Чтение онлайн

Цепи на столбах раскрутились и принялись сковывать меня. Воин отнёс руку назад, чтобы совершить подлый удар мне в спину, но было слишком поздно: копьё упало метров в десяти от Анны, которая с неподдельным ужасом уставилась на него.

Каково было моё удивление, когда взрыва не последовало.

Я почувствовал, как острое жало пронзает мой бок. Лезвие клинка вышло из живота, однозначно пронзив нечто важное. В голове всплыли две мысли: прошло шестьдесят секунд, и почему он не пронзил второе сердце, чтобы окончательно лишить меня силы…

Песок осыпался, и теперь обзор стал идеальным.

— Кто станет пытаться взорвать артефакт?! Даже на секунду поверила! — она истерически рассмеялась. — По всей видимости, дружбы между нами не возникнет!

Почему не взорвался… Я точно почувствовал, что от посоха пошли ужасные вибрации, которые ощущались кожей. Изголовье вспыхнуло фиолетовой звездой, ослепив меня. Когда она потухло, начало тлеть, воин за моей спиной резко вытащил клинок и прицелился в сердце. Я уже ощущал нависшую тень смерти.

Вместо спасительного взрыва треклятая палка впустую расходовала влитую в неё энергию.

Теперь мне оставалось либо разорвать цепи, используя львиную долю оставшихся сил, либо принять смерть. В первом случае умрёт старик, во втором — мы уйдём вместе.

Меня пожирало властное желание убить: «Ну зачем возился, что-то выдумывал?» — вторило желание.

«Давай попросту сожжём ведьму?! Ты ведь тоже хочешь увидеть её страдания!»

А самое ужасное, что я действительно хотел. Больше нет времени для сомнений, я должен вернуться домой.

Я воспламенил предплечья и расплавил сдерживающие кандалы. Потом ударил ладонью по воздуху и откинул пепельного воина. Мои нетвёрдые, ковыляющие шаги начали переходить в бег, потому что я тратил остатки живого пламени, оставленного на воскрешение учителя.

Тело наливалось неукротимой энергией, полученные повреждения исчезли, я возрождался, как Феникс.

Почему-то меня больше не волновала плотность песка. Почему-то бежать стало так легко, как никогда прежде. Почему-то зловещие мысли об убийстве больше не угнетали, а окрыляли.

Я невероятно быстро достиг двоих воинов со щитами и разметал их воздухом. На меня напала копия Анны, но я решительным взмахом отсёк ей руки и откинул ударом ботинка в грудь — она была слишком слаба, лишь картонный макет.

Вторая копия прыгнула на меня сверху, я насадил её на меч и двумя руками откинул в сторону. Более не обращая внимания на происходящее, продолжил погоню.

И вот: пульсирующее копьё оказалось в шаговой доступности. Я схватил его, вытянул из песка, прицелился, будто это было не артефакт, а охотничье оружие.

Анна почувствовала угрозу, мгновенно развернулась, возводя одну пепельную стену за другой. Ещё разок собрав волю в кулак, выстрелил: остатки энергии внутри посоха собрались в навершие и бесшумно полетели в цель.

Одна стена разлетелась на осколки, другая, третья. Анна прикрылась рукой… Страшная огненная сфера попала в неё и взорвалась. Волшебницу откинуло на небольшое расстояние. Невзрачную одежду пожирало пламя.

Аня, истошно вопя, отчаянно пытаясь потушить себя.

Почувствовал, как что-то внутри меня сжалось.

Я шагнул вперёд, сжимая клинок, который теперь казался слишком тяжёлым. Я видел, как она скрючилась, всё ещё пытаясь затушить пламя, но её силы иссякали.

Несколько секунд, и она крутилась, как обожжённая угольная кукла.

Мои пальцы начали дрожать. Теперь меня пожирала жалость или совесть. Всё говорило о том, что мне не стоит тушить её. Просто дай ей сгореть, не будь идиотом. Но её крики становились такими душераздирающими, что я поддался им, и пламя невольно потухло.

Я застыл неподалёку от неё. Через гул в ушах слышал хриплые стоны и несколько повторяющихся слов: «Добей меня», «Пожалуйста, добей».

Нерешительным, заплетающимся шагом подошёл к ней, чтобы увидеть содеянное. Большая часть кожи сгорела и прилипла к песку. Правую руку оторвало по локоть — теперь там болтались рваные ошмётки. Лицо было изуродовано до неузнаваемости. Лишь уцелевший глаз умоляюще смотрел в мои окрашенные смятением глаза.

Режущая тоска прошлась тупым ножом по сердцу. Я задыхался от приторно-сладкой вони горелой человеческой плоти. Это был самый страшный запах во всех мирах. Самый ужасающий и несмываемый смрад.

— Леон… ничего не понимаю… Зачем убиваешь меня? — заикаясь, прохрапела она.

Её взгляд изменился. Я испытал такое отчаяние, которое невозможно описать ни одним существующим словом.

Она специально вернула ту обыкновенную девушку, чтобы ещё сильнее ранить меня.

Слабость пригвоздила мои колени к земле.

Я склонился над ней, роняя слезы на угольное лицо. А потом взревел: «Ты даже сдохнуть по-человечески не можешь!»

Внезапно почувствовал несколько колющих ударов в печень. Фатальной ошибкой стало отвести взгляд от неё. Пока я отчаянно вопил, нити, тоньше волоса, прошивали остатки одежды на мне, после чего потянули умирающую Анну к моему торсу. Она создала тонкий нож и несколько раз ударила меня, а потом ещё несколько раз… Я слышал её карающий смех:

— Ха-ха-ха… Умри со мной.

Я схватил её липкую шею и с звериной жёсткостью сжимал, пока её рука не ослабела, а последний вздох не покинул её уста. Теперь она мертва. Всё закончено.

Обнимая обгоревший труп, я завалился на спину. Мой безжизненный взгляд был направлен на палящее солнце, отчего глаза сильно слезились. А может, солнце здесь ни при чём.

Первое убийство не принесло радости. Всё, что я чувствовал раньше, казалось лишь шуткой.

Горе закончилось, а с ним и моя новая жизнь, от таких ран не оправляются.

Я закрыл глаза, созерцая алые вспышки. Где-то между ними мелькала картина, которую никогда уже не напишут. Картина, где Мария с ребёнком ждёт меня дома. Она — то немногое хорошее, что осталось со мной за всю странную жизнь.

— Ну-ка, хватит сопли пускать. Мой сын не может так просто умереть! — послышался холодный голос отца, который вновь разжёг во мне внутреннюю войну.

Теперь солнце скрывалось за зловещей тенью Арахнида. В одной сухой руке он держал старика, а во второй — чёрную шкатулку, откуда звучал этот раздражающий голос.