Чтение онлайн

Наверно, Мансур стоял бы так еще очень долго, разглядывая и ощупывая свою находку, все сильнее впечатляясь ею, если бы не отчаянные крики Баубека, доносившиеся снаружи. Он ходил где-то рядом по берегу, судя по звукам, на том месте, откуда недавно Мансур заметил орла. Мансур закричал в ответ. Он принялся искать способ, как вылезти из ямы, или хотя бы высунуть голову. Попытался сперва воспользоваться лодкой и по ней вылезти из ямы, но спохватившись, решил не наступать на неё, она показалась ему хрупкой: еще продавишь, сомнешь, или вовсе сломаешь ее корпус. Мальчик оглянулся и, подняв большой кусок от сломанной доски, прислонил к кирпичной кладке. Он полез по ней из ямы. И как только его голова выглянула наружу, вдохнул свежего воздуха и крикнул:

– Баубе-е-ек! Я зде-е-есь!

Услышав голос друга, Баубек тут же ринулся ему на помощь. В считанные секунды он преодолел тот же путь, по которому Мансур бежал недавно к орлу, и теперь стоял на краю ямы, опершись руками в колени. Он смотрел на него сверху, выпучив свои серо-зелёные глаза, и никак не мог отдышаться. Щеки мальчика то ли от бега, то ли от переживаний за друга стали красными словно два огромных помидора.

Наконец-то Баубек отдышался. Его лицо заметно просияло и на нем появилась широкая улыбка. Он радовался за друга: ведь тот был жив и здоров. Опустившись на колени, протянул руку. Мансур взялся за неё и подумал, что Баубек – пухлый, рыхловатый, он даже здоровался мягким рукопожатием и от этого казался слабым и мягкотелым – мгновенно преобразился. Мансур ощутил в руке своего друга недюжинную силу. И эта сила вызвала уважение и еще большее доверие. Пока Баубек усердно вытягивал его, к Мансуру пришло понимание: оказывается, его друг обладает настоящим мужским характером. Ведь он, если даже и растерялся, все же продолжал поиски.

– Мансуржан, я так сильно испугался за тебя, – принялся обнимать его Баубек, когда тот оказался на земле. – Прости, но я уже подумал, что ты упал в воду, и тебя унесло течением.

– Со мной все хорошо. Ты лучше посмотри, что там внизу. – Мансур указал на дно ямы. Баубек наклонился:

– Мансур, это что, лодка что ли? – удивленным голосом проговорил Баубек, и его серо-зеленые глаза сделались большими. – Она, что ли, золотая?

– Да, похоже на то, – ответил Мансур и добавил:

– По крайней мере, она сделана из металла, похожего на золото. Я проверял.

Баубек замолчал. Мансур посмотрел на него. Тот стоял, все также, опершись в колени руками, и переводил свой удивленный взгляд от него к лодке и снова к нему. Пауза затягивалась. Мансур, решив вернуть друга в реальность, что-то быстро обмозговал и воскликнул:

– Слушай, Баубек. Я сейчас снова спущусь в яму, подниму носовую часть. Вот так, смотри!

И Мансур ловко показал другу, что и как надо будет сделать. Он сперва развернулся к нему спиной, затем присел и, сделал вид, словно поднял с земли носилки. После, он развернулся к Баубеку и, держа руки над головой, проговорил:

– Подниму её над головой и подам её тебе. Понял?

Он опустил руки и добавил:

– Тебе надо будет схватиться за неё и начать тянуть на себя. Но сперва нам надо расчистить проход от песка и досок.

Баубек снова удивленно посмотрел на друга, но не пытался возразить ему. Довольный тем, что с Мансуром все в порядке, он покорно подчинился его командам. Удивление сошло с его лица: оно вновь засияло счастьем и радостью. Его улыбка растянулась почти что до ушей. Мальчик напевал себе под нос какую-то веселую мелодию и добродушно посмеивался над начальственными стараниями друга. По велению Мансура, Баубек перешел на противоположную сторону ямы и встал у ее края. Мансур был серьезен и старался не обращать внимания на хихиканья Баубека. Он взялся за конец одной из досок и, призывая друга к вниманию, принялся аккуратно поднимать ее. Плотный холм песка, лежавший на досках, зашевелился и стал ссыпаться вниз, гулко ударившись о панцирный корпус золотой лодки. С лица Баубека тут же сошла улыбка. Перестав паясничать, он принялся помогать. Мальчик ухватился за доску с другого конца, не давая песку полностью осыпаться вниз. Ребята вместе подняли её и откинули в сторону. Прогнившая доска шумно шлепнулась оземь и поломалась надвое. Редкая степная растительность слетела с нее вместе с песком. Чуть погодя за первой доской последовала вторая, а за ней третья и остальные.

Мальчики работали недолго. Дружно и слаженно они расчистили проем от всех досок и наваленного на них песка.

Перед ними теперь полностью открылось подземное помещение, обнажив свету все свое содержимое. Солнце постепенно клонилось к закату, но лучи все еще освещали внутренность тайника. Ребята посмотрели вниз и ахнули. Хотя лодка была вся в пыли и грязи, перед ними она открылась в полном великолепии. Длина ее составляла не менее пяти метров, а в ширину около полутора или даже двух метров. Лучи солнца, скользившие по ее корпусу, переходя от одной пластины к другой, играли на ней яркими желтыми бликами. Мальчики стояли у края ямы и понимали: лодка явно была золотой. И если это так, то этого золота было очень много.

Баубек зачаровался увиденным. Он хотел спрыгнуть вниз и поближе разглядеть их находку, пощупать её. Но Мансур остановил его и сказал:

– Одному из нас надо остаться наверху.

Он глянул еще раз на Баубека, чтобы тот не обижался, и спрыгнул вниз, оказавшись снова между кирпичной кладкой и бортом лодки.

– Вроде не из жести и не из досок, – шутливо проговорил Мансур, обращаясь к Баубеку, и, легонько похлопав лодку по корпусу, приподнял её за борт.

– Видишь, металл у нее какой-то странный. Уж очень легкая она почему-то.

Мансур опустил золотую лодку и подошел к ее передней части. Он ухватился за нос судна обеими руками и, подняв его над головой, принялся передавать лодку Баубеку, стоявшему у края ямы. И сперва все шло как надо: лодка под углом легла бортами на край ямы, Баубек перехватил ее носовую часть и Мансур, выбравшись из-под неё, подобрался к корме и со всей силы принялся выталкивать её на поверхность. Хотя лодка и была легкой, ее габариты все же доставляли ему немало хлопот. Ему пришлось основательно потрудиться: сразу поднять и вытолкать наружу не получилось. Носовая часть лодки высунулась из ямы и Баубек вдруг выпустил лодку из рук, заметил что-то на ней.

– А это что ещё такое? – проговорил он, обратив внимание на какую-то фигуру на носу лодки.

Передняя часть лодки поднялась еще выше. Баубек стал подпрыгивать на месте, пытаясь ухватиться за ее нос, а заодно разглядеть что это могло быть на ней. Мансур, не зная, что там происходит, не сдавался и упорно продолжал толкать лодку снизу. Пару рывков – и передняя часть её начала перевешиваться вперед. Нос золотой лодки стремительно наклонялся прямо на голову Баубека. Еще немного, и сокрушительный удар был бы неизбежен. Мансур почувствовал, как задняя часть лодки устремилась вверх, он, продолжая удерживать ее в руках, практически повиснув на ней, – успел крикнуть другу, чтобы тот был осторожен. Он испугался: удар по голове металлическим носом этой золотой дуры мог бы быть опасным для друга. И случись что с Баубеком, он не простил бы себе этого. Надо было самому остаться наверху, а Баубеку идти вниз!

Но вот лодка благополучно и с грохотом опустилась на землю. Широкий корпус дернулся пару раз, словно громадное животное в конвульсии, и сбросил с себя остатки песка с пылью, посыпавшихся на голову Мансура. Сквозь густую пелену до него долетели крики Баубека. Он был в порядке. Мансур облегченно вздохнул и, стряхнув с головы песок, принялся выбираться из ямы. Баубек уже возился с лодкой, пытался перевернуть, хотел уложить ее килем вниз и получше рассмотреть, что же там было у неё на носу.

Приближались сумерки. Солнце торопливо уходило в закат. Несколько ярких лучей капризно цеплялись за шлифованные края панцирных пластин золотой лодки. Казалось, что они не наигрались вдоволь за целый день и теперь выражали свое недовольство, скользя по её корпусу ярко-жёлтыми бликами.

Мансур помог Баубеку. Вдвоем они перевернули судно и уложили днищем на землю. Перейдя к передней части золотой лодки, они уставились на её нос. Пятиконечная звезда красовалась, будто влитая в корпус судна.

– Это военная лодка что ли? – удивленно проговорил Баубек.

– Скорее всего, – ответил Мансур. – Видишь, на ней красноармейская звезда. Ты же знаешь: во время войны заводы и фабрики эвакуировали в глубокий тыл. Наверное, наши изготовили ее здесь в те годы, но она не пригодилась и ее спрятали, а потом и вовсе о ней забыли.