Классическая проза

Наша роковая и столь злосчастная дружба завершилась для меня катастрофой и публичным позором. Тем не менее память о нашей прежней привязанности все так же во мне жива, и мне было бы грустно думать, что может наступить такое время, когда ненависть, горечь и презрение займут в моем сердце место, принадлежавшее…

— Ах, сделайте одолжение! — пролепетал Тусман. — Я правитель канцелярии! Правитель канцелярии и в эту минуту совершенно растерявшийся правитель канцелярии! Извините, если я не называю вас надлежащим титулом, но это потому только, что не имею чести вас знать. Впрочем, я позволю себе называть вас тайным…

Когда Сара вышла, Нагель продолжалъ стоятъ посреди комнаты. Онъ стоялъ совершенно тихо. Цликомъ поглощенный чмъ-то, недвижно созерцалъ онъ одну точку на стн и самъ не замтилъ, какъ голова его все больше и больше склонялась на бокъ. Это продолжалось долго. Онъ былъ ниже средняго роста съ смуглымъ лицомъ,…

С первых же строк, как только появляется перед читателем сам Георг Гейслер и передается поток его мыслей, упомянуто имя Валлау. Это он организовал побег семи заключенных. Эрнст Валлау, несгибаемый, испытанный во многих боях коммунист, присутствует лишь на немногих страницах романа: в трагически сильной…

Ящик этот, как я уже сказал, был длинный. В нем было около шести футов от одного конца до другого и около двух с половиною в ширину; я рассматривал его внимательно. Форма его была какая-то особенная, и как только я его увидал, то вполне убедился в верности своей догадки. Читатель, вероятно, помнит заключение,…

В течение года старый Гаек ездил в Вену не регулярно, а лишь в тех случаях, когда набирался груз полотна, в остальное же время занимался хозяйством. Иржику несколько лет пришлось учиться в школе, а потом он еще ходил к пану патеру на дополнительные уроки. Когда научился считать, писать и читать по-чешски,…

Зала затаіла дыханне. Усе напятыя, чакаюць першага гуку… Як гэта пачнецца? Пачалося! Бібі ўказальным пальцам здабывае гук з сярэдняга рэгістру, нечакана моцны гук, які нагадваў трубны. Новыя гукі сплятаюцца з ім, узнікае інтрадукцыя — зала пераводзіць дыханне. Гэта шыкоўная зала ў адным з самых модных…

— Это, наверно, было непростое времечко, — заметила Аннабель. — Но дальше начались новые трудности. Я не могла допустить, чтобы обычное наводнение уничтожило все воспоминания о том королевском дерби. И я сообщила епископу, что большая спальня с письменным столом и маленькая ванна с достаточным запасом…

Поезд остановился на другой маленькой станции, и два человека вышли. Один из них забыл в вагоне номер «Аргуса», местной газеты, на которую он ссылался. Алетия бросилась на этот листок, ожидая обнаружить внутри культурное литературное выражение того осуждения, которое эти грубые поселяне выразили домашним,…

Но там все ставни закрыты. Мы их только в праздники открываем. — Ах верно, только в праздники. Ну, так я пойду наверх, к маменьке в комнату. — Как вам будет угодно. Вы же отлично знаете, что вы здесь хозяин. Наверху кровать была уже застелена и все прибрано. Зимою и летом мать его вставала в пять…

Сделав несколько шагов по направлению к дому, Плакудин произнёс: – Васса Макаровна, вы мне хотите что-то сообщить? – Я уж сказала! – отвечала Барвинская, обращая к нему лицо в ожидании, не сострит ли он как-нибудь. Физиономия Плакудина, однако, хранила невозмутимое выражение. – В таком случае…

Два старших брата Тадатоси носили фамилию Нагаока. Две старшие сестры его вышли замуж и жили теперь в семействах Дзэнно и Нагаока. Здравствовал еще и сам старик Сансай Сорю, ему исполнилось семьдесят девять лет. В момент смерти Тадатоси он, как и старший сын покойного Мицусады, направлялся в Эдо, другие…

— Господи! Все кончено… Господи, что будет со мной? Дождь возобновился; подхлестываемый ветром, он несся по набережной, словно поток, прорвавший плотину. — Ну хватит, я ухожу, — сказал Клод, — немыслимо здесь оставаться. Оба они совершенно промокли. При тусклом свете газового…

Что же до меня, то я с трудом мог вообразить, чем бы я стал заниматься на улице в столь поздний час, то есть после десяти вечера, и улегся в постель в грустном расположении духа, говоря себе, что, наверное, так будет каждый день, поскольку потерял всякую надежду на то, что в этой пришедшей в упадок столице…

Яан сперва отказывался: он, мол, сам пойдет и купит. Он в самом деле собирался зайти в лавку, но в кармане у него было всего три копейки; шесть крошечных рогулек дали бы ему за них, и разве решился бы он съесть хоть одну, как бы ни ныло в желудке, если в доме его ожидали трое голодных ребятишек — брат…

Эсэсовцы быстро обыскивают Вюста. Вюст делает шаг назад. Вюст ( сердито ). Что это значит? Мы не убийцы! Эсэсовец ( равнодушно ). Приказ! Вы откуда? Вюст . Из армии Буссе. [2] Вот. ( Показывает документы. ) Эсэсовец . Документы предъявите там! Оба идут в бункер. Их снова останавливают:…

Переход на другой язык дался Набокову очень нелегко и был сопряжен с огромными трудностями, хотя он свободно читал, писал и говорил по-английски с раннего детства и три года учился в Кембридже. «Когда, в 1940 году, я решил перейти на английский язык, – объясняет он в предисловии к „Другим берегам“, –…

— Знаю. Но тогда денегъ не было. Я на заводъ-то пришелъ голодный, а не токма что деньги. Радъ былъ, что до хозяйскихъ харчей дорвался, бормочетъ блокурый парень. — А когда расчетъ получилъ, отчего четвертухи товарищамъ не поставилъ? У насъ, братъ, за это бьютъ, больно бьютъ, всю душу вышибаютъ, а тебя…

Священный долг коммунистов не только поддержать тов. Вдовушкина, но и организовать решительное наступление на стратегические и сырьевые интересы США во всех важнейших регионах мира (см. посланные мною еще в июне на изнанке молочного пакета январские тезисы). Только тупицы из шайки Маха - Авенариуса…

Сан Доменико близ Фьезоле, 19 апреля 1898 *** Довольно ли я уже спокоен и зрел, чтобы начать этот дневник, который хочу вложить в Твои руки, — этого я не знаю. Но чувствую, моя радость останется далекой и тусклой, пока — хотя бы в виде кое-каких излившихся из сердца и откровенных записей…