Жизнь жреца
Шрифт:
Вдруг все притихли, услышав стон, полный боли. Сам Император первым прошел на стон и ужаснулся тому, что увидел. Хрупкий паренек был связан, избит и выхлестан плетью так, что кожи и видно не было. Все лицо было отбито крепкими ногами палача. Его били насмерть!!! За что же такие муки ему? Кто тот ирод, что покалечил парня? Он был гол, и места живого не было на нем. Даже Аракая всхлипнула, увидев паренька, но ее отец тотчас посмотрел на нее грозно, и она тотчас встала на свое место. Один из слуг, увидев интерес торгаша, сплюнул в сторону паренька и пояснил:
– Он смотрел на мать, как на женщину, а не как взрослый сын. Он видел ее лицо и волосы. Его братья сейчас женятся и прощались с матерью, чтобы встретится с ней уже мужьями взрослыми. А он тайно смотрел за ними. За чистой, безгрешной.
Император поморщился брезгливо от этих жутких правил и законов Свиряжа. Сам он был не местный, и на его Родине таких правил не существовало. Он позабыл совсем об этом обычае и спросил лишь зло:
– Ну так увидел, и что с того?
Слуга, вытаращив глаза, прошептал:
– Так быть ему мужеложцем. За мать держится, как за бабу. Ее слова ищет. Таких сразу в печь или вот, как сейчас, чтобы, значит, гнил и пах, тем самым указывая, что будет за то, что хочешь связи с другим такого же пола. А он ведь и с женщиной еще не был, когда его братья уже всех девок в его возрасте потискали, да детей наделали.
Конец ознакомительного фрагмента.