Чтение онлайн

Беллоуз снял шляпу, бросил её на землю и взъерошил волосы. Одно из двух: либо он великолепный актёр, либо так же поражён увиденным, как и я. Спотыкаясь, он двинулся вперёд, чтобы войти в трейлер, но я дёрнула его за рукав:

— Вам нельзя внутрь, — сказала я. Сначала полиция должна всё осмотреть.

Если брать в расчёт пентаграмму на стене, то же самое должен сделать и Орден, но об этом я предпочла пока не упоминать.

— И мы же не знаем, есть внутри ловушки или нет. Если войдете, можете что-то спровоцировать.

Беллоуз побледнел, хотя ещё минуту назад казалось, что бледнее быть просто нельзя.

— Эээ… — протянул он.

— Да, понимаю, — кивнула в ответ я.

К нам подошли два охранника.

— Что тут? — спросил один из них, хотя видел то же самое, что и я.

У его напарника сообразительности было побольше:

— Нужно немедленно оцепить место, — рявкнул он. — Кто-нибудь, вызовите полицию. Никому не входить, — он развернулся ко всё ещё постанывающему Маркусу. — Выясните, какого чёрта тут произошло!

Моррис Армстронг, выглядящий сейчас на удивление деликатным, взял всё в свои руки. Он отогнал всех и присел на корточки перед Маркусом.

— Что случилось? — мягко спросил он. — Нам нужно знать, Маркус. Тебе надо взять себя в руки.

Маркус обхватил себя руками, с его губ по-прежнему слетали только нечленораздельные стоны.

— Видимых травм нет, — сказал один из медиков, — но его всё равно нужно обследовать.

Армстронг кивнул и снова заговорил:

— Маркус, расскажи, что произошло. Почему ты был в трейлере Тревора?

Именно это завуалированное обвинение в том, что он что-то замышлял, пробилось сквозь панику, и Маркус смог собраться. Немножко. Он всё ещё трясся как осиновый лист, а голос его, когда он заговорил, был чуть громче хриплого шёпота.

— Я пошёл за тростью мистера Беллоуза.

Мы все посмотрели на Тревора. Он сглотнул и кивнул, пурпурная мантия слегка трепетала на ветру.

— Посох. Я забыл его внутри и отправил за ним Маркуса.

Его посох? Кем он себя возомнил? Гендальфом?

— Хорошо, — сказал Армстронг. — Это хорошо. Что потом?

Бедный Маркус, казалось, готов был упасть в обморок.

— Я вошёл внутрь. Я был уверен, что там никого нет. Сам трейлер выглядел пустым. Я пошёл в угол и взял пал… посох. А потом что-то ударило меня по затылку. Придя в себя, я оказался окружён кровью. Она была везде.

Он снова начал стонать. В любую секунду он мог снова начать кричать. Кому-нибудь, вероятно, надо сделать ему чашку сладкого чая, но инициатива не должна исходить от меня: стоит высунуться — и меня отошлют подальше. А мне нужна вся возможная информация о произошедшем. Винтер не порадуется, если я упущу важные детали второго убийства, потому что ждала, пока закипит чайник.

Армстронг взглянул на Беллоуза.

— В котором часу ты послал его за посохом?

Беллоуз почесал голову.

— Это было где-то после финальной проверки звука, то есть, где-то в…

— Сразу после десяти.

Беллоуз отрывисто кивнул в знак согласия.

— Полагаю, да, — он прочистил горло и попытался добавить своим словам уверенности, — после десяти.

Я задумчиво постучала пальцем по губам. Предполагалось, что съёмочная площадка — закрытое место. Значит, либо кто-то из членов команды пробрался внутрь, когда никто не видел, либо кто-то извне всё-таки нашёл возможность проникнуть сюда.

Казалось невероятным, что кто-то устроит столь кровавое представление и при этом останется сам абсолютно чистым, однако очевидно, что никого — кроме Маркуса, само собой — хоть немножечко запачкавшегося поблизости нет. Я отступила и вынырнула из общего столпотворения, в котором люди продолжали заламывать руки. Просто немыслимо, чтобы убийца спокойно вышел через дверь, и никто этого не заметил.

Смышлёный охранник раздавал указания другим. Я похлопала его по руке. Он замолк на середине предложения и посмотрел на меня сверху вниз.

— Вам нужно выяснить, кого здесь нет, — сказала ему я. Другими словами, кто истёк кровью.

Он угрюмо посмотрел на меня.

— Мы именно этим и занимаемся.

Я наблюдала, как подошедший Мазза протянул ему планшет с длинным списком имён. Полиция приедет раньше, чем он проверит хотя бы четверть.

Я позволила ему заниматься этим, а сама направилась к задней части трейлера и резко втянула вдох, заметила открытое окно. Оно было достаточно велико, чтобы кто-то мог через него протиснуться. С его края также стекала струйка крови. Это место проникновения. Помимо крови, я не видела других улик.

Я вычертила быструю руну, разоблачающую то, что скрыто, но всё, что она разоблачила — это кроличью нору у левого бока трейлера. Без криминалистической экспертизы здесь ничего больше не найти.

Я решила пока отложить тщательное изучение трейлера и повернулась в другую сторону. Там имелось временное ограждение, а за ним сосновый бор. Я осмотрела забор. Учитывая, что ограждение, вероятно, возведено съёмочной группой недавно, оно было на удивление крепким, но не особо высоким. Даже я, кажется, могла бы взобраться на него.

Я внимательно осмотрела протяжённость забора, сканируя каждый миллиметр, и, наконец, заметила что-то наверху, на высоте нескольких метров. Я нахмурилась и прошла сквозь высокую траву, чтобы рассмотреть находку поближе.

В нескольких местах зацепились растрёпанные пучки белых волос. Я приподнялась на цыпочки, чтобы удостовериться. Что — и почему — произошло в трейлере, всё ещё оставалось загадкой, но уже не такой катастрофичной, как казалось на первый взгляд. Я покивала себе, отступила назад, и как раз в эту секунду завыли первые сирены.

***

Скорее всего, прибывшие полицейские были из небольшого местного подразделения, не имевшего до этого дела с телевизионными съёмками и убийствами, но похоже, что свою работу они знали хорошо. Они немедленно оцепили место происшествия и взяли личные данные всех присутствующих. Естественно, грандиозное открытие «Колдовства» было отложено, если не отменено совсем.

В конце концов, нам разрешили уйти. Если по дороге сюда я была персоной нон-грата, то теперь сам факт того, что мне повезло первой оказаться около Маркуса, внезапно подарил мне нескольких приятелей. Несколько людей захотело сесть рядом, чтобы услышать моё мнение о том, кого и за что убили. И никто, похоже, не заметил, что все члены съёмочной группы присутствовали на своих местах.