Чтение онлайн

Раз в месяц приезжали торговцы из относительно большого города, чтобы выкупить древесину, кое-какие продукты, например, тот же самогон.

Короче, никакого обучения пока что не увидел.

Сейчас я шёл в гости к бабе Варе. Её настоящее имя Вариана. Язык ломать не хотелось, поэтому наделил вполне русским именем. Кстати, эта та самая боевая старушка, которая пронзила меня вилами.

С кем не бывает, не правда ли?

Я обошёл её домик. На заднем дворе баба Варя бегала за курицей. Потом схватила её жилистой рукой, пригвоздила шею к пню.

Бах! Я вздрогнул. Для меня подобное зрелище было чем-то из ряда вон выходящим.

— О, Леонид! Милый, а я тебе пирожков напекла, — улыбнувшись, добродушно произнесла она. Только вот напрочь безголовая птица сопротивлялась…

Конечно, подобное нельзя сравнить с нашествием нечисти и последующей резнёй.

Я вымученно улыбнулся фирменной улыбкой и присел на корягу за стол, где расположилось лукошко с пышущими ароматным паром пирожками. Взял пирожок с вишней и зажмурился от удовольствия — горячий, сладкий, с лёгкой кислинкой.

Прелесть, не иначе.

После принудительного отказа от химиотерапии и лечения старика во мне проснулась волчий голод.

— Кушай-кушай, мой маленький. Я сделаю из тебя человека! Вон уже и волосы появились, и мясо на косточках, — она взъерошила мои короткие чёрные волосы, не свойственные здешним людям. — Неверное у Машеньки нашей тоже кушаешь за обе щёки, да?

— Нет же… — не успел договорить, мне заткнули рот очередным пирожком.

— Девка хорошая, ей мужик нужен. Ты бы зря времени не терял. Если мужчина не объявляет права на женщину, тогда это сделает кто-нибудь другой, — уверенно и упорно наставляла она.

И тут внезапно раздался гулкий звук мотора. Волшебник подъезжал к развалинам бывшего дома. Я тут же вскочил и побежал навстречу. Треклятый дед должен научить мня хоть чему-нибудь! Все попытки самостоятельно повторить испепеляющий фокус не увенчались успехом.

— Куда ты, милый? А рагу из курочки? Дрова ещё наколоть нужно и воды принести, — кинула она мне в след.

— Бабушка, я вечером заскачу! Наверное…

— Эх… ладно, ступай, — отмахнулась, направившись ощипывать курицу.

Я галопом добежал к деду, который, надев недовольное лицо мертвеца, лениво раздавал вещи сельским девчатам. Старый ездил в большой город. Девушки напихали ему денег, чтобы тот купил платья, парфюмерию да бижутерию.

В эту пору миром правит весна. Многие хотят найти себе пару. А ещё от деда несло брагой и едкими сладкими духами, перемешанными с табаком.

— Старик, когда начнётся учёба? — в нетерпении спросил я.

Никогда не думал, что так отчаянно буду жаждать знаний.

— Ступай за мной, — направился домой.

Перескочив порог, тут же увидел, что Мария находится на кухне и в большой мыске месит тесто. Брат помогал ей по дому, полоскал нижнее бельё: пулей вылетал во двор, становился на скамейку и развешивал семейные трусы, которые надувались, точно паруса.

— Привет Леонид, думала будешь у бабушки до позднего часу гостить, — она опустилась за очередной порцией муки, что стояла на полу, и я невольно увидел чуть больше, чем было положено видеть.

Мария приметила это, и прикрыла бюст рукой.

— Прости… — почесал затылок.

— Ничего, — смущённо добавила она.

— Долго будешь заигрывать? Моё время дорого стоит! — властно сказал старик.

Я залетел в комнату, где на небольшом столе были разложены пузырьки с какой-то красочной жидкостью.

— Возьми любой и выпей. Потом сними рубашку, присядь на табуретку! — он вынул из сумки чернила и красивое золотое перо.

Взялся за бутылку, большим пальцем ликвидировал пробку, после залпом осушил. На удивление вкусная штука оказалась, похожая на сок с большим количеством спирта.

Меня немного разморило. Я мигом присел на табуретку и расфокусированным зрением пялился на безразличную стену.

— Почему только сейчас?

— Потому что мог не пережить посвящение раньше времени. Теоретическая часть не имеет значение, если обладатель пламени умрет в процессе полного пробуждения.

— Теперь не рыпайся! Если хоть на миллиметр ошибусь, ты умрёшь самой страшной смертью! — грубо, безразлично приказал старик.

Я судорожно глотнул воздуха, захирел и малость окаменел…

— Что? — неожиданно дал петуха.

— То!

Через робкий вздох я почувствовал, как кончик пёрышка прикасался к коже на спине. Старик, подобно опытному каллиографу, выводил линию за линией. Я не мог точно сказать, что получиться по итогу… Но он выводил рисунок во всю спину, причем сложный и витиеватый. С множеством символов в различных местах композиции.

— Единственное, чему должен следовать Лекарь — это сохранению своей жизни и внутреннего пламени. Оставаясь в живых, ты сможешь спасти сотни жизни, а может быть тысячи! Никогда не лезь на рожон. Но и не отпускай руки, когда положение критическое.

— Что до огня внутри, то у всего есть цена. Если израсходуешь слишком много силы за раз, в ход пойдёт твоя собственная жизнь. Поэтому всегда оставляй треть для себя!

— Береги свой посох или меч, как зеницу ока! Без них атаковать противника не выйдет. По крайней мере обычному целителю…

Хотел было открыть рот, но мне моментально его заткнули.

— И ещё одно!

«Да сколько можно!» — безмолвно запротестовал я.

— Лекарь — это не меценат! Нам необходимо закупать ингредиенты, оборудование и иметь банальные деньги на жизнь. Запомни это хорошенько! — строго проговорил он, а потом приложил обжигающую ладонь между лопаток.

Думал, будет больно. Однако нет. Чувство теплоты разливалось по венам, словно вхожу в тихую летнюю реку. Меня даже начало клонить в сон. Но вместе со спокойствием приходило чувство неведомой силы. Не как в первый раз, размеренно и постепенно, словно пробку не выдернули, а только слегка приоткрыли.

— Хм-м-м, — протяжно хмыкнул он, закусывая белоснежными зубами папиросу. — На удивление хорошо. Каждый третий на твоём месте помирает. Что ж, считай повезло!

Я глянул на него таким взглядом, как ни на кого и никогда не глядел… Нет, ну точно выходец из кружка престарелых садистов. Учитель, блин! Да ему на меня плевать с высокой колокольни. Впрочем, как и на всё остальное.

— Да несказанно! Сухарь ты бесчувственный! — невольно озвучил мысли и горько улыбнулся.

Дед поднял руку, чтобы дать мне подзатыльник, я зажмурился, но он перед самым темечком остановился.