Эро литература

В этом Йеннер ее вполне понимала. Ей и самой не хотелось проблем, но ее никто не спрашивал. К сожалению, Орст Вернер, почти двухметровый чистокровный берлинец и главный герой фантазии про подворотню, действительно вызывал у нее вполне однозначные желания — поставить на колени, трахать до криков. Симбионт…

Я не носила такой, но после семнадцати лет общения с бездушными пародиями людей, стала такой же. Стала лишь пародием. — Сестра, — Лила отложила вилку и нож. — Ты слишком самокритична. Ты стала социопадкой и вызвала к себе ненависть, — сонно пробубнила она, в тишине большого зала, это прозвучало громко…

Поэтому я продолжаю искать, пока, наконец, не нахожу. Там, в середине танцпола, двигается она. Ее пальцы зарываются в пряди, пока она раскачивает бедрами, закрыв глаза, сосредоточившись на звуке музыки, заглушающей все, что должно замолчать. Как раз как мне нравится. Я приближаюсь, пока она, наконец,…

– А ты останешься ночевать сегодня? – Да, – спокойно выдала она. – Уже не успею домой, буду здесь. В гостинице номер люкс свободен, и если ты не против, займу его. – Нет, что ты, – выдала, не испытывая особой радости, потому что она сегодня изведет всех наемных рабочих. Как всегда. И тут дверь распахнулась…

— На толстый практичнее, — подмигнула подруга, чокаясь со мной бокалом. — А ребенок…Это совсем другое. Тем более, я нашла клинику, которая предоставит проверенного донора, который даже не узнает о своем ребенке. А нет мужиков – нет проблем! — Ты еще такая молодая. Найдешь ты себе нормального мужика,…

Она смотрела на всё это, зажав рот ладошками. Удар — и в стекло врезалась огромная летучая мышь. Противный скрежет по стеклу прорвал плотину. Девушка истошно завизжала. Заметалась по комнате, заламывая руки в бессилии. Ещё удар — и ещё одна мышь прицепилась к стеклу. Их уже столько, что не видно света…

Набираю свой номер с ее телефона и сбрасываю звонок. Кладу телефон обратно в сумку и возвращаю хозяйке. — Хам! Наглец! Мерзавец! — слышу я тоненький голосок. Да. Это все я, детка. Приятно познакомиться. — Я позвоню и ты узнаешь меня ближе. И поймёшь, как же ты права, — говорю спокойно я и поправляю…

Для начала - не корчить из себя удобную девочку. Хорошо, что Денис... Он очень простой, открытый и дружелюбный. Слишком дружелюбный и немного зацикленный на себе, поэтому все мои «ошибки» почти не замечает А когда замечает - просто смеется и говорит, что я еще в универе была «Алисой Селезневой», так…

С момента, как Осень обнаружила, что она — Драгун и приняла своего дракона, чувства ее обострились, особенно зрение, которое позволяло ей видеть границы своего владения. Когда Осень и Кирэлл впервые прибыли сюда, граница Крубы простиралась до подножия двух гор, окружающих пик. Теперь же она расширялась…

— Diamine (Черт возьми — пер. с итал.)! — процедила сквозь зубы. Выдохнула и потёрла лицо ладонью. И что мне теперь делать? Просто ждать? Несколько часов назад я вышла замуж за Ивана, а потом он решил на минутку заглянуть в казино, а дальше… При очередном взгляде на широченную постель меня затрясло.…

Какое, блядь, клевое у меня сердце. Почему оно выбирает жизнь, а не смерть? Иногда мне хочется, чтобы оно не билось. Я даже думал о самоубийстве. Возможно, это было бы самым умным, что я мог сделать? Или самым тупым? Кто ж, черт возьми, его знает. Я-то точно не знаю. Так что я сижу тут и слушаю,…

Сегодня я не хочу ничего сверх. Секс. Оголенное до предела, живое удовольствие. Всё, что нужно этой ночью. Когда такое будет у меня в следующий раз даже не представляю. Достаю из тумбочки презерватив. Раскатываю по ноющему стволу. Подхожу к девушке, прижимаю её к себе. Трусь стояком о низ живота.…

Поэтому, когда они узнают, что их безупречный, совершенный ребенок на самом деле чудовище, нет ничего удивительного в том, что они не принимают правду. Некоторые винтики не вписываются в отведенные им места. Они заставляют машину подпрыгивать, их зубы слишком острые и слишком скрипучие. Они как квадратные…

Каллум, мой старший брат, и Лиззи, казалось, всегда точно знали, чего хотели достичь, в то время как я чувствовала, что просто болталась без дела в надежде, в конце концов, наткнуться на нечто, способное сделать меня по-настоящему счастливой. Глубоко вздохнув, я посмотрела на большой бревенчатый дом…

У него все шлюхи, особенно мои подруги. Особенно Женька. Сашка с ней встречался, но недолго. Не сошлись характерами. Женька тоже девственница, даже Сашке не дала, но она все равно в его глазах шлюха. Самая главная в мире! Вот она мужская обида! Спорить с ним бесполезно, проще убиться об стену. Вот…

— Уверен, что хочешь этого? — по мокрому от пота торсу вились старые и новые наколки. Уж в чём, в чём, а в «синей болезни» Молох разбирался. Хаджиев исписывал себя не просто так. Он, по ходу дела, добавлял по наколке раз в неделю. Чаще нельзя. — А говорят, ваши тату не любят? — ответил вопросом на…

Я даже не слышу своих стонов, мотыльки в животе совсем сошли с ума, выламывая мне ребра. — Ты хочешь крови? Не понимаю, о чем он, снова смотрю в глаза, а мужчина опускает свой взгляд на наши руки. Я так впилась ногтями в его кисть, что еще немного, и точно прольется кровь. — Извини, — дергаюсь,…

— И мне опять придется брать работу на дом. — Как итог, процедил тот. — Ну, ты на то и Хьюго Хейз, чтоб перевыполнять план и сдавать отчеты вовремя… — последние слова он тянул, будто подчеркивая их важность, и криво улыбался, прищуривая глаза. — И что ты этим хочешь сказать? Что ты на то и Эд Флойд,…

Это постоянная мука. Угождая сезонным паразитам, этим инвазивным видам, которые используют нас, местных жителей, высасывают досуха и оставляют после себя мусор. И все же этот город вряд ли существовал бы без них. — Йоу! Дай мне уже мои шоты! — снова рявкает клон. Я киваю, как бы говоря, что иду…

— Нам пора, — тяжко вздыхает он. — Сейчас будут представлять нового генерального. — Взяв пиджак, надевает его и поднимает мою шпильку. — Тебе уже говорили, кто он? — Нет, — пожимаю плечами. — Наверное, Афанасьевич еще сомневается, выходить ему на пенсию или еще поработать. — Его не оставят. Решено…