Золотая лента
Шрифт:
– Да уже больше двадцати, - хмыкнув, ответил Наруто.
– Такс, - мужчина подтащил поближе стул и присел.
– А вот теперь давай все с самого начала.
Наруто начал рассказывать. Мужчина периодически его прерывал, что-то переспрашивая или уточняя. Арата хмурился, задумчиво тер подбородок.
– Значит, в твоем мире Водоворот полностью уничтожен?!
– Да. Деревня Водоворота стерта с лица земли. Я был слишком мал тогда, я не знаю, что там произошло. Взрослые нам не рассказывали.
– Надо с советом посовещаться, - задумчиво произнес ирьенин, делая шаг к выходу.
– Не надо, - хрипло отозвался Наруто.
– Почему?
– мужчина вернулся и склонив голову на бок, приготовился с интересом выслушать чужое мнение.
– Тут своя история. Иные судьбы. Не все повторяется. Представьте, каково было бы кому-то узнать, что весь его клан уничтожен! Или одному хорошему и преданному селению воину узнать, что он вырезал всю свою семью, весь клан, всех до единого, кроме младшего брата, чтобы стать нункенином. Какими бы мы не были крутыми шиноби, это не то, что будет легко переварить.
– А почему тогда ты так легко к этому отнесся?
– А мне изначально было нечего терять в том мире. У меня ведь так до сих пор и нет девушки.
– И что? Никого никогда не любил?!
– недоверчиво хмыкнул Арата.
– Да нет. Я любил свою напарницу по команде, но после того что она сделала, я больше не могу доверять женщинам.
– И что же она сделала?
– заинтересовался красноволосый.
Блондин прикрыл глаза, чтобы скрыть лукавые искры в глазах. Ему нужно любым способом задержать шиноби и отговорить его рассказывать правду о нем остальному клану. Ни к чему им это знание.
– Она призналась, что любит меня по приказу Хокаге.
– Разумно. Ты ведь главное оружие Конохи был. В том случае был резон тебя удержать любым способом.
– Идти на все?
– На все, - немного неуверенно кивнул мужчина.
– Я за ней еще с первых классов академии бегал, а она любила моего лучшего друга. Я признавался ей в любви несчетное количество раз, приглашал на свидания. Все было без толку. Сакура всегда мне отказывала. Оскорбляла, била, но я продолжал ее боготворить. А она все время вздыхала по Саске, нашему сокоманднику и моему лучшему другу. А когда я уже смирился, что сердце моей возлюбленной девушки занято навсегда, мне сделали такую подачку. И я ведь до этого Сакуру боготворил! А тут...
– лицо мальчишки скривилось от отвращения.
– Мне не нужны жалкие подачки и эта жалость. Это было слишком подло! Вот от нее-то я такого не ожидал. Это хуже, чем предательство. Да и врать она никогда не умела. Как будто кость собаке бросили.
В блеклых голубых глазах отразилась такая боль, что сразу стало понятно, что парень очень сильно переживал это предательство, да и сейчас еще переживает. Отчего-то казалось, что глаза блондина должны быть яркого насыщенного цвета, которые сразу запоминаются, если увидеть их в толпе.
– Считаешь, что шиноби могут жить нормальной жизнью?!
– Верю, что шиноби - это не просто машины для убийства. Они заслуживают жить нормально и испытывать нормальные человеческие эмоции.
– И как тебе удавалось с таким восприятием мира выживать?
– Да вот как-то жил. Да я даже Четвертую мировую войну шиноби выиграл. Значит, оно чего-то да стоило!
– хитро прищурился мальчишка.
– Не сам правда.
– Наруто-Наруто!
– ласково пожурил пожилой шиноби.
– А зачем меня спеленали? Разве это так необходимо?!
– как можно невиннее поинтересовался мальчик.
– Если бы ты видел шрам на своем животе, ты бы понял, что это действительно необходимо.
– А освободить меня слабо?
– хитро прищурился Наруто.
– Ты уж прости, - мягко ответил мужчина, - но тебя спеленали не потому, что мы тебя боимся или опасаемся, что ты сбежишь. Мы еще не полностью стабилизировали темную чакру Кьюби в твоем теле. Так что это для твоего же блага. Предлагаю компромисс, ты мне рассказываешь всю твою историю, про всю свою жизнь до сего момента, без утаивания. А я, в ответ, отвечаю на все твои вопросы. На абсолютно ВСЕ вопросы, - уточнил мужчина, видя, как брови мальчика недоверчиво сошлись к переносице.
Наруто прислушался к себе. В теле все еще ощущалась слабость. Да и этот человек, вроде как, его родная кровь. Хм, почему бы не довериться. К тому же, посоветоваться со взрослым и опытным шиноби тоже бы не помешало. А вдруг, он знает что-то про эту технику "золотая лента" или хотя бы тех, кто может ее применять?!
– Что же, слушайте. Начну с самого начала. Родился я в Конохе. В день, когда на Коноху напал Девятихвостый демон лис...
***
Минато метался по своему кабинету и заламывал руки. Сначала несчастье с младшим сыном, теперь еще и жена в беде. Темная чакра Кьюби вырвалась на волю. Подчиненные старались даже мимо кабинета не ходить, так как Намикадзе был страшен в гневе. АНБУ охраны все тяжелее было оставаться незамеченными и выглядеть всего лишь предметом интерьера, скрывая собственную чакру. Аура Минато давила на опытных воинов, заставляя напрягать все тело в ожидании неминуемой атаки. Инстинкты, выработанные годами, делали свое черное дело. Не зря Йондайме опасались во всех странах. Он был как раз под стать Кровавой Хабанеро, когда та в ярости. Однако, сейчас мужчина был больше похож на раненого и разъяренного льва.
– Черт бы побрал тебя, Хирузен!
– в сердцах воскликнул блондин, ударив кулаком по стене.
Фотография названного Хокаге, с траурной лентой в углу, рухнула со стены.
– Какого черта я согласился с вашими доводами?! Из-за того, что ты, Сарутоби-сенсей, - ядовито процедил блондин, - с Данзо поставили новую печать на джинчурики - жизнь Кушины теперь под угрозой. Хорошо хоть, что клан Узумаки стоит горой за своих и жену забрали в убежище под охрану клана, а не отправили в подземные казематы, как планировали старейшины. Черт!
Минато винил во всем себя, что он никчемный отец и плохой муж. Да еще и не к месту Хьюги и Учихи разбушевались. На каждом собрании кланов они давили на правителя Конохи все сильнее, заставляя принять требование большинства. Однако, Намикадзе еще держался. Он слишком ценил и любил свое селение, чтобы отдавать его на растерзание этим шакалам, которые даже со своими собственными кланами договориться не могут. Единственной отрадой во всем этом было то, что клан Узумаки горой стоял за Кушину и прикрывал спину Хокаге. Их надежные барьеры закрывали Конохогуре-но-Сато, запечатывающие техники были неоспоримым подспорьем в жизни шиноби, да и никто не решался пойти против "алых дьяволят". Уж слишком могущественные силы они держали в своих руках, хотя и на это всегда находились недовольные. Хотя Учихам не нравилось такое положение дел, ведь почти всю власть внутри селения держали в руках Узумаки, которые просочились в Коноху, как тараканы, после того, как Кушину сделали следующим носителем Девятихвостого демона Кьюби. Ни один другой клан не мог похвастаться такой сплоченностью. К тому же, ветвь Узумаки направленная на развитие военного ремесла, осталась в Водовороте, так что прижившимся чужакам нечего было инкриминировать. А к их услугам прибегали абсолютно все.