Чтение онлайн

Мужчина нахмурился. Довести информацию до собственного сына казалось невозможным.

– Сейчас я пойду проведаю Наруто-куна. Если он выберет для тебя наказание, тебе придется его пройти, - жестко произнес Казекаге.

– Я согласен, - сухо и безэмоционально ответил Гаара.

Мужчина удовлетворенно кивнул и вышел.

***

Узумаки с тоской смотрел в окно, когда в палату кто-то зашел. Он уже достаточно оклемался, чтобы не спать сутками напролет, но даже подняться с кровати не позволяла нереальная слабость. Словно с техникой замещения, все силы навсегда покинули его тело. Это было отвратительно. А слабость и не думала проходить. Пока что подвигом для блондина было совершить три шага в сторону ванной комнаты. А вот, чтобы вернуться обратно... В общем, в ванную комнату Наруто шел, а вот обратно полз, в прямом смысле этого слова. Или падал. Как-то иначе назвать эти телодвижения, язык не поворачивался.

Кто-то зашел в палату. Блондин не спешил поворачиваться к зашедшему, не хотелось снова общаться с врачами, которые замордовали его каверзными вопросами о его самочувствии и повышенной гиперопеке.

– Наруто-кун, - раздался властный голос.

Узумаки вздрогнул и резко обернулся. В его палате стоял сам Казекаге и внимательно сканировал его жестким взглядом.

– Да?
– к этому человеку блондин имел двоякое отношение. С одной стороны, он вызывал в нем некий трепет, а с другой - лютую ненависть. Оба чувства были сильными, но совершенно противоположными, что полностью сбивало с толку.

– Я пришел поговорить с тобой о недавнем печальном инциденте.

Наруто нахмурился.

Казекаге, видя, что лицо мальчика приняло суровое выражение, решил сменить тактику и вести разговор немного проще. Все-таки, перед ним слабый ребенок, напомнил он себе, так что и пояснять ему сложные вещи тоже нужно максимально доступным способом для девятилетнего паренька.

– Мне очень жаль, что с тобой произошло это несчастье. Мы примем меры, чтобы подобного впредь не повторилось. Если ты хочешь, то наш джинчурики понесет любое выбранное тобой наказание.

– У меня нет претензий, - жестко ответил Узумаки.

– Что?

– У меня. Нет. Претензий. И. Жалоб, - жестко процедил Наруто, сквозь зубы, смотря прямо в глаза правителя.

Йошинори сначала показалось, что мальчик просто напуган и боится, что монстр вернется, чтобы закончить начатое дело.

– Джинчурики ничего тебе не сделает. Я об этом позабочусь. Так что не бойся!

– Да кто это еще тут боится?!
– не выдержав, закричал Наруто.
– Я, в отличии от вас, все еще не считаю, что Гаару надо изолировать от общества.

Собаку-но пораженно застыл на месте. Этот парнишка действительно не испытывал страха перед джинчурики Шукаку.

– Гаара ни в чем не виноват!
– продолжал настаивать на своем Наруто, готовый грудью стать на защиту друга. "Если нужна вторая рука для спасения Гаары, берите!" - так и говорило выражение его лица.
– Это моя вина, что я оказался в том месте и в то время. Гаара ни в чем не виноват.

Упрямо повторил ребенок.

– Ты уверен?
– недоверчиво переспросил Казекаге.

– Уверен. Гаара ни в чем не виноват. В произошедшем есть только моя вина. Инцидент исчерпан.

– Наруто-кун, подумай еще раз. Ты уверен?

– Я могу думать сколько угодно, - зло сверкая глазами, решительно говорил блондин, смотря прямо в глаза правителя.
– но мое мнение не поменяется. Гаара ни в чем не виноват. Я не думаю, что из-за этого стоило бы предпринимать хоть какие-то меры. Это лишнее. Инцидент исчерпан. Никто серьезно не пострадал.

– Значит, серьезно никто не пострадал?!
– с усмешкой переспросил мужчина.

– Совершенно верно!
– решительно кивнул Узумаки, жестко поджимая губы.
– Все целы. Все довольны. Вопрос закрыт?

Чем больше Йошинори общался с этим мальцом, тем больше он ему нравился. Такой своевольный, дерзкий, но при этом невероятно решительный и жесткий. И если бы не слабое тело и детский возраст, Собаку-но бы сказал, что перед ним полностью сформировавшая личность взрослого, умудренного воина. Это было странно. Мужчина ничего не мог поделать с собственным ребячеством, все время хотелось поддеть блондина, чтобы он снова потерял терпение и сбросил маску, открывая, что на самом деле думает. Хотя Узумаки и так не особо скрывал свои истинные мысли и намерения. Этот малец всерьез интересовал Казекаге. Хотелось вырастить из него хорошего воина для Суны. Как жаль, что тот уже принадлежит другому государству.

***

Наруто проснулся и резко сел, пытаясь понять, что же его разбудило. Повернув голову влево, он увидел, что рядом с его кроватью стоит младший Собаку-но и ревет в три ручья. Блондин слегка обалдел, впервые увидев своего хмурого товарища в таком состоянии, и не на шутку разволновался. Узумаки включил ночник и обеспокоенно подскочил к другу, стал его осматривать и ощупывать. Гипс и повязки сильно мешали, да и сонный мозг с трудом обрабатывал информацию.

– Гаара, у тебя что-то болит?
– встревоженно поинтересовался блондин.

Джинчурики Шукаку отрицательно потряс головой и разревелся сильнее.

– Тебе кошмар приснился? Ты чего-то испугался?
– продолжал допытываться Наруто, убедившись, что на теле подростка ран нет.
– Тебя кто-то обидел?

Гаара ревел навзрыд, громко подвывая, и все никак не мог успокоиться. Узумаки растерянно на него поглядывал, не зная, что предпринять. Почесав затылок, блондин чуть ли не силком затащил ребенка на свою кровать и прижал к груди подрагивающее тельце. Собаку-но всхлипывал, комкал в руках больничную пижаму Наруто и силился что-то сказать, однако новая порция рыданий сводила на нет все его усилия. Тело мальчишки содрогалось крупной дрожью, словно он очень сильно замерз. Узумаки растерянно смотрел на рыжую макушку и успокаивающе поглаживал по спине. Пока Гаара не скажет ему из-за чего он так испуган, невозможно будет его успокоить. Либо что-либо предпринять.

Через какое-то время джинчурики Шукаку затих, немного посопел, а потом решительно отодвинулся в сторону и сел на краешке кровати, пряча взгляд.

– Гаара!
– позвал Наруто.
– Что случилось? Расскажи мне.

Щеки мальчишки залились румянцем и рыжий постарался отвернуться, чтобы скрыть это.

– Я...
– мальчик лихорадочно комкал край футболки и выглядел ужасно сконфуженным.

– Гаара, - ласково произносил Наруто, стараясь не спугнуть хрупкое доверие.
– Говори. Я все пойму!

– Я тебя чуть не убил!
– через громкие всхлипы, с трудом произнес мальчик.
– Я тебя... а ты... мой... един...ственный... друг... а я... чуть... убил.... Я монстр. Убийца!
– с каким-то надломом выкрикнул джинчурики.

Слова давались Собаку-но очень тяжело. Судорожные частые вздохи следовали за каждым словом, словно рыжий был астматиком. Опухший нос был полон соплей и затруднял дыхание. Гаара никогда в жизни столько не плакал. Да он вообще не позволял себе слез, после того, как поставил на лбу иероглиф "любовь". А тут просто психика не выдержала.