Жизнь в дальневосточном городе
Шрифт:
В феврале 1981 года я был награждён от имени Министерства высшего и среднего специального образования РСФСР и ЦК профсоюза почётным знаком «Победитель социалистического соревнования 1980 г.», учреждённым Центральным Комитетом КПСС, Советом Министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ.
8. Квартирный вопрос
В общежитии на улице Комсомольской мне с семьёй пришлось жить довольно долго. Примерно три года. На нашем четвёртом этаже среди жильцов было много разных людей. Это и студенты, и преподаватели. Шумновато, конечно, было. Студенты, например, иногда устраивали вечеринки. При этом не все из них вели себя подобающим образом. Запомнился случай с одним пьяным молодым человеком, который устроил скандал на этаже. Даже матерился при детях. Я ему сделал замечание. Он же никак не мог успокоиться, вёл себя агрессивно. Пришлось вмешаться старосте этажа и другим ребятам. На следующий день об этом стало известно в деканате факультета, на котором учился данный студент. Были разборки. Вечером ко мне провинившийся приходил извиняться. Просил меня простить его и не писать декану докладную. Иначе последует исключение из института. И добавил, что больше так напиваться и вести себя неподобающим образом не будет. Я поверил студенту, принял к сведению его извинение и при встрече с деканом сообщил, что докладную по поводу произошедшего инцидента писать не буду, так как не имею больше претензий к студенту после его искреннего, как мне показалось, покаяния.
Проживая в общежитии, я познакомился со многими молодыми преподавателями, приехавшими работать в Комсомольск. С некоторыми из них у меня сложились добрые отношения, которые поддерживались потом на протяжении всей моей дальнейшей работы в институте.
Постоянных жителей, если иметь в виду преподавателей, тогда в общежитии, конечно, не было. Многие из приехавших и поселившихся в нём, отработав положенный срок после обязательного распределения в своих вузах, уезжали обратно. Но были среди проживающих в общежитии, конечно, и те, кто намеревался задержаться в городе и закрепиться в институте, надеясь при этом на положительное решение квартирного вопроса. Я тоже. Некоторые из этой категории преподавателей раньше меня получили квартиры и, естественно, покинули общежитие.
Настало время, когда подошла и моя очередь на получение отдельного благоустроенного жилья. Однако выделили мне только однокомнатную квартиру. Пояснили при этом, что двухкомнатную квартиру я получу сразу после того, как пройдёт защита моей кандидатской диссертации.
Предоставленная моей семье квартира находилась на четвёртом этаже пятиэтажного кирпичного дома, расположенного в довольно обжитом микрорайоне центральной части города, недалеко от перекрёстка проспектов Ленина и Первостроителей. Наиболее приметный ориентир микрорайона – главная городская гостиница. Наш новый адрес оказался таким: улица Парижской Коммуны, дом 23, квартира 36. Квартира оказалась тёплой, светлой. Её окна выходили на запад. Правда, была она без балкона.
Мои супруга и дочь заселились в новую квартиру в начале марта 1979 года без меня. Я был в это время в ИПК (институте повышения квалификации) в г. Новосибирске. Мои коллеги помогли переехать.
Освоились мы на новом месте жительства довольно быстро. Почти всё, что было нужно в плане поддержания нашего повседневного бытия, находилось поблизости: почтовое отделение, разнообразные магазины и прочее. Вот только до мест нашей работы и учёбы расстояние несколько увеличилось. Супруге, например, приходилось ехать с работы домой на трамвае на одну остановку дальше, чем прежде. Но постепенно мы к этому новому обстоятельству привыкли.
Летом 1980 года мы занялись косметическим ремонтом квартиры. Основную работу проделали два приглашённых для этого профессиональных штукатура-маляра. В итоге результат получился по стандартам того времени очень даже неплохой. Мы заплатили им 150 рублей.
Этим же летом мы регулярно и с большим интересом смотрели по телевизору передачи с московской Олимпиады.
В марте 1981 года к нам в гости приезжала мама. Была она у нас неделю. Лично поздравила меня с днём рождения и вручила подарки. Наш город ей понравился. 31 марта вылетела обратно самолётом в Красноярск, чтобы оттуда доехать поездом в свой Лесосибирск.
Осенью 1981 года я соорудил стеллаж для книг на всю длину большой стены. Стойки для него высотой до самого потолка я заказывал в лесообрабатывающем цехе одного из строительных управлений Комсомольска-на-Амуре. А струганные досочки нужного размера для полок стеллажа мне прислали багажом по железной дороге родственники из Лесосибирска. Изготовил их сын моей тёти по отцу Гоша Карнаев. Я всё заготовленное подогнал, соединил. Получилась вполне надёжная и достаточно эстетичная конструкция. Таким образом решилась проблема с размещением уже имеющихся книг и журналов, которые до этого нам приходилось складывать стопками на полу. Примерно половина полок стеллажа остались незанятыми. Они предназначались для расширения книжного и журнального фонда нашей домашней библиотеки в будущем.
В конце этого же года удалось приобрести через книжный магазин компактную механическую пишущую машинку югославского производства. Она стоила сравнительно недорого. Я и дочь её довольно быстро освоили. Приобрели также механическую швейную машину класса 2М, изготовленную в городе Подольске. Она перешла в полное распоряжение и пользование супруги.
В однокомнатной квартире на улице имени Парижской Коммуны наша семья проживала немного дольше трёх с половиной лет. Жили мы там довольно комфортно, однако нас не оставляла мечта о получении более просторной квартиры. Дочь наша взрослела, и ей требовалась отдельная комната. И вот наконец в начале ноября 1982 года в месткоме профсоюза нашего института меня известили о том, что положительно решается вопрос о предоставлении моей семье двухкомнатной квартиры. Это сообщение было воспринято мной как очень приятный подарок к празднику 7 Ноября.
Ордер на заселение в квартиру я получил 9 ноября. А переехали мы туда 24 ноября. Квартира находилась на улице Котовского, в доме № 1. Дом этот пятиэтажный, специально построенный в своё время для преподавателей политехнического института, поэтому его в городе тогда обычно называли «преподавательским». Он расположен на территории вузовского комплекса зданий и сооружений по соседству с общежитием № 1 института, в котором мы жили до переезда в однокомнатную квартиру на улице Парижской Коммуны.
Достоинства нового жилья заключались для нас в следующем:
• тип полученной нами квартиры – уже не хрущёвка, а всё-таки брежневка. Комнаты раздельные. Бытовые помещения (кухня, ванная, туалет, коридор) – посередине. Все её окна выходили не во двор, а на улицу. Довольно удобная планировка. Такая планировка получила в народе название «распашонка»;
• места работы и учёбы членов нашей семьи находились в шаговой доступности. Объекты сферы обслуживания – также. Галя ездила на работу в свой книжный магазин и обратно на трамвае только в случае крепких морозов в зимние месяцы, а также тогда, когда была сильно загружена какими-то вещами.
• по меркам города того времени благоустройство территории вокруг дома и ближайших улиц было нормальным.
• Недостатки тоже были. Они постепенно проявились. Основные из них таковы:
• квартира находилась на первом этаже, поэтому часто случались засоры канализации;
• её окна выходили на восток, однако лучи утреннего солнца к нам почти не попадали из-за стоящего на другой стороне улицы дома;
• было очень шумно от проходящего по улице грузового транспорта. Особенно досаждали тяжёлые самосвалы «Татра», когда производилось строительство передельного металлургического комбината.
Пару месяцев продолжался у нас хлопотный период, в течение которого мы приспосабливались к условиям жизни в новой квартире. Пришлось сделать посильный неотложный косметический ремонт: устранить дефекты в стенах, побелить их и потолки известковым раствором (прежде всего в комнатах), покрасить полы во всей квартире, а также панели в подсобных помещениях. По ходу дела я привёл в порядок все двери, добившись того, чтобы они все хорошо открывались и закрывались; заменил замок, встроенный во входную дверь; сменил прогнувшиеся полки во встроенных шкафах и т. д. Некоторые дела мы оставили на летний период (например, покраску оконных рам).