Чтение онлайн

Его хватка усилилась. Если бы не быстрая регенерация, остались бы синяки.

— Так вот, — он продолжил, — недомолвки и закрытость — это подсознательное стремление не пустить никого в свой внутренний «кокон». Желание порадовать детскую потребность быть хорошим, соответствовать ожиданиям других, а свои желания, а главное — нежелание и недовольство — скрывать как «плохие» эмоции. Моя жена принимает меня со всеми моими хорошими и плохими сторонами… как и я её.

— Значит… она знает, — внутри было пусто. — Так что это? Государственный заговор? Измена? Провокация войны?

Принц-консорт расхохотался.

— А ты забавная!

***

Я не успела ничего ответить. Музыка стихла, танец завершился. Принц-консорт подвёл меня к мистеру Йорку.

Присутствующие тихо перешёптывались и вытягивали шеи, чтобы разглядеть всё получше.

Когда Его Высочество занял место подле королевы, мистер Йорк собрался было сопроводить меня к Нейтону, который уже сам направился в нашу сторону. Я едва заметно качнула головой. Нейт недоумённо остановился.

— Мистер Йорк, — я сжала ладонь на его локте, — проводите меня на балкон, хочу подышать воздухом, боюсь, танец с принцем вскружил мне голову.

Ректор хмуро уставился на меня:

— Александра, вы уверены? Возможно, Уотерфорд справится с этим лучше?

— О, не хочу его волновать напрасно, — я потянула его к балкону, на который указал принц.

Когда вокруг стало не так людно, быстро зашептала:

— Мистер Йорк, я знаю, что вы как-то замешаны в делах «Цеха», понимаю, что своей репликой, поддерживающей моё происхождение, вызвали недовольство принца и, ради всего святого, если вы являетесь действительно другом моему отцу… — всё же замолчала, я не могла относиться к папе, как к чужому человеку, и называть его официально холодно. — Если вас двоих связывают добрые отношения — помогите мне. Скажите, вы знаете, где он?

Мышцы под моей рукой напряглись.

— Всё не так, как вы представляете, Алекс. Белое не всегда добро, а черное — зло…

— У меня нет времени на философию, мистер Йорк! — я подняла юбки, перешагивая через порожек балкона. — Вы знаете, где мой отец?

Ректор отрицательно качнул головой:

— Это известно очень тесному кругу лиц.

— Принц знает?

Ричард сощурил глаза:

— Что он вам сказал?

— Ничего конкретного. Сказал, что даст возможность узнать о судьбе отца, — подошла к краю балкона, выглядывая вниз: темно и пусто. — Дал слово, что мне не грозит опасность. Но…

Я обернулась, стремительно преодолев расстояние, разделяющее нас, обняла опешившего от моей прыти мужчину.

— Что вы…

— Сейчас я перемахну через бортик и встречусь с доверенным лицом принца. Если не появлюсь через полчаса — скажите Нейтону, пожалуйста. Меня предупреждали на ваш счет, мистер Йорк, просили не доверять. Но кроме вас мне сейчас не на кого положиться! Я не прошу вас о чем-то невозможном, пойти против соратников… просто скажите Нейту.

Ричард Йорк смерил меня нечитаемым взглядом.

Не теряя больше ни минуты, я подошла к балкону. Завязав юбки узлом на боку, уселась на край бортика, перебрасывая ноги.

Отрешившись от всего, почувствовала, как кошка внутри меня настороженно сканирует территорию, готовясь к прыжку.

«Давай сделаем это, малышка».

Оттолкнувшись руками от перил, я полетела вниз.

Приземление было не очень. Похоже, я подвернула лодыжку.

«Как ты умудрялась в моем теле так ловко прыгать?» — осуждающе пожурила кошку, помня, что ей удавалась проделывать.

«Контроль был моим, — фыркнула она. — А теперь мы вместе. Ты всё еще боишься мне доверять в человеческой ипостаси».

Это правда. Я боялась потерять себя. С момента первого оборота в наших отношениях многое изменилось. Мы стали прислушиваться друг к другу, восстанавливая доверие, привыкая сосуществовать в обеих ипостасях одновременно. Она перестала выходить на первый план, закрывая меня глубоко в подсознании. Пора бы и мне забыть о прошлом.

Помассировала регенерирующую ногу, одновременно принюхиваясь.

«Странно, — я нахмурилась, развязывая юбки и поправляя образовавшиеся складки. — Пахнет химикатами, как у отца в лаборатории, и больше ничего».

— Э-эй! — тихонько позвала.

— Вот мы и одни, — знакомый голос заставил сердце ускорить ритм. Мутное и безрадостное облегчение сменилось тревогой и чувством опасности.

Стремительно развернулась, но было уже слишком поздно. Киллиан прижал к моему лицу платок, насквозь пропитанный каким-то снадобьем. В шею вонзилось нечто, кусающее сотней иголок, я попыталась сорвать металлическое приспособление, но оно еще больше вонзилось в плоть, оплетая, словно ошейник.

— Тиш-ше, дорогая. Паучиха-Берта увеличит дозу токсина, если ты будешь больше трепыхаться, — зашептал он на ухо, перехватывая мои руки за спиной. — Сейчас немного поспишь, а уж потом у нас будет достаточно времени для разговора. Я поведаю тебе намного больше, чем этот недомерок.

Киллиан махнул головой в сторону кустов. Там без сознания лежал седовласый мужчина. Ускользающим сознанием я отметила, что он не подавал признаков жизни.

Тем временем Киллиан перебросил меня через плечо:

— Даже больше, — он нежно огладил мои ягодицы, одновременно похлопывая, — я не только расскажу всё, я покажу тебе.

Глава 28. Не прошло еще время жестоких чудес

Глава 28. Не прошло еще время жестоких чудес

Я дрейфовала в океане боли, хватаясь за что-то прозрачно-хрупкое… какой-то стеклянный ящик. Моя щека лежала на гладкой холодной поверхности, а сама я смотрела пустым взглядом на нескончаемую водную гладь, сотканную из крови, кусков мяса и оторванных конечностей.

«Очнись!»

Голос кошки был требовательным, настойчивым. И он вновь звучал отдельно от меня.

«Не хочу», — зачем-то ответила стеклянному ящику.

«Хватит скулить и прятаться! — взвизгнула с яростью она. — Очнись!»

«Нет».

«Раз не хочешь, это сделаю я»!

Не стала спорить, так как даже на это не было сил.

В ту же минуту стеклянный ящик взорвался. Длинные и тонкие осколки впились в лицо, один из них распорол щёку до кости, но я не успела ощутить боль от порезов — в тот же миг на меня обрушилась волна раскаленного воздуха, опаляя, сжигая весь кислород. Мой рот раскрылся в крике.