Чтение онлайн

– В этом-то и состоит вся тайна. Впрочем, разрешить этот вопрос было, сравнительно, легче. Вот как рассуждал я: когда я рисовал жука, мертвой головы не было видно на пергаменте. Кончив рисунок, я отдал его вам, и не терял вас из виду во все время, пока вы его держали. Мертвую голову нарисовали не вы, а кроме вас, никого не было, кто бы мог нарисовать ее. Стало быть, она никем не была нарисована, а, между тем она была на пергаменте.

Я старался вспомнить все малейшие обстоятельства, случившиеся при появлении мертвой головы на пергаменте. В этот вечер было очень холодно, и в камине был разведен большой огонь. Я согрелся и сидел у стола; но вы подвинули свой стул к камину. В то время как я подал вам рисунок и вы хотели рассмотреть его, вошла моя собака и прыгнула на вас. Вы ласкали ее левою рукой, тогда как правая, в которой вы держали пергамент, упала к вам на колени и, следовательно, очень близко к огню; я думал даже, что пергамент загорится, и хотел сказать вам это; но не успел, потому что вы в ту же минуту подняли руку и стали рассматривать рисунок. Сообразив все эти обстоятельства, я не сомневался, что мертвая голова появилась на пергаменте вследствие жара. Вы знаете, что теперь известны и всегда были известны химические способы писать на бумаге или на пергаменте так, что не видать букв до тех пор, пока они не будут подвергнуты действию жара. Так кобальтовая окись, сперва растворенная в селитряной кислоте, с прибавкою поташной щелочной соли, потом, распущенная в воде, дает жидкость пурпурового цвета, который становится невидим, когда остынет и снова появляется, когда подогреется.

Тогда я стал рассматривать мертвую голову с особенным вниманием. Та часть, которая ближе к краю, была гораздо явственнее остальной. Очевидно, действие жара было неровное. Я тотчас развел огонь и каждую часть пергамента подверг действию сильного жара. Сначала только определеннее обозначились слабые черты мертвой головы. Однако, продолжая опыт, я увидел на угле пергамента, диагонально противоположном тому углу, где была мертвая голова, какую-то фигуру, которую я сперва принял за изображение козы, но, рассмотрев ближе, увидел, что это козленок.

– А! а! – сказал я, смеясь; – конечно, я не имею права насмехаться над вами, потому что полтора миллиона долларов не могут служить предметом насмешек; но, вероятно, вы не присоедините еще третьего звена к своей цепи: вы не скажете, что существует какое-нибудь отношение между вашими морскими разбойниками и козой.

– Но ведь я вам уже сказал, что это была не коза.

– Коза или козленок, – разница не велика.

– Разница не велика, но все-таки есть разница. Вы, может быть, слыхали про капитана Кидда [4] . Мне сейчас же пришло в голову, что изображение этого животного есть его иероглифическая подпись. Я говорю – подпись, потому что место, которое она занимала на пергаменте, оправдывало эту мысль. Что же касается до мертвой головы в противоположном углу, то она, вероятно, заменяла печать. Что меня запутывало, так это отсутствие главной части – слов.

– Вы, конечно, ожидали найти письмо между печатью и подписью.

– Письмо или что-нибудь подобное. Дело в том, что во мне было предчувствие какого-то необыкновенного счастья. Почему? – это трудно сказать. Может быть, тут было более желания, чем надежды. Глупое замечание Юпитера, что жук весь золотой, поразило мое воображение. И, кроме того, было что-то необыкновенное во всем стечении обстоятельств. Заметьте, – все это случилось именно в тот день года, когда было так холодно, что надо было развести огонь; заметьте, что без этого огня или даже без случайного появления собаки в то время, как вы были около огня с пергаментом в руке, я никогда бы и не подозревал о существовании мертвой головы и, следовательно, никогда бы не отыскал сокровища.

– Продолжайте, – сказал я ему вы удивительно как возбудили мое любопытство.

– Вам, вероятно, известно какое-нибудь предание, которых множество ходит в народе, о сокровище, зарытом где-то на берегу Атлантического океана Киддом и его сообщниками. Эти искаженные рассказы должны были иметь какое-нибудь основание; но сокровище еще никем не было открыто. Если б Кидд спрятал его на время и потом взял опять, то эти рассказы не дошли бы до нас; по крайней мере, не дошли бы в настоящем их виде: заметьте, что все рассказы относятся к искателям клада, а не к нашедшим его. Если б Кидд взял свои деньги, то дело тем бы и кончилось, и не было бы больше рассказов. Мне показалось вероятным, что какое-нибудь обстоятельство, – например потеря указаний на место, где скрыто было сокровище, – не допустило Кидда найти его. Это обстоятельство было, вероятно, известно и его сообщникам, которые, полагаясь на случай, делали безуспешные розыски и дали повод к тем рассказам, которые теперь так распространились. В самом деле, слышали ли вы когда-нибудь, что на берегу найдено какое-нибудь сокровище?

– Никогда.

– Между тем, достоверно известно, что Кидд собрал огромные богатства. Я предполагал, что эти богатства сохранялись в земле; и может быть, вы удивитесь, когда я скажу, что я надеялся, даже был уверен, что пергамент указывает на место, где спрятано сокровище.

– Что ж вы, потом, сделали?

– Я опять поднес пергамент к огню, увеличив жар; но ничего не показалось. Я подумал тогда, что, может быть, грязь, покрывающая его, препятствует успеху моего опыта. Я бережно вымыл пергамент, облив его теплою водою; после того, положил его на жестяную сковородку, мертвой головой вниз, а эту сковородку поставил на жаровню с горячими угольями. Через несколько минут, когда жесть раскалилась, я снял пергамент и, к невыразимой радости, увидел, в некоторых местах, что-то написанное, как будто ряд цифр. Я положил пергамент на сковородку и оставил еще на минуту. Когда я его снял во второй раз, он был в таком состоянии, в каком вы его сейчас увидите.

Легран поднес пергамент к огню и подал его мне. На нем, между мертвою головою и козленком, были грубо написаны, чем-то похожим на красные чернила, следующие знаки:

– Но, сказал я, возвращая пергамент, – я недалеко подвинулся в моих догадках. Если б все сокровища Гольконды были назначены в награду за разрешение этой задачи, то я и тут бы должен был отказаться.

– А между тем, – заметил Легран, – разрешение не так трудно, как можно полагать с первого взгляда. Тотчас видно, что эти знаки имеют какой-нибудь смысл; но судя по тому, что известно об образовании Кидда, никак нельзя думать, чтобы он был способен к очень сложному таинственному письму. Поэтому для меня казалось очень простым то, что безграмотный моряк считал неразрешимым без помощи ключа.

– И вы разобрали это маранье?

– Очень легко. Прежде всего, надо было узнать, на каком языке оно написано. В другом случае, надо было бы перепробовать несколько языков, всегда держась теории вероятностей; но здесь подпись решила этот вопрос: другое значение слова «Кидд», кроме фамилии, существует только в английском языке. Если б этого знака (козленка) не было, то я бы начал с испанского и французского языков, потому что эти языки преимущественно были в употреблении у морских разбойников на морях Испанской Америки; – если б были особенные промежутки между знаками, то я заметил бы слова из одной буквы, и легко бы нашел их значение (напр. a – член неопределенный; I-я). Но промежутков не было, и я должен был прямо начать с составления таблицы; т. е. я сосчитал, сколько раз повторяется каждый знак, и составил следующую таблицу:

Чаще всех встречается в английском языке буква e. Прочие следуют в таком порядке:

a, o, i, d, h, n, r, s, t, u, y, c, f, g, l, m, w, b, k, p, q, x, z.

На этом можно уже основаться. Употребление таблицы, мною составленной, понятно. Так как цифра 8 встречается чаще, то ее можно принять за букву e. Это предположение подтверждается еще и тем, что е в Английском языке часто удвояется (напр. meet, fleet и пр.), и такое ее удвоение встречается, в самом деле, несколько раз на пергаменте. Далее, изо всех слов в английском языке чаще других встречается член the [5] . Надо рассмотреть, нет ли повторений трех знаков в одном и том же порядке, так чтоб третий знак был 8; тогда вероятно, что эти три знака будут the. Здесь семь соединений подобного рода, которые состоят из знаков; 48; следовательно: знак; означает t, 4 – h, 8-е. Теперь можно уже узнать начало и конец некоторых других слов. Возьмем, например, в последней строчке знаки;(88; 4, которые следуют за членом the. Здесь нам уже известны пять знаков. Если заменим их буквами, пропустив неизвестный знак, то получим

Заменяя неизвестный знак разными буквами, мы увидим, что нельзя составить слова, которое бы кончалось на th. Поэтому th принадлежит к другому слову; у нас остается.

Вставляя разные буквы, мы можем составить одно только слово tree (дерево). Перед ним член the. Пишем эти слова, а за ними следующие знаки:

Или, заменяя известные знаки буквами, а неизвестные – точками:

Очевидно, что здесь слово trough (через, сквозь). Мы нашли еще три буквы o, u и g. Таким образом, легко было найти остальные буквы. – Я прочту теперь, что было написано на пергаменте:

Хорошее стекло в епископском замке на дьявольском стуле 41 градус 13 минут северо-восток главный ствол седьмая ветка на восток опустить из левого глаза мертвой головы веревка от дерева чрез точку 50 футов дальше [6] .“