Звёздные мальчики
Шрифт:
Иштван больше не мог оставаться в этом доме. Он вытер слезы и поднял голову. Цветок изменил цвет. Он стал красным, как кровь Лема на тротуаре. Его ветви вдруг затрепетали и сложились в большой бутон. Иштван понял, о чем думал сейчас Аи: перед ним встало доверчивое лицо Лема, его бесконечно добрые глаза, смущенная улыбка...
Цветок задрожал и вмиг рассыпался на тысячи красных осколков. Большая груда красного хлама лежала теперь на месте только что живого, загадочного создания. Иштван постоял, обессиленно опустив руки, и побрел к выходу. По всему дому лежали жалкие красноватые кучки - следы запоздалого, никому не нужного раскаяния.
Глава третья
Лотис
1.
Всё утро Арина крутилась, как белка в колесе. У нее было восемь посетителей: семеро по-настоящему больных и один мужичок со сглазом. Она очень устала снимать неизвестную, странную порчу, прилетевшую к нему по ветру. Когда все ушли, она без сил опустилась на скамью. Это был третий случай за неделю, и все трое рассказывали примерно одно и то же. Их все куда-то манило, звало. Но голосов они не слышали, ничего особенного не видели, и только одна мысль стучала в голове: скорее, скорее... Когда приступ кончался, все трое с трудом приходили в себя, с удивлением рассматривали окружавшие их предметы, не узнавали родных.
Случаи были тяжелые. Арина даже не была уверена, помогла ли она им, так как сразу не проверишь и нужно было ждать повторения. Чем больше мокошь размышляла над этим, тем сильнее у нее болела голова.
Она взяла из колыбельки Зоиньку и вышла на улицу. Резкий ветер гулял по деревне, собирался дождь, и улицы обезлюдели. Какая-то баба остановилась посреди дороги, удивленно на нее уставившись. Это было неприятно. Арина строго взглянула на нее и прошествовала мимо. Зоя проснулась и начала плакать. Арина не понимала, что с ней такое случилось сегодня, - внучка просто заходилась от крика. Все больше хмурясь, Арина прибавляла шаг. Когда она вошла в темный, почти обнаженный лес, дождь уже лил, как из ведра.
– Ты куда это собралась?
– раздался вдруг позади нее чей-то голос. Куда пошла?
– Арина удивленно обернулась. За спиной у нее стояла незнакомая светловолосая женщина.
– Куда ребенка понесла?
– все больше раздражаясь, продолжала женщина.
Она взяла из рук оцепеневшей мокоши надсадно кричащую девочку, и Арина вдруг увидела, что ребенок совсем раздет, а его голые ручки и ступни ног посинели от холода.
– Не узнаешь?
– пристально глядя на Арину, сказала женщина.
Арина смотрела на нее, широко раскрыв глаза.
– Я Лотис, - хмуро сказала женщина, кутая Зоиньку в теплый цветастый платок, который сняла с плеч. Она быстро пошла назад, к деревне. Арина побрела следом. Женщина вдруг остановилась, пораженная какой-то догадкой, и обернулась.
– Она звала тебя, да? Звала?
– Я не знаю...
– одними губами произнесла Арина. Лицо у нее было совсем белым, ее тошнило.
– Если Дуй появится здесь, дашь мне знать. Не вздумай убить его.
Арина кивнула.
– Ты соблюдаешь все обычаи?
– Конечно.
– Даже самые древние? Я говорю про детей.
Арина помялась и опустила голову.
– Да или нет?
– Да...
– Хорошо.
– Лотис удовлетворенно вздохнула.
– А внуки?
– Я не знаю...
Взгляд у Лотис стал неприятным.
– Говори!
– Мальчика отдали... в дальнюю деревню...
– А девочка?
– Я не знаю... Дочь погибла вдали от дома...
– Иди узнай.
– Я не могу... Мы всегда скрывали это от людей... Как я спрошу?
– Я жду!
Арина оделась и под проливным дождем пошла к Макару. Через полчаса она вернулась. На вопрос в глазах Лотис она отрицательно покачала головой. Лотис крепко сжала губы и прикрыла глаза рукой.
– Жалкие трусы, - сказала она.
Женщина ходила по тесной горнице враскачку, переваливаясь на коротких толстых ножках, как утка. Мальчик, сидящий на скамье у стены, хмуро наблюдал за ней. Женщина что-то нашептывала, поглядывая на него так, будто приценивалась к очень нужной, но непомерно дорогой вещи, и беспокойно теребила концы платка, повязанного на шее.
– Ты всегда такой смурной?
– наконец спросила она. Мальчик не ответил.
– Сколько тебе лет?
– Семь, - нехотя сказал он.
– А на вид - десять. О чем ты думаешь?
– спросила она, выглянув в темное окно и плотно задергивая занавеску.
– Очень вы, тетенька, на ведьму похожи.
Женщина медленно повернулась.
– Ах, ты, малявка...
– Она в изумлении помолчала, потом не выдержала и радостно захохотала: - Прямо в точку попал!
– Она хотела потрепать его по щеке, но он так глянул, что женщина застыла с протянутой рукой.
– Вот волчонок... Мать позови!
Мальчик встал и вышел из горницы.
– Вот что, милая, - сказала женщина появившейся в дверях матери мальчика, молодой чернявой бабе, - посылай его ко мне каждый четверг... Я отплачу. Все, что нужно. Да не болтай по селу, а то...
– Она взглянула на гостью. Та понимающе кивнула.
– Тебе повезло с сыном... Не мальчишка, а золото...
– А как с моим делом?
– спросила баба.
– Прямо сейчас?
– А чего ждать? Для меня каждый час - пытка... Видеть не могу, как они за ручку по деревне ходят... Кровь кипит...
– Больше не будут ходить, - успокоила женщина.
– Лотис, опять...
– Я ничего не чувствую. Откуда?
Арина кивнула на лес, тянувшийся по правую сторону от дороги, по которой они шли.
– Быстрее.
– Устала сильно, весь день идем... Тошнит...
– Скоро все кончится, терпи.
...Избушка стояла в самой чаще. Из трубы курился дымок. Ненастный осенний день подходил к концу, серое небо все больше темнело. На голых березах хрипло кричали вороны. Лотис с Ариной постояли, издалека разглядывая домик, в котором ярко горел свет.
– Пойдешь со мной?
– спросила Лотис. Арина нерешительно кивнула. Что, страшно? К сожалению, это не она.
– Как не она? Тянет, зовет...
– Зовет, да не она мне нужна!
– с досадой ответила Лотис и еще что-то добавила на чужом языке.
– Ну, пойдем, познакомимся.
Дверь, заскрипев, поддалась с трудом. Внутри было светло от зажженных зеленых свечей, горящих синим огнем. У круглого стола сидела толстая рябая баба и раскладывала перед собой какие-то мелкие предметы.