Чтение онлайн

На голых коленях.

Возбуждение накатывает вновь. Оно стекает по спине, словно водопад, я медленно поднимаю руку и тянусь к ее ноге. Мой ноготь царапает колено, а ладонь скользит по бедру выше, замирает, пальцы сжимаются.

Она сползает по столу почти на самый край. Прямо передо мной кружевной треугольник нижнего белья. Мне почти не потребуется усилий, чтобы подцепить его пальцем и разорвать.

– Я… я не… – Она облизывает губы и сжимает мое запястье.

– Что не? – Я наклоняюсь и касаюсь носом макушки. Провожу по волосам, пытаясь отыскать источник мятного аромата. – Не хочешь, чтобы я тебя поцеловал?

– Я не понимаю, почему этого хочешь ты.

Слова – будто удар под дых, лишающий возможности вздохнуть. Поднимаю руку и обхватываю девушку за шею сзади, лишая возможности отвернуться. Она смотрит на меня снизу вверх.

Глаза холодного голубого цвета то закрыты веками, то обращены ко мне. В них море скрываемых эмоций, чувств и тайн.

Они завораживают, увлекают вглубь, будто водоворот, чувствую себя человеком, который так и не научился плавать.

– Набиваешься на комплимент? – спрашиваю я, вскинув бровь.

Губы ее растягиваются в улыбке, румянец меняет цвет на более темный.

– Нет, просто делюсь мыслью.

Я нащупываю на ее большом пальце точку, где бьется пульс. Она вздрагивает, словно из всех сил старается сохранить спокойствие.

– Думаешь, я был бы здесь, если бы не хотел? – Прижимаюсь бедром к ее ноге, запускаю руку в волосы. Кончики наших носов соприкасаются. Губы в миллиметре друг от друга, но я не целую ее.

Желание переполняет меня, тело с трудом сдерживает его, как плотина – бурный поток воды.

– Сегодня в зале было немало красивых женщин. За них, вероятно, и платить бы не пришлось.

Я веду рукой по ее бедру, поднимаясь выше, останавливаюсь там, где только что сделал татуировку. Рот ее приоткрывается, мои губы вторят ему, дыхание смешивается. Ее стон подталкивает меня, и я укладываю ее на стол, желая большего.

Больше касаний.

Больше удовольствия.

Больше познать ее.

Она стягивает спортивные штаны университета Нью-Йорка и обхватывает меня ногами. Я чувствую ее ладони на своей спине, они скользят по линиям татуировок. Нащупываю и цепляюсь за край толстовки, что сейчас на ней.

Прикусываю ее нижнюю губу и медленно тяну худи вверх.

Девушка подпрыгивает на месте, прижимает мою руку, останавливая. Беспокойство меняет ее черты.

Я недовольно хмурюсь.

– Мне надо увидеть тебя всю, – говорю я, и в ответ она качает головой.

– Я останусь в толстовке. Пожалуйста.

Сжимаю зубы. Недовольство раздражает нервные окончания.

– Забыла, что я уже видел тебя без нее?

– Это случайность. – Она пожимает плечами.

Думает, что одежда защитит от меня?

– Ладно.

Опускаю руку и провожу по ее лобку. Черты лица девушки смягчаются и сразу напрягаются, будто ей нравится то, что я делаю, но больно это признавать.

– Тогда я хочу большего.

Она прикусывает нижнюю губу – задумывается.

– Думаю, мы можем целоваться и дальше.

Я фыркаю и отстраняюсь. Провожу ладонью по джинсам и вижу, как расширяются ее глаза, она видит натянутую ткань и замечает эрекцию.

– У меня нет презерватива, – говорю я и жалею, что не подумал об этом в пентхаусе, хотя, честно признаюсь, не думал, что он мне пригодится. – Но я до конца жизни буду сожалеть, если сегодня между нами ничего не будет.

Она моргает, краски на щеках становятся темнее и сползают на шею.

Я невольно задаюсь вопросом, сделает ли она шаг и какой.

Она тяжело вздыхает и коситься на дверь, за которой скрылись Джио и Дженна.

– Вдруг кто-нибудь вернется.

– Не вернется. Мы закончим раньше.

– Ты уверен, что они не придут или что мы закончим раньше? Это разные вещи.

– Ты сама закончишь раньше.

– Неплохая идея.

– Самая ужасная. Возможно, в будущем мы об этом пожалеем.

Она морщится:

– Думаешь?

– Даже не сомневаюсь.

Я молчу о том, что мои сожаления имеют форму навязчивой идеи, которая зрела с вечера в дальнем уголке мозга. Стоит мне ее попробовать, и я знаю, что насытиться уже не смогу.

– Но кого волнует завтрашний день? Наслаждайся настоящим моментом со мной, а со всем остальным разберемся позже. Договорились?

Я наблюдаю за ней, ожидая увидеть признаки дискомфорта. Они тут, под слоями, созданными ею в попытке скрыть это, но я не могу их полностью рассмотреть.

Наконец она едва заметно кивает, и давление в груди ослабевает, будто вода вытекает из ванны.

– Вот и хорошо.

Опускаясь, я провожу руками по ее бедрам.

– Ты хорошо пахнешь. Похоже на мяту.

– Это лосьон, – произносит она на выдохе.

– Придвинься ближе, красотка. Если не хочешь раздеваться полностью, сними хотя бы трусики.

– Ты очень требователен. – Но она подчиняется, ягодицы наполовину свешиваются со стола.

– Прими то, что я сделаю языком, в качестве извинений.

Она пытается свести колени, будто хочет закрыться от меня.

Двумя пальцами я оттягиваю кружевную полоску стрингов и отвожу в сторону. Отстраняюсь, чтобы полюбоваться увиденным: идеальный влажный бутон, сладкое искушение.

– Господи. Как долго ты меня хотела? – усмехаюсь я и склоняясь, разнося возбуждение по губам.

– Я… я не…

– Хотела сохранить секрет? – Касаюсь языком ее клитора и впитываю мягкие вибрации. – Притвориться, что я никак на тебя не действую, и что тогда, ангел? Мастурбировать, думая обо мне?

Мои движения медленные, хотя я очень ее хочу.

– Нет, – выдыхает она и поводит бедрами.

– Грязная маленькая лгунья.

Одной рукой касаюсь центра ее бутона, не отрывая губ от клитора. Голова ее откидывается назад, и я вижу, как она готова развалиться на части, но продолжаю круговые движения, отстраняясь, лишь чтобы что-то сказать.

– Ты хороша на вкус. Идеальна, черт возьми.

И возвращаюсь к своему занятию, не дожидаясь ответа. Замечаю, что она задыхается и стонет. По моей спине бегут искры удовольствия, словно адский огонь совсем рядом, ощущаю знакомую тяжесть в мошонке, член твердеет до боли, угрожая освобождением от одних лишь звуков.