Чтение онлайн

Стол быстро соорудили с помощью выдернутых из гнезд и сдвинутых тумб, заодно вымахнув из них пожитки обитателей кубрика, теперь обреченных сидеть на боевом посту.

Среди пожитков обнаружилась и странно пахнущая трава.

— Это надо курить, — тут же сказал Начарт. — А курить так: зажечь немножко, она сухая, будет тлеть — а мы будем немножко вдыхать. Есть у кого-нибудь горелка или что-то в этом духе?

Эйрик, точно помнивший, что травку в Башню Раз принес один из жителей пограничных миров, зашелся в приступе хохота. Все потому, что травка помогала от запоров, если заваривать в кипятке. Эх, и славный же мужик этот майор Ивар Ярл! Кто бы мог подумать! Что ж, раз приказал — найдется в Башне Раз и горелка, зажжем и подышим дымом! А торгашка все-таки удивительно красива. Наверное, над ней работали хирурги, и на самом деле бабе лет шестьдесят… Но какая космодесантнику разница? Особенно, если он в походе.

Капитан десантной баржи «Атмосфера» Торгейр Громкий и сам давно привык называть себя Стариком. Доверенный ему братьями-викингами корабль болтался на орбите вокруг родной планеты более трех тысяч условных дней, и все это время капитан не покидал баржу. А зачем? Торгейр Громкий — человек одинокий, давно потерявший родителей. Флот для него — родной дом и семья. Вот только одно дело «Флот», это слово хоть и громкое, но в то же время уверенное, надежное. И совсем другое — «Великий Флот». Огромная, перенасыщенная вымпелами эскадра, отправляющаяся неведомо куда и неведомо зачем, да еще и под неведомо чьей командой, зато сколько шуму! «Поход столетия», «надежда поколений предков» и так далее. И ведет ее якобы юный герой во имя якобы святой цели по наущению якобы самих богов. Как же, так Торгейр Громкий и поверил, что эдакую массу людей и железа направляет Кетиль Флотоводец! Да у него и усов-то еще нет. За его спиной — Торстейн Рыжий, а тот наверняка поддерживает связь с Харальдом Толстым, фактическим правителем Союза Свободных, вот это похоже на правду.

Однако формально Великий Поход возглавляет Кетиль Флотоводец. И именно он, юнец, напомнил капитану «Атмосферы», как его на самом деле зовут. Столько приказов в единицу времени от высокого руководства Торгейр Громкий не получал никогда. Все начинаются: «Лично Торгейру Громкому, капитану вымпела Великого Флота десантной баржи „Атмосфера"». И далась же ему старая десантная баржа! Но вот далась — сперва послал проверить «Королеву воров», проклятый даже Локи пассажирский лайнер торгашей, а теперь чуть ли не криком кричит: гони скорее сюда! Вези пленных! Эй, вот еще: не смей их допрашивать! Нет, вот еще: за сохранность отвечаешь головой! И гони, гони, важен каждый час, мы стоим прямо напротив противника! Кетиль… Конечно, никакой это не Кетиль, а сам Торстейн Рыжий, конунг славный и уважаемый, но подписано-то: Кетиль Флотоводец! Обидно.

И никто даже не расскажет, что же там за противник, кого обнаружил перед собой Великий Флот. Старик приказал перехватывать все переговоры, какие возможно, — пусть связисты не скучают! Они и не скучали, действительно подготовили за у-час целый доклад. Удивительно, как много может услышать от пребывающего в режиме молчания Великого Флота находящаяся от него на порядочном расстоянии старая баржа с раздолбанной аппаратурой. И кое-где проскальзывают упоминания о вражеских кораблях. «Цель-1» и «Цель-2». Больше ни одной цели не упоминалось.

Выходит, враги смогли выставить против огромного флота викингов только два корабля?.. Отчего же тогда Торстейн и Кетиль не атакуют? Старик знал, отчего: ждут «Атмосферу», ждут пленных, надеются понять, что произошло с «Королевой воров» и батальоном десанта. Куда исчез лайнер, где он появится и появится ли когда-либо? Но при этом не позволяет допросить пленных… А насколько быстрее бы все вышло — прямо на барже парочке зажали бы пальцы ящиками стола… Специалисты кое-какие имеются. Да не только пальцы — там, вроде бы, и мужчина один есть. При этой мысли — «один мужчина» — Старик почувствовал укол в области сердца. Вот же повезло — баба на «Атмосфере»! Всем известно, что это означает. Баржа не вернется в порт приписки, кораблю скоро конец.

Командование, кто бы им ни являлся, не позволяло допрашивать пленных, вообще запретило с ними общаться. Этому Старик, вообще-то говоря, был даже рад. Если уж на барже есть баба, то он хотел бы держаться от нее как можно дальше. Потому что гибель баржи еще не означает гибели ее капитана… Но с другой стороны, выходило, что он везет адмиралам кота в мешке, не имея права сам в этот мешок заглянуть. «Атмосфера» надрывает едва залатанный центральный ускоритель, торопится к месту собственной гибели, а Торгейр Громкий, ее капитан, знает едва ли не меньше всех в Великом Флоте!

«Хоть бы ускоритель сломался совсем, что ли… — ворчливо подумал он. — Тогда придется Кетилю получать информацию через меня. Вот так, а я… А я поручу все это дело Начарту с докладом через каждые пять минут! И пусть он их там хоть на куски режет, торгашей проклятых. Впрочем, они сразу расколятся: все их республики высшей ценностью провозглашают человеческую жизнь. И в Валгаллу они не верят, если политинформационные каналы не врут. Впрочем, я и сам в нее не слишком верю… И большинство моих офицеров… Неважно. Главное, что вся информация пошла бы через меня, и не пришлось бы изображать из себя истукана. Я ведь на все готов: на бой, на смерть, на драку с Локи, но неизвестность выматывает все жилы… Да еще бунт зреет».

Мысли разбегались в разные стороны, сосредоточиться у Старика никак не получалось. Хотелось и допросить пленников, и держаться от них подальше, и добраться до места битвы, чтобы не зря пришлось тащиться в такую даль, и сломать своими руками этот проклятый ускоритель, чтобы у адмиралов не осталось другого выхода, кроме как допросить пленников на барже… Все суда, вышедшие из строя Великого Флота, по приказу Кетиля Флотоводца собирались в другом квадрате, в отдельное соединение, в «Эскадру Тира». И только «Атмосфера»… Ни там, ни тут!

— Начарт! — позвал капитан, наклонившись к пульту. — Майор Ивар Ярл!

— Слушаю, брат капитан, — отозвался спустя несколько секунд старший артиллерист баржи.

— Кто у меня занимается пленными торгашами?

— Я.

— Клюв от воробья! Как они там?

— Да ничего, кушают… — немного растерялся Начарт. — Я приказал накормить. Все же отвечаю головой, вот — забочусь.

— А чего у тебя голос такой странный? — насупился Старик. — Выпил? Честно говори, мы в походе: выпил?

— Нет, брат капитан, ни глотка! Только тонизирующее пью, клянусь копьем Одина.

— Ладно… Я вот что… — Старик замялся. — Ты мне обо всем докладывай, если что узнаешь, или как-то сообразишь, и…

От люка донеслось настойчивое гудение. Капитан мрачно уставился на вход в кабинет, надеясь взглядом прекратить это безобразие, но кто-то продолжал вызывать. Внезапно взъярившись, Старик ткнул в кнопку, не глядя на экран. Люк открылся, в кабинет буквально впрыгнул взъерошенный лейтенант-связист.

— Ты, гаомья отрыжка, совсем службу забыл?!!

— Перехват, брат капитан! Перехват! — Связист, не слушая, подошел прямо к столу. В дрожащих руках плясал листок с расшифровкой обрывка текста. — Перехват от Эскадры Тира! И от Великого Флота тоже… Там творится такое, что Локи когти обломает!

— Короче, — мрачно попросил побагровевший капитан. — Самое важное и вон отсюда.

— Ну… — Лейтенант сглотнул. — Один из двух вражеских крейсеров, что висели напротив Великого Флота, исчез. И тут же перехват от Эскадры Тира, которая собиралась позади нас: появился неопознанный корабль! Насколько мы понимаем, мгновенно появился! Сразу на «дистанции смертельного огня», он сходу вступил в бой! У них потери! Еще неизвестно, какие, я бегом к вам… Это, наверное, секретно?

— Чрезвычайно, — Старик выдохнул и полез в ящик стола за фляжкой. — Руки дрожат… Налей мне. Никому ни слова, в служебных помещениях чтобы чужих не было. Дисциплинарной команде у рубки передай, чтобы повысили бдительность. До предела повысили, только бунта мне не хватало! Через пятнадцать у-минут доложишь мне лично, вот ты, о развитии событий. Сиди, слушай, перехватывай все. Иди, служи.