Чтение онлайн

Почему-то в студии тёплая беседа с Костей не складывалась. Он улыбался, спрашивал что-то про бачату и шёл танцевать. Вёл в танце уверенно и спокойно, но без излишних украшений.

Позже оказалось, что он танцует ещё и сальсу. Ради интереса Милана попробовала и её. Костя очень поддержал девушку на первом занятии, с удовольствием объяснял базовый шаг в перерывах, но сальса ей понравилась гораздо меньше бачаты.

Спустя полгода от начала занятий Милана вышла замуж, а затем устроилась на новую работу. Что из этих двух событий забрало у неё больше времени, она так и не определилась. Но на танцы стала ходить реже, а постепенно вообще забросила и занятия, и вечеринки.

– Костя, это ты? Приве-е-ет! – в первый раз за вечеринку она подошла сама. – Как ты изменился! Это и есть твой новый танец?

– Какие люди! Милочка! Милашка! Наконец заглянула к нам, красавица! – Костя сжал Милану в сильных руках, приподнял и закружил.

Она взвизгнула, захихикала и почувствовала потрясающий аромат туалетной воды, смешанный с мужским запахом уверенности.

«Такого парфюма раньше не было…» – мелькнула мысль.

Костя – один из немногих танцоров, кто на регулярной основе продолжил общение с Миланой. Когда она совсем исчезла из мира танцев, он стал писать ей в соцсетях.

Однажды рассказал про бразильский зук – новый танец, которым он увлёкся. Позже Костя стал преподавать зук и регулярно приглашал Милану на занятия. Девушка отказывалась: она и на любимую бачату не могла найти время, а тут какой-то зук.

…Когда Костя поставил её на пол, Милана отодвинулась и стала внимательно рассматривать его. Крепкий, накаченный мужчина, красавчик даже. Девушка улыбнулась: вспомнила, как минуту назад он уверенно вёл партнёршу в танце. Белая футболка облегала тело – ни жиринки на животе. Светлые немного вьющиеся волосы аккуратно пострижены и уложены.

Милана помнила заурядного неуверенного ботана с пузиком и взъерошенной причёской.

– Как же ты изменился! – ещё раз выдохнула она.

– А ты – совсем нет! Такая же красавица с голубыми глазами!

Остаток вечера девушка провела рядом с ним. Она беззастенчиво танцевала привычную бачату в основном с Костей, а в промежутках любовалась его зуком с другими партнёршами.

Оказавшись дома, Милана впервые за месяц уснула спокойным, безмятежным сном.

Наутро девушка открыла страницу ВКонтакте и дрожащими пальцами написала сообщение Косте, спрашивая, когда ближайший набор на бразильский зук. Ей хотелось вновь окунуться в беззаботность танцевального мира. А ещё… Эти мысли удивили и напугали её – услышать голос Кости и ощутить аромат его тела.

Набор уже шёл, но с её опытом Милане быстро удалось догнать группу. Тем более внимание от тренера она получала повышенное.

Бразильский зук стал для Миланы абсолютно другим танцем. В сальсе, например, она ни на миг не переставала отсчитывать про себя ритм 1-2-3 5-6-7, потому что могла сбиться в любой момент. В бачате практически не считала, просто чувствовала музыку. Но при необходимости могла отслеживать счёт в течение всей песни.

А в зуке ей никак не удавалось посчитать. Она только начинала и выделяла сильные доли «ТРИ! Пять, шесть, СЕМЬ…» И дальше сбивалась и просто отдавалась во власть музыки и партнёра. Поэтому её танец во многом зависел от умения мужчины, с кем она вставала в пару. Либо получалось сразу, либо не ладилось и не удавалось вернуться к ритму.

В сильных уверенных руках тренера Милана не ошибалась ни разу. Она мягко и податливо велась на любое движение. При этом попутно удивлялась разнообразию его ведения. В бачате Костя вёл просто, без тонкостей, а вот в зуке был изощрён.

Занятия проходили дважды в неделю, и в эти краткие часы девушка забывала обо всём. Она не задерживалась, как в другие дни, на любимой работе и в 18:00 уже сидела на кресле, одетая в зимний пуховик. Февраль за окном перестал иметь значение по вторникам и четвергам с 18:30 до 19:30.

А в остальные дни боль и чувство вины продолжали угнетать Милану. Она оставалась на работе до закрытия офиса, а потом приходила домой и пряталась за проверку тестов или составление новых тренингов для сотрудников.

Месяц назад Милана потеряла ребёнка. Первая беременность, долгожданная. Два с половиной месяца ликования и радужных планов, споры по поводу имени и пола ребёнка. Звонки всем родственникам, обсуждения с близкими и друзьями. Составление списка одежды и поиск коляски… Но однажды ночью началось кровотечение, и Милану увезли на скорой в больницу.

«Замершая беременность» – таков был страшный и непонятный диагноз врачей.

Ледяные руки, побледневшие губы, страх и недоумение. Милана хлопала глазами и не дышала. Слёзы застыли в глазах. В больнице ничего не объясняли и особо не разбирались: вкололи наркоз и вычистили плод, который по какой-то непонятной причине не развился.

Но на этом дело не закончилось. Плод не выходил самостоятельно, и лечащий врач назначил дополнительные процедуры: прогревания, стимулирующие схватки; промывание. Ничего не помогало. Тело Миланы будто застыло вместе со своим неродившимся ребёнком и не хотело отпускать то, что от него осталось.

Назначили вторую чистку. Снова белые кафельные стены, наркоз. Очнувшись в палате после второго наркоза, Милана наконец расплакалась – впервые после той ночи.

Дальнейшая жизнь превратилась в одну цель – забыть физическую боль, которую она пережила в больнице. Но главное – хотелось отключиться от мук эмоциональных.

«Почему именно мой ребёнок не родился? Как забыть боль? Как простить себя за эту неудачу и жить дальше?» – эти вопросы молоточками били в голове каждый час, каждую минуту.

Родственники, близкие друзья, коллеги знали. Милане некуда было спрятаться от их вопросов, советов или немого сочувствия. Именно поэтому она сократила общение с близкими до минимума, а на работе оставалась до последнего, пока охранник не выгонял.

Однажды Милана вернулась домой раньше обычного, а мужа Лёши ещё не было. Милана тихо поужинала и молча ушла в их комнату. Они жили в просторной трёхкомнатной квартире, но делили жильё со свекровью и её мужем. Девушка закрыла дверь, потому что хотела побыть одна. Но ей это не удалось.

– Что ты всё ревёшь? Не слушай врачей, что нужно ждать месяц! Пытайтесь уже сейчас завести второго ребёнка! – ворвалась без стука свекровь.

Девушка вздрогнула и просто задохнулась от боли. «Как можно не понимать того, что со мной сейчас происходит? Я вообще не хочу думать о беременности! А вдруг опять не получится? Второй раз этот ужас я не переживу!»

Дрожащими пальцами набрала Лёшу и, рассказав ему о жестоких словах матери, взмолилась: «Забери меня отсюда! Я не могу тут жить».