Чтение онлайн

— Есть ли смысл играть не всеми фигурами?

Зелень струилась вниз, проскальзывала между плотными камнями Диамана, стягивая их неподвижностью. Фейрадхаан не почувствовала касания, но плотнее свернула щиты — вопрос слишком близко подошел к ее собственным мыслям.

— Смысл играть есть всегда, но не каждую партию можно выиграть. Кому-то достаточно преимущества, — призрачная дымка на долю такта окрасилась золотистым, но оно тут же потонуло в общем мареве. Отыскать противника, осознающего всю прелесть долгих комбинаций, череды маленьких преимуществ и поражений перед окончательным триумфом… непросто. Дейм слишком часто не доставало терпения.

— Но не тебе, — зелень дразняще взвилась вокруг, застывая серебром и рассыпаясь костяной взвесью. Ей отзывалась сила — та, что наполняла сейчас все ее существо, даруя недоступное ранее осознание цельности. Достаточно ли этого, чтобы шагнуть дальше? За ход после обретенного преимущества? — Ты знаешь, как выиграть ту партию?

Перед глазами мерцали золотые и серебряные клетки. Огромная доска, на которой место нашлось всего семнадцати простым фигуркам и двум игрокам. Все, что осталось от невероятно старого набора, так странно отдающегося в пальцах безучастной пустотой. Захват всего поля подразумевал захват девятнадцати точек. Выигрышной оставалась только одна комбинация.

— Шо’ян, — подчинить все семнадцать фигурок одному цвету и расставить их так, чтобы у противника не осталось иного выбора, кроме как занять выбранную для него клетку. Абсолютное превосходство, но… — Никто не выигрывал в ло’дас, выставив шо’ян.

Ощущение зелени растворилось. Фейрадхаан стерла его из своего сознания, вымарывая весь мир, кроме быстрой смены цветов на доске. Неосмотрительно выдвинувшаяся вперед фигурка Возносящегося Дракона попала под двойной удар Колесницы и Рыцаря-с-мечом. На другой линии застыли в безмолвном противоборстве Пронзенный Дракон и Всадник-со-знаменем.

— Я буду первой, — на мысленной доске золотая фигурка Крадущей застыла четко между двумя линиями.

Раз, два, три, четыре, пять… Маленькие камушки падали в бездонный провал и возвращались обратно в ладонь. Раз за разом, бесконечное множество кругов, пока Исилар Альяд выжидал, прислушиваясь к малейшим изменениям окружающего пространства. Вот далеко на западе поехал вниз большой пласт реальности, раскалывая обманчиво застывшую неподвижность, и тут же пролом наполнился колкой вьюгой и серебряными льдинками, формирующимися в гротескные силуэты. Пространство пошло рябью и застыло намертво до звенящего хруста серого пепла. Совсем рядом пахнуло льдом, и быстрые каверны устремились вперед, взгрызаясь в наспех стянутый камень. Исилар подкинул камешек на ладони, и он растворился, осыпаясь вниз легчайшей пылью. Чи или Диаман? Три камешка с отчетливым стуком упали на мерзлую землю, когда узкая тропа под сапогами соткалась в острую кромку стрелы. Альяд не к лицу следовать проторенными тропами.

Месяц Зарам, 529 г.п. Коадая, Диаман

Тень поднялась штормовой волной, растеклась, вызванивая и прислушиваясь к каждому уголку, и отступила, собираясь чернильными каплями в широкий плащ Шиогайна Трайд. Поверхность под ногами вздыбилась, раскалываясь гранитной крошкой, и тут же сошлась, наспех стянутая серо-зелеными швами. Шиогайн отступил, скрываясь в густой тени, и вынырнул несколькими уровнями выше. Он не рассчитывал застать Диаман сражающимся, но внизу волнообразно расходились глубокие каверны, жадно поглощающие укрепления и башни, которые тут же вырывались из них, застывая ускользнувшим мгновением, и проваливались снова, расходясь зыбкой пылью и рябью. Без силы Элехе оборона Диамана прогибалась.

По самой границе восприятия скользнула азартная искра чужой силы. Шиогайн тут же обернулся, во все стороны расплескивая тяжелые жгуты теней, и устремился вниз — к твердым поверхностям и переплетению камней и переходов. Сражения в воздухе — не для мастеров тени. Гребень стены разрезал узкий провал, в который Шиогайн мгновенно направил соткавшееся из теней копье. Длинный наконечник еще не успел полностью скрыться в нем, когда Шиогайн крутанул рукоять, блокируя удар широкого короткого клинка. Поворот. Он отклонился назад, пропуская второй клинок над собой. Лезвие застыло в ладони от края серебряной маски. Внизу между осколками камней его тень самым краешком задела другую. Достаточно для любого, кто имел право зваться Трайд. Чужая сила хлынула в него, как поток в распахнутую каверну. Шиогайн чувствовал сопротивление чужого Источника, крутящиеся нити, судорожно пытавшиеся ускользнуть из его хватки в привычную и надежную пустоту, но со всех сторон лишь поднималась глухая мощь Трайд. Шиогайн сжал кулак, ощущая, как вместе с ним сжимаются потоки, разрывая в клочья чужую оболочку, пропитываясь насквозь остро-желанной силой. Два такта — и он шагнул вперед, выдергивая копье из схлопнувшейся каверны. За спиной рассыпалось прахом от удара о камни тело еще недавно полное кровью Глассиар.

Давящая мощь теней развернулась плащом, накрывая все вокруг, высвечивая и выворачивая наизнанку ярко-живое пространство, заполняя ловушками раскрывшиеся каверны, заставляя их создателей выбирать… более очевидные пути. Шиогайн не планировал сражаться за Диаман, но… была ли цель приоритетней? Его разум раскрылся, устремляясь вдаль по гулко натянутой серебряной нити. Приказ о’хаэ должен быть исполнен, но стоит ли он прорыва границы?

Месяц Зарам, 529 г.п. Коадая, гарнизон Чи

Высокая башня Чи зашаталась, пошла рябью и брызнула во все стороны осколками, осыпаясь невесомой пылью к носкам сапог. Коадай хлестнул наотмашь, рассекая лезвием короткой косы подобравшегося слишком близко ледяного призрака. Хорошо, что он своими глазами решил взглянуть на то, что происходит у Элехе. Прорыв у Чи оказался слишком быстрым и мощным, а Леконт — слишком занятыми происходящим у восточной границы. Трещали серо-зеленые скрепы, сдерживающие гарнизон. Коадай не пытался удерживать их или создавать заново: он прокладывал звенящую кровавой сталью дорогу к ясно ощутимому источнику искажения. Нет смысла рубить руки, если можно вырвать сердце.

Стены гарнизона расползались и рушились вокруг, но никто не пытался приблизиться: все рискнувшие уже украсили собой распустившийся за спиной Коадая веер кровавых лезвий, обратились звеньями стремительно удлиняющейся цепи. Близко. Рассыпающаяся осколками колкая метель разом придвинулась, заполняя пространство вокруг, беззвучно направляя и искажая каждый шаг. Так просто? Коадай улыбнулся и направил жадно взвывшую цепь вперед, туда, где слишком явственно ощущал живой пульс крови. Сердца ледяных призраков не бились, и его лезвия не желали ни грана того, что было ими. Кровая взвесь закружилась спиралями и острыми лентами, рассекая все, мешающее сделать еще один шаг. Коадай дернул цепь на себя, притягивая ближе пойманную ею добычу.

Звон донесся издалека. Раздвоил восприятие, позволяя видеть холодную призрачную пустоту, пронзенную метелью, и растекающийся холод тени, мир, выцветающий под голодной поступью Трайд. Диаман едва держал оборону. Коадай прочувствовал это через обозначенные тенью пустоты, редкие искры, к которым так жадно тянулась тень. Движение цепи замедлилось на долгий такт. Граница должна устоять. Остальное — вторично. В ладонь скользнуло идеально чистое лезвие косы. Коадай резко оборвал связь, снова распыляя вокруг поисковые звенья. Никому не удавалось ускользнуть из его хватки больше одного раза.

Тень всколыхнулась, ловя далекие осколки чужой ярости и жажды крови. Шиогайн не шевельнулся, только шире распахнул восприятие, втягивая в теневую волну все до единого камни крепости, заполняя каверны, поднимая вверх теневые двойники башен и стен. Они стояли здесь достаточно долго, чтобы тени запомнили. В этой или иной реальности — Диаман устоит.

Месяц Зарам, 529 г.п. Коадая, Денхерим

Попались. Исилар Альяд отдалился, приглушая связи с Источниками Рагальд и Глассиар. У Коадая осталась только одна Длань и никакой возможности отсидеться за стенами Айз’к Со при атаке по двум направлениям. Конечно, он мог выбрать Диаман, но… Не после того, что сотворил с Денхерим. Впрочем, обратная вероятность все равно оставалась.