Чтение онлайн

– Да, масса. Не сердитесь же за это.

– Ну, так слушай же. Если ты подвинешься по этой ветви сколько можно далее и не уронишь жука, я подарю тебе серебряный доллар, когда ты сойдешь вниз.

– Двигаюсь, двигаюсь, масса Вилль – сказал тотчас же негр; – вот я почти уже на самом конце.

– На самом конце? – повторил Легран. – Ты говоришь, что ты на конце ветви?

– Сейчас, масса. О… о… ох!… Боже мой!… Что ж это там такое на суку?

– Ну что ж? – закричал Легран в восторге, – что там такое?

– Там только мертвая голова. Кто-то оставил здесь на дереве свою голову, и птицы расклевали все мясо.

– Мертвая голова, говоришь ты? Превосходно! А как она держится на суку?

– Постойте, масса я сейчас посмотрю. О! о! Удивительно странно! Большой гвоздь вколочен в голову и в сук.

– Отлично! Теперь, Юпитер, ты сделаешь точно то, что я тебе скажу. Хорошо ли тебе меня слышно?

– Да, масса.

– Ну, так слушай со вниманием. Отыщи левый глаз мертвой головы.

– Ох! Ах! вот странно. Я совсем не вижу левого глаза.

– Дурак! – Разве ты не умеешь отличить правой руки от левой?

– Конечно, умею: левая рука та, которою я рублю дрова.

– Ну, разумеется, потому что ты левша. Теперь, кажется, ты можешь найти левый глаз мертвой головы, или, по крайней мере, место, где был левый глаз. Нашел?

Несколько времени продолжалось молчание. Наконец, негр спросил:

– Левый глаз у мертвой головы с той же стороны, с которой у ней левая рука? Да у мертвой головы совсем нет рук. Все равно! Я сыскал левый глаз! Что теперь делать?

– Пропусти жука в отверстие левого глаза и спусти его во всю длину нитки; но не выпускай ее из рук.

– Сделано, масса Вилль. Нетрудно пропустить жука в дыру. Смотрите, вот он.

Юпитера не было видно во все продолжение разговора; но спущенный им жук блистал, как золото, от последних лучей заходящего солнца. Насекомое совершенно вышло из листьев, и если б его кинуть, то оно упало б к нашим ногам. Легран тотчас взял косу и скосил траву, сделав круг фута четыре в диаметре, прямо под жуком. Потом, приказал Юпитеру кинуть нитку и слезть с дерева.

Он воткнул в землю палку на самом том месте, где упал жук; потом, вынув из кармана тесьму, размеренную на футы; одним концом прикрепил ее к дереву, и, развернув ее до воткнутой палки, он продолжал развивать ее все по прямой линий, в направлении, уже определенном этими двумя точками, деревом и палкой, до тех пор, пока не прошел 50 футов. Конец этой линии был замечен новою палкою, вокруг которой, тоже фута на четыре в диаметре, был очерчен круг. Наконец, Легран взял лопатку и пригласил нас копать яму на этом самом пространстве.

Я никогда не имел охоты к подобному занятию, и, в настоящее время, с удовольствием бы отказался от него, потому что уже наступила ночь, и я был очень утомлен; но никаким образом нельзя было избавиться от этой трудной работы, а прямым отказом я боялся раздражить моего бедного друга. Если б я мог, по крайней мере, надеяться на содействие Юпитера, то попытался бы силою отвесть домой этого несчастного; но я хорошо знал старого негра, а потому не мог ожидать от него помощи против его господина. Я не сомневался более, что Леграном обладал суеверный предрассудок, общий многим жителям южной Америки, предрассудок насчет скрытых сокровищ, в котором еще более утвердило его открытие жука и уверение Юпитера, что он золотой. Ум, уже больной, легко мог уступить обстоятельствам подобного рода, тем более что они совпадали с его главною мыслью. Я вспомнил, что Легран сам говорил мне, указывая на жука: «Вот кто должен поправить мое состояние». Словом, я был смущен, однако ж решился делать все, что заставит необходимость, т. е. работать лопатой, как Легран и Юпитер, чтоб, наконец, убедить мечтателя собственными глазами его в ошибочности его предположений.

Фонари были зажжены, и мы принялись за работу с большим усердием, достойным более умного дела. Отблески света играли на нас и наших лопатах, освещая живописную группу; если б случай привел в это уединенное место какого-нибудь путешественника, то, думаю, наше занятие показалось бы ему подозрительным.

Два часа работали мы беспрерывно, почти не говоря ни слова. Но нас очень беспокоил лай собаки, которая, казалось, принимала живое участие в нашем деле. Наконец, она стала лаять так громко, что мы боялись, или, лучше сказать Легран боялся, чтоб этот лай не привлек какого-нибудь заблудившегося разбойника; что касается до меня, то я был бы рад всему, что только доставило бы мне средство отвести Леграна домой. Наконец, Юпитер решился усмирить нашего беспокойного товарища: он выскочил из ямы, завязал ему морду одною из своих помочей и с самодовольствием принялся за работу.

Проработав два часа, мы достигли глубины пяти футов, не встретив ни малейшего признака сокровища. Тогда наступил общий отдых, и я надеялся, что шутка уже кончилась. Однако Легран, по-видимому, смущенный, задумчиво обтер лице и снова принялся за работу. Яма имела уже в диаметре четыре фута; мы несколько расширили кругом и выкопали еще фута на два. Но тщетно; там ничего не было. Наш искатель клада, о котором я искренно сожалел, решился, наконец, с глубоким отчаянием, выражавшимся во всех чертах его лица, выйти из ямы, и начал медленно и с заметным неудовольствием надевать сюртук, который перед этим он откинул в сторону, чтоб свободнее было работать. Я воздержался от всяких замечаний. Юпитер, по знаку своего господина, начал собирать лопаты. Развязав собаку, мы, в глубоком молчании, пошли к острову.

Не прошли мы и десяти шагов, как вдруг Легран подошел прямо к Юпитеру и схватил его за воротник. Удивленный негр растворил, сколько было возможно, глаза и рот, и, уронив лопаты и фонари, упал на колени.

– Негодяй! – сказал Легран, сжав с досады зубы; – отвечай, говорят тебе! отвечай сейчас же: где у тебя левый глаз?

– Помилуйте, масса Вилль; разумеется, вот здесь левый глаз, – отвечал испуганный негр, прикладывая руку к правому глазу. – Он продолжал держать руку около глаза, как бы боясь, что господин его против этого именно глаза имеет враждебные намерения.

– Я так и думал! Я это знал! Ура! – кричал Легран, и, выпустив Юпитера, он начал делать разного рода прыжки и скачки, к немалому удивлению своего служителя, который, встав на ноги, обращал, не говоря ни слова, свои бессмысленные глаза от своего господина ко мне и от меня к своему господину.

– Юпитер! – сказал он, когда мы подошли к дереву. – Как прибита к суку мертвая голова: лицом вверх, или вниз?"

– Лицом вверх, масса; так что птицы свободно могли клевать глаза.

– Хорошо! Теперь скажи: через этот глаз или через этот ты опустил жука. – И он дотронулся сперва до одного, потом до другого глаза Юпитера.

– Через этот, масса, через левый, как вы мне велели. – Говоря это, негр продолжал указывать на свой правый глаз.

– Хорошо! Надо начать снова.

После этих слов, мой друг, (в сумасшествии которого я заметил теперь некоторый порядок), выдернул палку с того места, куда упал жук, и переставил ее на три дюйма на запад: потом он потянул тесьму от дерева к этой палке и далее на 50 футов; здесь он остановился, довольно далеко от ямы, которую мы вырыли. Около этого места мы обвели круг больше прежнего и начали копать.