Чтение онлайн

– И решил ее шантажировать, – грустно вздохнула Лиля. – Знаете, мне было легко поверить, что он способен на шантаж. Но я никогда бы не подумала, что Олег такой… такой… – она проглотила слово «дурак» и закончила: – …неосторожный.

– Не такой уж неосторожный, – усмехнулся Бабкин, прекрасно понявший, что хотела сказать Лиля. – Во-первых, он подстраховался письмом у нотариуса и предупредил об этом Григорьеву. Во-вторых, почти не выходил из дома, опасаясь, что она все равно решит убить его. Когда я пришел в ваш дом, ваш супруг решил, что меня подослала Ольга Романовна. Олег даже следил за мной, а я ошибся и стал считать виноватым Григория Гейдмана, а все потому, что Чайка по ошибке схватил чужую обувь.

– А еще он встречался с ней, – невесело сказала Лиля. – Я подслушала отрывок их разговора, но меня тоже сбила с толку обувь: я подумала, что Олег шантажирует Клару Ивановну. У нее тоже была грязь на ботинках. Если бы я сообразила, что в ту ночь шел дождь, то поняла бы, что грязь ни о чем не говорит. Она всего лишь ходила по огороду, вот и все.

– Ну, положим, с Кларой Ивановной тоже не все так просто. Но об этом потом.

– А с ней-то что? – поразилась Лиля.

– В вашей истории у каждого участника из шкафа вываливаются скелеты, но сиделка в этом смысле отличилась, – иронически заметил Макар. – У нее вывалился практически полуживой труп. Серега, бывают полуживые трупы, как ты считаешь?

– Бывают. Я сам им был три дня назад. Да расскажем мы вам о вашей Кларе, расскажем, – успокоил Бабкин взволновавшуюся Лилю. – Вы бы и без нас все узнали. И, раз уж речь зашла о скелетах: признайтесь, вы сами нашли подземный ход? Или вам доктор подсказал?

Лиля покраснела.

– Сама нашла, – прошептала она. – Доктор ни при чем. Простите, что не сказала вам.

– Извиняться не за что, но вы сэкономили бы кучу нервов себе и другим, если бы объявили о своем открытии. Это был тот кусок, которого не хватало для полной картины. Когда доктор говорил, что старая крепость исчезла, он был не совсем прав: она никуда не исчезала. Надземные укрепления и в самом деле разрушились, но подземные-то остались!

– Я была уверена, что мой подземный ход – единственный!

– Уже нашли три, хотя они и завалены, – сказал сзади Илюшин. – И это всего за два дня. Надо отдать должное доктору, он поднял на уши всех, стоило ему сообразить, что земля под «Рассветом» изрыта норами. Вы бы хоть ему сообщили, порадовали бы старика.

– Я побоялась! – оправдывалась Лиля. – Леонид Сергеевич вел себя как-то странно!

– Не странно, а ревниво. Он книгу пишет о местных тайнах, вот и боится, что у него похитят его сенсации.

– Его сенсации? – возмутился Бабкин. – Да кому как не ему следовало сообразить, где собака зарыта! Эта история про горничную графини и влюбленного графа, которой он потчевал всех отдыхающих, должна была раскрыть ему глаза. Граф Вязников знал о подземном ходе и пользовался им! Очевидно, ход находился прямо под его кабинетом.

Лиля замахала руками:

– Подождите про графа! Вы меня запутали. Как его нашла Ольга Романовна?!

– Понятия не имеем, как она его нашла, – невозмутимо сказал Макар. – Наверное, случайно, как и вы. Ее коттедж стоит на том самом месте, где когда-то находилась усадьба, хотя Григорьева всячески пыталась скрыть этот факт. Когда ваш муж стал шантажировать ее тем, что расскажет Илье Григорьеву правду, она послушно выплачивала ему деньги, обдумывая, как избавиться от такой страшной угрозы. Не забывайте, Ольга Романовна очень любит мужа, искренне любит. Из-за этой любви она дважды пошла на преступление. У Олега не было никаких доказательств ее виновности, но она не могла позволить, чтобы у мужа зародилось даже подозрение! Илья Григорьев – принципиальный человек, который сам поступает правильно и требует того же от других. Он развелся бы с ней, расскажи ему Олег о том нагромождении вранья, которое построила Ольга, чтобы выйти замуж.

Илюшин приоткрыл окно, и в машину забрался сквозняк.

– Невероятная женщина, – почти с восхищением проговорил он. – Вы только представьте: она попала в тупиковую ситуацию. Платить ей не позволяло самолюбие и осознание, что она сидит на пороховой бочке. Убить Олега (самый простой и напрашивающийся вариант) заведующая не могла, потому что тогда ее муж узнал бы обо всем из письма. Наверняка Чайка заверил ее, что этих писем не одно и не два, чтобы исключить возможность перехвата. Ей нужно было избавиться от него, но так, чтобы самой остаться в неприкосновенности. Как, спрашивается? Как сделать так, чтобы муж не поверил ни одному его слову? И Григорьева придумала такой способ.

Учитель был болен, и в его племяннике она замечала отголоски той же болезни. Ей пришла в голову простая и гениальная мысль: повторить преступление двадцатилетней давности, представив все таким образом, чтобы обвинили Олега. Он идеальный преступник: во-первых, его дядя участвовал в похищениях и убийствах, а во-вторых, он психически нездоров. Последнее должно было выясниться на экспертизе. Шизофренику, да еще и убийце никто бы не поверил, о чем бы он ни вздумал рассказывать. Курехина создавала свой спектакль, в котором все играли отведенные им роли, и даже тебе, Серега, нашлось подходящее место. Думаю, Григорьева сначала обеспокоилась, узнав, что Черникова наняла сыщика, а потом обрадовалась: ты отлично вписывался в ее план.

Бабкин нахмурился, но промолчал, признавая правоту Илюшина.

– Она наметила три жертвы. Рисунок преступления полностью совпадал с тем, которое случилось в Вязниках: сперва – два исчезновения, затем – смерть. Подземный ход, который выходил в подвале вашего, Лиля, дома, делал всю ее затею не просто возможной, а довольно легко осуществимой. Ольга Романовна позаботилась о том, чтобы никто из вас не спускался в подвал: подпилила лестницу и в нужный момент выпустила крысу, укрывшись в тени. Обезопасив себя, она одурманила по очереди обеих девчонок и перенесла их по подземному ходу. Он просторный, в отличие от вашего.

– Зачем было переносить? – нахмурилась Лиля. – Разве не достаточно было разбросать по подвалу улики?

– Вы по-прежнему недооцениваете Ольгу Романовну. Она ко всему подходит очень ответственно: и к системе питания, и к развлечению гостей пансионата, и к убийству. Простите за натурализм, но обе девчонки ходили под себя, пока лежали без сознания, и следы их жизнедеятельности с точки зрения любого следователя привязывали их к подвалу куда лучше, чем корзина с яблоками или украшение. Григорьева позаботилась обо всем.

– Подождите, Макар… Вы сказали, что рисунок преступления повторяется. Но это значит, что Ольга Романовна должна была убить третью девочку, Матильду!

– Совершенно верно, – подтвердил Илюшин. – Именно так она и собиралась сделать. А знаете, кто ей помешал?

– Н-нет…

– Вы. Вы заставили Олега пойти на поиски пропавшей Матильды в тот день, когда она исчезла. Помните? Вы переживали за нее и обошли весь пансионат и лес вокруг. Вас видела целая куча свидетелей. Глупо было бы обвинять в убийстве человека, у которого железное алиби, а у Олега оно появилось благодаря вам.

– Евгения Черникова должна сказать вам спасибо, – буркнул Бабкин. – Если бы вы не отправились на поиски и не потащили с собой супруга, Матильда была бы мертва.

Девушка побледнела и сильнее закуталась в шаль.

– Но, поскольку вы смешали ей карты, – легкомысленно сказал Макар, – Григорьевой пришлось подбирать четвертую жертву, и она ее подобрала. На этот раз все должно было пройти без осечек. Она запланировала праздник и уговорила всех, включая Клару Ивановну, участвовать в нем. Только Олег должен был остаться в доме. Перед ней стояла непростая задача: заставить его спуститься в подвал в нужный момент, но и с этим она справилась блестяще. Собачий лай – это превосходно! Что делает нормальный человек, услышав, как в подвале лает небольшая собачка? Задается вопросом, откуда она тут взялась. Олег заметил свет от свечей, но не сообразил, что это такое, и безбоязненно полез вниз. Его должны были найти рядом с вашим трупом вернувшиеся Гейдманы. Картина ясна: невменяемый художник зарезал жену и потерял сознание. Серега, что было в мешке, которым заведующая ударила его?