириусу не скажешь?

– Чтобы прослушать очередную лекцию? Нет уж, спасибо. Принесла Удлинители ушей?

– Не смогла их найти, – вздохнула Джинни. – Перерыла весь комод, но…

– Ладно, – отмахнулся Гарри. – Второй комплект есть у Рона.

– Когда ты думаешь… – начала, было, Джинни, и тут же осеклась, увидев очередную зеленую вспышку.

– Как только камин освободится.

*

Гермиона приоткрыла дверь спальни и увидела Драко, который с мрачным выражением лица застегивал пряжки жилета. Почувствовав ее присутствие, он обернулся.

– Грейнджер, я должен, – вздохнул Малфой, прочитав мольбу в ее взгляде. – У него моя мать.

– Я знаю, – кивнула Гермиона.

Поравнявшись с ним, она замерла, словно не знала, что делать дальше. Драко взял со стула мантию. Гермиона инстинктивно протянула к нему руки, и Драко, шагнув вперед, обнял ее.

– Пожалуйста, будь осторожен, – услышал он тихий шепот. – Береги себя.

– А ты береги их, – едва слышно ответил он.

Рука, гладившая спину, скользнула к ее животу. Гермиона чувствовала, как слезы застилают глаза, и зажмурилась, чтобы Драко не видел, что она плачет.

– Иди, – прошептала она, не размыкая рук. – Иди же…

Драко поцеловал ее в висок и отстранился. Гермиона вцепилась в спинку стоявшего рядом стула, словно пытаясь удержаться от попытки броситься за ним. Едва звук шагов затих, она медленно опустилась на стул и закрыла лицо ладонями. Сейчас она проклинала все на свете: пари, заставившее ее влюбиться, Волан-де-Морта, который жаждал власти, затею Дамбдлора, который рвался спасти волшебный мир и изменить будущее. То самое будущее, где они с Драко должны были пожениться. «А вдруг, я больше никогда его не увижу?» – шальная мысль заставила ее кинуться к двери. Гермиона выбежала в коридор и столкнулась с Драко, спешившим навстречу. Он обнял ее, прижимая к себе.

– Ты вернулся…

Драко не дал договорить, накрыв ее губы своими. Гермиона закрыла глаза и обняла его за плечи. У нее перехватило дыхание, когда его ладони поднялись по спине и нежно погладили шею. До этого они целовались множество раз, но никогда еще поцелуй не вызывал у нее чувство тревоги. Они оба понимали: эта их встреча может оказаться последней. Гермионе хотелось кричать. Громко и отчаянно, чтобы ее слышали все обитатели дома на площади Гриммо.

– Не искушай меня, – прошептал Драко, когда ее пальцы нежно коснулись щеки.

– Я и не думала, – через силу улыбнулась она.

– Пусть он будет у тебя.

Гермиона почувствовала, как что-то холодное коснулось ладони – Драко вложил ей в руку свой медальон.

– Нет! – она попыталась вернуть украшение. – Я не могу!

– Не спорь, – Драко дотронулся пальцем до ее губ, словно пытаясь таким образом заставить замолчать.

– Но…

– Так будет правильно, – возразил он, снова прикоснувшись к ее губам.

*

Люциус Малфой больше получаса дожидался в гостиной, пока все мракоборцы переместятся в дом и уже начал терять терпение – время шло, а камин все еще был занят. На трансгрессию был наложен запрет, и каминная сеть оставалась единственным средством перемещения. Люциус не обращал внимания на происходящее вокруг и не видел, как Гарри и Джинни что-то упаковывают в дорожную сумку в другом конце комнаты, но сразу заметил спустившегося по лестнице Драко.

– Могу я полюбопытствовать – куда ты собрался? – Люциус преградил сыну путь.

– Я иду с тобой, – хмуро пояснил Драко, накинув мантию и проверяя, прочна ли застежка.

– Даже и не думай, – холодно произнес Малфой-старший. – Я не позволю тебе появиться в замке…

– Я не оставлю мать, – перебил его Драко.

– Думаешь, Нарциссе будет приятно увидеть сына, забывшего о чести семьи? – процедил сквозь зубы Люциус.

– Лекции о нравственности ты будешь читать мне потом. Сейчас самое главное – спасти ее.

Взяв из коробки горсть летучего пороха, Драко шагнул в освободившийся камин. Едва они скрылись в зеленом пламени, Джинни повернулась к Гарри.

– Пора, – кивнул он.

Джинни молчала. Гарри нервничал:

– Где же Рон?

– Хочешь, я его позову? Тогда мы сможем быстрее отправиться в замок.

– «Мы»? – искренне удивился Гарри. – Ты полагаешь, что я позволю тебе отправиться с нами?

* * *

Пэнси сидела на кровати, обхватив колени ладонями, и молча наблюдала за тем, как Рон собирает вещи. Он свернул Удлинители ушей и положил их сверху в магловский рюкзак, который Гарри подарил ему на прошлый день рождения. Немного поразмыслив, Рон достал из комода коробку с петардами и отправил следом за Удлинителями.

– Я пойду с тобой, – нарушила напряженное молчание Пэнси.

– Даже и не думай.

– Я хочу тебе помочь, – Пэнси вскочила с кровати. – Уизли, то, что я – девушка, не дает тебе права командовать. Я же не эльф-домовик, чтобы выполнять приказы хозяина!

– Я не приказываю, – буркнул Рон. – Я прошу: останься. Гермиона совсем одна…

– Опять Грейнджер! Ты все время думаешь о ней!

Рон притянул Пэнси к себе и горячо зашептал:

– Я люблю тебя, а не Гермиону. ТЕБЯ! Но она всегда будет моим другом. И я сделаю все, чтобы помочь ей. Понимаешь?

Пэнси закусила губу и молча кивнула.

– Ты сказала, что больше никогда не будешь мне лгать, – продолжал Рон, заглядывая ей в глаза. – Пообещай, что не пойдешь за мной. Ты не появишься в замке, слышишь?

– Но, Рон… – попыталась возразить Пэнси.

– Во имя Мерлина, Пэнс! Сделай, как я прошу!

– Хорошо. Обещаю.

– Нарушишь обещание – солжешь.

Пэнси обиженно стукнула его кулаком в плечо:

– Ненавижу тебя за это.

Рон лишь усмехнулся, обнимая ее. Затем его лицо посерьезнело.

– Мне пора, – вздохнул он, отстраняясь и надевая рюкзак. – Не дуйся, Пэнс. Я должен.

– Я провожу тебя.

Он взял ее за руку и потянул за собой. Их пальцы переплелись; Пэнси опустила глаза, чтобы скрыть наворачивающиеся слезы, и увидела, как поблескивает драгоценный камень. Она ловила себя на мысли, что ей нравится фамильная реликвия Прюэттов, но сейчас Пэнси была готова отдать кольцо. Она отдала бы все сокровища мира, лишь бы иметь возможность изменить происходящее. Не проронив ни звука, они спустились в гостиную, где разгоралась очередная ссора, но уже с другими участниками.