Чтение онлайн

— Уверен. У него идеальный мотив, устранить «дарителя», чтобы тот не побежал в суды. И лошади. Всё крутится вокруг конюшен, моя дорогая. Я чувствую это!

— Мы излазили их вдоль и поперёк, там ничего не указывает на Баженова. Даже следов культа нет! Выглядит опасно, Владимир Тарасович. Мне кажется, мы столкнулись с чем-то новым. Чем-то угрожающим! Вдруг Изнанка развивается? Один из конюхов говорил, что обратившиеся последние дни вели себя странно.

— И это удивительным образом совпало с появлением Баженова.

— Возможно, вы правы, — нахмурилась девушка. — Но мы ничего не нашли, связывающего его с обратившимися.

— Не ищи чёрную кошку в тёмной комнате. Просто плохо искали. Должна быть зацепка. Хоть что-нибудь. Но у нас есть теперь хотя бы время смерти. Надо будет узнать, имеется ли у Баженова алиби на это время.

— Мне кажется, Владимир Тарасович, что не там ищем, — сказала Саша. — Здесь очень сложная политическая ситуация! Покойный Фурсов считался человеком графа Игнатьева. Что, если дарение действительно оказалось причиной его убийства, но только виновник — его сиятельство? Я бы передала это уголовному комиссариату, мы не тем занимаемся. Здесь нет связей со Скверной!

Шибанов посмотрел на рыженькую ещё внимательнее. Возможно, ей придётся исчезнуть. Слишком много думает. Слишком близка к истине. Опасно близка.

— Вероятно, мы так и поступим, Александра Витальевна, — сухо проговорил он. — Давайте, вы не будете думать за меня, хорошо?

— Простите, Владимир Тарасович, — потупилась Саша.

Ему было жаль губить такую красоту, но язык у девчонки слишком длинный. Он смотрел на помощницу и в голове вызревал новый план.

— Вот что, девочка моя, полагаю, тебе нужно самой поговорить с этим Баженовым. Вдруг я и правда, что-то упустил. Да и не задалось у нас общение. Ты у нас девочка красивая, язык ему быстро развяжешь.

Глаза Александры загорелись:

— Спасибо, Владимир Тарасович.

— Пожалуйста. Главное не дави. Он ещё не обвиняемый, пусть расслабится. Очаруй его, — улыбнулся ей Шибанов. Девчонка должна встретиться с Баженовым. И Баженов должен оказаться последним человеком, который её видел. План без очевидного успеха, но чем больше подозрений крутится вокруг парня, тем проще будет реализовать хотя бы одно. — Главное, держи меня в курсе о каждом своём шаге!

Какая же трудная у него работа.

Комиссар тяжело вздохнул.

В сумеречном лесу нас было только четверо. Мои верные телохранители, да витязь, которому пришлось рассказать о планах. Я слушал лес, сидя боком на квадроцикле. Скоро станет совсем темно, а, значит, нам пора выдвигаться. Рация на поясе молчала, получается, моя основная группа ещё не готова.

Старая лесозаготовка была от нас в пятнадцати минутах ходьбы по лесу. Не самое лучшее место для встречи двух благородных людей, но идеальное для кровавой бойни, которую хотелось бы скрыть от чужих глаз.

— Вы ещё не передумали, ваша доблесть? — спросил я у молчаливого витязя.

— Пусть это и не входит в мои должностные обязанности, но если есть шанс прищучить этого сукиного сына, простите, ваше благородие, то я обязан это сделать! — смиренно прогудел Снегов. — И при всём при этом не могу не отметить ваш авантюрный дух. Вы не умрёте своей смертью.

— Поживём — увидим, — улыбнулся я. И тут рация ожила:

— Волк в логове!

— Принял, — ответил я Вепрю. Посмотрел на спутников:

— Выдвигаемся.

Отряд Вольных был моей ударной силой в будущем противостоянии. Вепрь и двадцать его одарённых расположились в болоте, в километре от лесозаготовки. В царстве комаров и лягушек ниже шанс натолкнуться на чей-нибудь любопытствующий взор.

Как только они получат наш сигнал, то Кащей организует портал и выбросит лесной спецназ к месту встречи, к северу от него. Этим утром я вместе с хрономантом Вепря обсудил план в деталях, наблюдая за Ткачом Реальности. Тот был угрюм, хмур и непрестанно морщился. Затея ему не очень нравилась, это точно, однако отказаться он не мог.

— За точность не ручаюсь. Может быть, погрешность, — буркнул Кащей в конце. Не очень уверенно. Однако Вепрь, стоявший рядом, горячо сказал:

— Не волнуйтесь, ваше благородие. Кащей, как обычно, себя недооценивает.

— Очень много энергии потребует расстояние. Нормальную привязку без маяка не сделать, а маяка нет! Будет нестабильно.

— За энергию не волнуйся, старик, всё сделаем! Все усилители, что на складе нашей общины есть — всё возьмём! — лидер охотников пребывал во взволнованном состоянии. У него тоже были свои претензии к Игнатьеву. Да, впрочем, у кого их здесь, на фронтире, не нашлось бы? Просто раньше их старались не выказывать, так как управу на влиятельного графа сыскать не могли.

Ситуация изменилась.

С помощью линз из воздуха я повысил чувствительность к свету, безошибочно направляясь к нашей цели. Справа пыхнул перстень Турбина, и тот активировал свои. Витязю и Капелюшу пришлось топать за нами, стараясь уберечь глаза от ночных веток. Телохранителей тоже увешали усилителями да оберегами с головы до пят. У меня самого защитных амулетов было выше десяти, если не считать двух мешочков с чистейшей землёй для аспекта. Это уже из гарнизонных запасов.

Мы вчетвером должны были выстоять, пока не явятся охотники. Даже если Володин изначально соврал, и его люди встретят нас шквальным огнём — какое-то время мы всё равно протянем. Ну и, если что, у меня был план Б.

Лесозаготовку мы увидели и услышали издалека. Сначала раздался гул генератора, а потом среди тьмы проступило несколько фонарей, расставленных на заброшенной площадке для лесовозов. В центре освещённого пятна в длинном кожаном плаще стоял низенький седовласый мужчина. Рядом с ним заложил пальцы за ремень уже знакомый мне Стриж. Третьей встречающей была женщина очень строгого вида и с лицом натуральной стервы. За спиной воительницы виднелась дуга спортивного арбалета. В лесу скрывалось четыре одарённых: двое к югу от площадки, и мимо них мы прошли, сделав вид, что не заметили, и двое к северу. Плюс я насчитал почти десяток обычных стрелков, скрывающихся среди брёвен.

Когда мы перешагнули круг света — Борис Стриж наклонился к седовласому и что-то шепнул ему. Володин, а это совершенно точно был он, натянуто улыбнулся.

— Господин Баженов! — проговорил аристократ дребезжащим голосом. — Рад, что вы пошли ко мне навстречу. Постараюсь не осрамиться. Приношу тысячи извинений за такую обстановку…

Он сокрушённо развёл руками:

— Иначе было никак. Я Василий Петрович Володин. Очень рад возможности вас лицезреть.

Мы пожали друг другу руки, глядя глаза в глаза.