Чтение онлайн

«Он так и не изменил своим старым привычкам, – подумал Малыш и нажал кнопку записи магнитофона. – Даже любовница старая. А вот эту девушку я не знаю. Давай познакомимся с тобой, крошка». И он сделал первый снимок.

Малыш попал в кон, веселье только началось, и через десять минут троица сделала перерыв. Сыщик тоже переменил положение и сделал несколько снимков правой рукой. Хорошо выйдет вот этот кадр, где вялого мужчину оставили в покое. На его лице написана благодать, в руках – высокий стакан с коктейлем и дымящаяся сигарета; девушки предоставлены сами себе, и партнер с интересом следит за их обоюдными ласками. Отличный ракурс – все объекты в три четверти и немного сверху вниз.

Через несколько минут мужчина ожил и его с неохотой взяли в компанию. На панели «Кодака» мигнула красным индикаторная лампочка: неотснятыми остались два кадра. Малыш сделал последние снимки и не торопясь проделал обратный путь к ботинкам и пиджаку. Он был доволен. Глядя в темное небо, словно был на Гавайях, сыщик со вздохом произнес:

– Ночь-то какая!..

Устыдившись внезапного порыва сентиментальности, он быстро спустился вниз.

Александр Хлопков переступил порог квартиры и поздоровался с хозяином.

– Здравствуй, Саша, – ответил тот. – Честно говоря, я не ожидал тебя увидеть.

– Откровенность за откровенность: я сам не ожидал, – ответил Хлопков и прошел в комнату. – Поговорим начистоту, хорошо?

Хозяин пожал плечами и коротко ответил:

– Давай.

На следующее утро Малыш снова оказался в том районе, но еще дальше, в самой клоаке Климова, где кончался город и начиналась мусорная свалка. По кучам мусора бойко шныряли таджики, выуживая оттуда полезные для себя вещи. Мимо сыщика торопливо прошел широколицый и узкоглазый таджик, держа в руках старую стиральную машину.

Валентин толкнул скрипучую дверь двухэтажного зарешеченного дома с более чем нелепой надписью на фасаде «Марки – почтой!» и вошел внутрь. Перед глазами открылась знакомая картина – маленькая конторка, три или четыре стеллажа с несколькими почтовыми марками на пыльных полках и приветливые глаза владельца заведения.

– Валентин! – искренне обрадовался хозяин, вставая навстречу. На вид ему было что-то около сорока, слегка грузноват, чуть выше среднего роста. – Как дела, старина? Давно тебя не видел. Все шпионишь?

– Ага. Привет, Николай. – Малыш ответил на рукопожатие и поискал глазами стул. В прошлый раз, когда он приходил сюда три месяца назад, стул был. Сейчас его не было. Гость уселся на широкий барьер конторки. – А ты как? Как твои дети? Их у тебя, если не ошибаюсь, трое?

– Четверо! Ты всегда путаешь.

– Как жена? – продолжил обмен любезностями Малыш, отказавшись от протянутой сигареты. – Я не курю.

– Я знаю, – махнул рукой Николай Марошин. – Марина, как обычно, в полном порядке. Ты ведь видел ее?

– Один раз. И смотрел я на нее снизу вверх.

Марошин рассмеялся.

– Да, жена у меня высокая. – И он перешел на деловой тон. – Тебе, как всегда, нужна лаборатория? Есть что-нибудь интересное?

Глаза хозяина заблестели. Время от времени он предоставлял Малышу свою фотолабораторию, где тот проявлял пленки и печатал фотографии. Денег с сыщика Николай не брал, он довольствовался оставленными Валентином снимками, где не было лиц, а только тела. Этой небольшой деталью Малыш подчеркивал уважение к клиентам детективного агентства А.Хлопкова: на фотографиях, которых у Марошина скопилось больше, чем марок, никого нельзя было узнать. Дальнейшей судьбой своих произведений детектив Авдеев не интересовался: Николай может рассылать их почтой вместо марок.

– Нет, – ответил Малыш, – сегодня у меня проблема другого рода. Мне нужно несколько удостоверений ФСБ, но чтобы комар носа не подточил. Сделаешь?

Марошин пожевал губами. «Марки – почтой!» – это лишь вывеска, крыша, основной бизнес Николая заключался в изготовлении фальшивых документов. Впрочем, слово «фальшивые» можно было навсегда забыть, глядя на красные корочки паспортов и на желтизну тронутых временем свидетельств о рождении.

– Есть такая возможность, – после непродолжительной паузы ответил хозяин. – Но это стоит денег. Ты сказал – несколько удостоверений, сколько именно?

– Три.

– Ого! Заказ солидный. Я даже смогу уступить немного. Говоришь, «чтобы комар носа не подточил»?.. Это намного дороже «липы». Пол-»лимона» за единицу.

– Идет, – Малыш протянул ему руку. – Значит, мои комиссионные возрастут до пятисот тысяч. По двести пятьдесят тысяч с каждого.

Николай засмеялся.

– Ах ты, хитрец! Похоже, зря я пошел на уступки.

– Почему зря? – удивился Малыш. – Ведь я заработаю на этом.

– Да-да… Но ты ошибся, Валентин, твои комиссионные составят семьсот пятьдесят тысяч. Ведь удостоверений-то три.

– Я не ошибся. Просто третье удостоверение будет для меня, – объяснил детектив.

– А-а… – Николай ничего не понял, но вопросов задавать не стал. – Если ты на колесах, мы можем сейчас же отправиться ко мне в «бункер». Да, а деньги при тебе?

Валентин похлопал себя по выпирающему карману.

«Бункер» Николая Марошина находился сравнительно недалеко. После пяти минут езды Малыш остановил машину напротив серого здания с еще более абсурдной надписью над дверью: «ОПТОВЫЕ ПОСТАВКИ МАРОК».

– Какие у тебя отношения с налоговой службой? – в очередной раз поинтересовался Малыш.

– Дружеские, – хохотнул Марошин, отпирая металлическую дверь.

В «бункере» было четыре комнаты, лестница, ведущая в подвал. В подвале – святая святых оптового торговца – Малыш ни разу не был. До этого он довольствовался только одной комнатой, приспособленной под фотолабораторию. В остальных было пусто, как у голого за пазухой.

– Давай фотографии, – у Николая было превосходное настроение. – Или на всех поместить твою?

– Держи, – Малыш протянул ему целую пачку. – Недавно я приобрел неплохое оборудование. Негатив фотографии, которую ты сейчас рассматриваешь, прошел через цифровое усиление цветовой разрешающей способности… Возьми, пожалуйста, следующий снимок. Натуральные цвета, правда, Коля? И это благодаря тоже цифровому, но уже линейному усилению. Таня вышла так себе, особенно хорошо получилась блондинка. Но и ты, Коля, смотришься неплохо.

Лицо Марошина приобрело пепельный оттенок, по нему пошли ярко-красные пятна. Он закрыл глаза. В голову лезло какое-то знакомое слово, Николай манил его, но оно все время ускользало. Оно начиналось на букву «ш»… Что это за слово? Оптовый поставщик марок поднатужился, и слово влезло-таки ему в голову. Затем перепрыгнуло на язык.