Чтение онлайн

Следующий час мальчик наблюдал как дед суетился, разогревая ведра с водой, выуживая из углов ушат, ковшики и мочалки. Тим уже начал привыкать к отсутствию телевизора и бессмысленных диалогов, ему начинал нравиться физический труд, заслуженный отдых и не частые разговоры с дедом, после которых в сознании оставалось больше, чем от несмолкающих нотаций городских взрослых.

– Вот мыло, мочалка и полотенце. У тебя пять минут.
– отчеканил командирским тоном дед.

– Мало пять минут - возразил Тим.

– Мне после тебя мыться, не хочу плескаться в остывшей воде. Как понял, Тимофей?
– снова перешёл на армейский тон дед. Тиму эта игра с самого начала пришлась по душе и потому, подскакивая на одной ноге и стягивая штанину с другой, он ответил:

– Вас понял! Приступаю к исполнению.

– Время пошло!

Тим уложился в четыре с половиной минуты и уступил деду ушат. Наскоро вытершись и разобрав постель, он завернулся в одеяло как в кокон, сочувствующе глядя на деда. Всё-таки такое купание в разгар зимы и в большом помещении приносило мало удовольствия. Дед также быстро разделся и шагнул в посудину с мыльной после внука водой.

– Дед, а можно спросить?

– Ну, давай.

– Откуда у тебя облака эти по телу? Ни у кого такого больше не видел.

И действительно, когда дед разделся, Тим впервые с таким вниманием рассматривал пигментные пятна на его туловище, хотя частенько видел их на летних каникулах, помогая деду пропалывать грядки.

– Это не облака, Тим, это витилиго - болезнь такая, когда кожа в некоторых местах теряет цвет.

– Болезнь - поморщился внук - а что болит?

– Нет, ничего совсем не болит, и не передаётся, успокойся. Правда, и не лечится, ну так что ж?
– пожал намыленными плечами дед.
– А что, думаешь, на облака похоже? Я всё себя с жирафом сравнивал - рассмеялся он.

– Ну правда, смотри, на животе огромное кучевое. А на спине, знаешь какие?

– Какие же?

– Перистые.

– Эко ты подкованный в поднебесной! Лисы с зайцами у него в берлогах зимуют, а облака, видишь ли, кучевые да перистые - улыбался дед, скребя пятки пемзой.

– А давно у тебя это?
– задал Тим следующий вопрос и пропустив колкость мимо ушей.

– да лет двадцать уже, может чуть меньше.

– так странно...
– начал Тим новую мысль, но дед его перебил.

– Всё, заканчиваем разговоры. Завтра ответственный день, кучу всего доделать надо, так что давай отворачивайся и засыпай. Я тоже скоро на боковую.

Следующим утром они проснулись позже обычного, видимо, из-за сильной усталости предыдущего дня. Дед был мрачный и не разговаривал до конца завтрака. Потом, поставив перед внуком ведро картошки, приказал почистить всю.

– А чё так много? Я не смогууу - вспомнил Тим свой старый проверенный способ не подчиняться, когда не хочется.

– Цыц!
– прикрикнул дед, обрубив дальнейшие пререкания.
– В армии ваннами чистить будешь.

– Чем-чем?
– переспросил себе под нос мальчик, но дед не услышал и вышел.

Через два часа, когда он вернулся, у Тимохи в ведре было ещё пять картофелин. Дед пришёл с хорошим настроением и разрешил остатки не дочищать. Они поставили огромную кастрюлю на печь, доложив к картошке морковь и свёклу, рядом присоседили ковшик с яйцами. Планировалась сельдь под шубой, "толчёнка" и жареная курица, приготовление которой было отложено на вечер. Под чутким руководством деда, Тим слазил в погреб и, наощупь отсчитывая банки, отыскал в темноте свой любимый компот из абрикосов. До Нового года оставалось одиннадцать часов, до готовности овощей - полтора. Решили пока поиграть в шашки.

– Разрешаю нам в честь праздника завтра не работать - сделал объявление дедушка.

– А мы разве работали до праздника?

– В том-то и дело, что нет, вот и кончилось вчера из-за этого напрасной тратой сил.

– Ты про машину?

– Да, Тим. Так что первого балду попинаем, а второго в бой. Запомни, пока дорога заметена, её как будто не существует. Дорогу расчистил - гостей приветил.

– А лопаты, когда затачивать будем?

– Ах-ха-ха - захохотал дед - экой ты, правда, забавный.

Тим этого не понял и промолчал.

Партию закончили ничьей. Дед никогда не проигрывал, но Тим отметил и то, что он никогда и не выигрывал, отдавая победу внуку или же подводя к ничьей, как сейчас. "Считает меня маленьким, думает, расстроюсь" - с досадой отметил он, но вслух возмущаться не стал, потому что знал, что дед разозлится. Жди потом опять, пока остынет.

– Остужать яйца надо в холодной воде, чтоб скорлупа легко отходила.
– учил дед Тима, когда с шашками было покончено.
– Минут пять, потом можешь чистить и резать, а я селёдкой займусь.

– Дед, а ты украшения придумал?

– А чего тут думать? Я уж и сделал, пока ты тут колупался. Ты таких украшений в жизни не видал, но, если мамке расскажешь, - не покажу.

– Не расскажу, не расскажу! Что придумал?

– Ну ладно, поверю на слово. Ёлочка наша оделась в гильзы, начинённые серой от спичек. Поди с пацанами не делали такого?

– Неа, не делали - ошарашенно смотрел Тим, - а что, взрываться будут?

– Должны, вроде. Давай с едой разберемся, а потом пойдем проэкспериментируем.

До полуночи оставалась пара часов, снег перестал и морозец, если только ради красного словца можно было назвать морозом. В приятном возбуждении старший и младший забыли о шапках и о застежках на одежде, душами на распашку поспешили на улицу. Чтобы не подпалить дом, ёлку пришлось тащить в огород. Холодные гильзы раскачивались и позвякивали, словно хрусталь на люстре, пока Тим и дед с мальчишеским увлечением, будто и не было между ними возрастной разницы, водружали дровяное дерево в землю: эдак наклони, сюда наподдай! Затем они притащили канистру с бензином и полили им своё творение. Отойдя на пару метров, они подожгли скомканную в шарик газету, и дед швырнул её точно в цель - ёлка загорелась.

– Прям как на масленицу!
– подметил довольный внук.

– А что, Тим, злых духов изгонять никогда не поздно и никогда не рано - успел ответить мужчина, прежде чем броситься вместе с ребёнком навзничь. Началась такая пальба и огненные метания, что оба уже пожалели о проявленной живости ума и только лежали лицами в снег, отвернув воротники телогреек и пряча под ними затылки, уши и кисти рук от осколков. Через две минуты дед заорал:

– Чёрт побери, да когда же они закончатся?

– Там же ещё гвозди, дед! Гвозди выстреливают!