Чтение онлайн

– У нас есть сливки, - сказал Ади, когда Жан спрятал свои ботинки под стол.

– Нет, - ответил Жан и не забыл добавить: - Спасибо.

– Ешьте, - сказал он, опускаясь на стул.
– Ешьте, пейте и веселитесь.

Несмотря на его бодрые слова, завтрак оказался неприятным занятием. Новости, слышимые сверху, не смогли пробить брешь в тяжелой тишине, воцарившейся на кухне.

Реманн закончил завтрак первым и быстро убрал со стола тарелки.

– Я сообщу Джереми, что ты проснулся, - сказал он, глядя через комнату на Жана.
– От твоего дома до моего примерно двадцать минут езды, так что чувствуй себя как дома. Я буду на заднем дворе, если понадоблюсь.

– Твоя шляпа висит в прачечной, - крикнул Ади, когда Реманн вышел. Жан перевел взгляд с двери на Ади и обратно, отказываясь допускать такие невероятные мысли, но не в силах полностью от них отказаться. Ади допил свой кофе, прежде чем снова сесть и посмотреть на Жана.
– Не принимай его отношение близко к сердцу. Я знаю, что он очень беспокоится о тебе; у него просто сложилось впечатление, что ты не чувствуешь себя с ним в безопасности, поэтому он не хочет путаться под ногами.

Жан промолчал, но в этом и не было необходимости. Ади увидел на лице Жана последний ответ, который хотел услышать, и выражение его лица стало серьезным.

– О, но он ведь не лгал, не так ли? Он бы никогда, ни за что не причинил тебе боль. Мне нужно знать, что ты это знаешь.

Но он мог бы, подумал Жан, вспомнив, с какой легкостью Реманн сбил Зейна с ног прошлой ночью. Сразу за этим последовали еще более странные воспоминания: пронизывающая до костей усталость Реманна каждый раз, когда Жан отводил от него взгляд или пытался извиниться за то, что он был похож на Ворона, взволнованно сжатый свисток, когда Жан раскаивался, и осторожные руки на его плечах, как будто он боялся, что Жан может сломаться от неделикатного прикосновения. Жан с трудом сдерживался, чтобы не выдать обескураживающую правду:

– Я знаю, - сказал он, избегая испытующего взгляда Ади.

– Ты уверен?
– Спросил Ади, и Жан заставил себя кивнуть. Ади подождал, не последует ли чего-нибудь еще, а затем указал на пустую тарелку Жана.
– Вкусно, да? Я попросил Бабу научить меня, прежде чем уйти из дома. Трудное утро требует приятной еды.

– Да, - сказал Жан. Он никогда не считал говядину блюдом на завтрак, но оно было достаточно вкусным. Он добавил запоздалое: - Спасибо.

– Экскурсия по дому?
– Спросил Ади, пока собирал посуду. Прежде чем Жан успел ответить, у Ади зазвонил пейджер. Ади проверил номер и присвистнул сквозь зубы.
– Если я буду работать, то испорчу этот момент - похоже, мне нужно сделать пару звонков. Пожалуйста, чувствуй себя как дома. Кофе еще осталось много, а ванная, если понадобится, прямо наверху. Так хорошо? Хорошо. Прости, прости.
– Он поплыл прочь, уже роясь в карманах в поисках телефона.

Жан посидел в одиночестве еще несколько минут, но, наконец, взял свою обувь и отправился на неспешную экскурсию. Весь дом Лайлы, вероятно, уместился бы на первом этаже, еще бы место осталось. Он был уютно обставлен, с широкими арочными дверными проемами, которые позволяли каждой комнате дышать. Телевизор в гостиной был в полтора раза больше, чем у Кэт, но его внимание привлекли книжные полки. На многих полках не было книг, вместо них стояли фотографии в рамках. Жан заметил Лисински на нескольких из них, и это, должно быть, была семья Реманна: трое мужчин, стоявших с ним плечом к плечу, были слишком похожи на него, чтобы не быть братьями и сестрами или двоюродными сестрами.

Больше половины фотографий были только с Ади и Реманном. Жан дольше всего задержался на фотографии двух мужчин на лодке в море. Здесь они были заметно моложе, а в волосах Реманна не было заметно седины. Ади с нескрываемой гордостью держал в руках крошечную рыбку, а Реманн смеялся рядом с ним. Фотография была обрезана на уровне талии, но Жан была уверена, что из-под развевающегося подола расстегнутой рубашки Ади был виден большой палец. Возможно, Реманн держался за перила, которые были просто вне поля зрения, но…

Звук шагов по деревянному полу заставил его поспешно вернуть фото на место, но тот, кто двигался, к нему не приближался. Вдалеке хлопнула дверь, и в доме снова воцарилась тишина, и Жан отошел от полок, снедаемый множеством вопросов.

Первый кабинет, мимо которого он прошел, должен был принадлежать Реманну, учитывая, что там от стены до стены висели статьи об экси и фотографии команды. Жан знал, что лучше не вторгаться на чужую территорию, но продолжал идти вперед, сначала мимо закрытой двери, из-за которой доносился голос Ади, а затем мимо прачечной с отдельным шкафом и раковиной.

В конце концов, он оказался у черного хода. Дверь была приоткрыта, только сетчатая перегородка оставалась закрытой, и он выглянул во двор, который был в три раза больше, чем узкий двор Лайлы. Реманн стоял на коленях на грядке и осторожно очищал морковь от грязи. Видеть его в таком состоянии было странно; Жан по глупости полагал, что Реманн не существовал за пределами экси. Это была нелепая мысль, учитывая, что он провел часть весны взаперти с Ваймаком, но Жан, честно говоря, не мог представить, что у тренеров может быть личная жизнь.

– Протянешь руку помощи?
– Спросил Реманн, надвигая на глаза поля широкополой шляпы.

Жан был пойман. Он сунул ноги в ботинки, вышел из дома и направился по каменной дорожке к Реманну. Реманн несколькими осторожными движениями показал ему, как очищать морковь от грязи, и он оставил Жана заканчивать грядку, а сам пошел проверять следующий ряд овощей. Жан по одному складывал свои трофеи в наполовину заполненное ведро, которое оставил ему Реманн. То, что ему было чем заняться, помогло ему успокоиться. Это была определенная задача с ожидаемыми результатами, и, хотя она не была простой, это помогло восстановить иерархию между ними.

Реманн вернулся с несколькими огурцами, но снова не спешил уходить. Он с минуту изучал Жана, пока тот работал, и, наконец, сказал:

– Скажи, чем я могу тебе помочь.
– Жан медленно повернулся, но не ответил на его взгляд. Реманн дал ему всего несколько секунд на то, чтобы придумать ответ, прежде чем продолжить: - Я знаю, что тебе со мной неуютно, и я знаю, что ты не доверяешь настолько, чтобы довериться мне, но мне нужно знать, что ты в безопасности. Мне нужно знать, что с тобой все в порядке. Понимаешь?

– Я в порядке, тренер.

– Жан.
– В его голосе было больше сожаления, чем раздражения.
– Я ничего не могу сделать?

Жан подумал о том, что Реманн оттягивал интервью так долго, как только мог, и закрыл ворота Университета Южной Калифорнии, когда пресса последовала за Троянцами на занятия. Он подумал о том, как Реманн сам промывал кровавые укусы Грейсона и как осторожно прикладывал лед к ушибленным ребрам Жана прошлой ночью. Он убрал Жана с глаз долой, прежде чем Троянцы смогли его заметить, зная, что контроль Жана над собой пошатнулся, и привел его сюда, чтобы он мог прийти в себя вдали от их удушающей заботы.