Классическая проза

Китъ въ короткое время сдлался полезнымъ членомъ въ дом. Изъ него вышелъ не только хорошій конюхъ, но и порядочный садовникь. Кром того, въ свободное время онъ прислуживалъ въ комнатахъ и ходилъ за молодымъ бариномъ, который безъ него не могъ обойтись и съ каждымъ днемъ оказывалъ ему все боле и боле…

— Если бъ я такъ же молчалъ, вы никогда не увидли бы предмета, о которомъ я васъ сейчасъ спрашивалъ, — замтилъ Ламль, принимая мрачный видъ. — Послушайте, Ламль, — заговорилъ опять обаятельный Фледжби, спокойно ощупывая свои бакенбарды, — это ни къ чему не поведетъ. Вы меня на разговоръ не заманите.…

— Не буду больше! Право, не буду! Прости! — Замолчи! — сказала миссъ Ренъ, закрывая рукою глаза. — Я не могу тебя видть. Ступай наверхъ, принеси мн шляпку и шаль. Будь хоть чмъ-нибудь полезенъ, негодный, и хоть на минуту уйди прочь съ моихъ глазъ. Онъ покорно вышелъ, шатаясь на дрожащихъ ногахъ,…

Но нет вечного счастия в этой жизни! У Ивана Трофимовича была однофамилица, и даже несколько сродни, из дворян, – вдова Марфа Осиповна Зернушкина. Случись у ней какое-то дело в городе Реженске: никак, кто-то у ней мельницу околдовал, ртути в плотину напустил. Марфа Осиповна была женщина бойкая, умная,…

Так случилось однажды, как теперь помню, в глубокую осень. Дождь с изморозью лился ливмя, реки катились по тротуарам, и ветер задувал фонари. В гостиной, кроме меня, сидели человека четыре в ожидании своих партнеров. Но партнеров, кажется, испугала погода, а мы между тем занялись разговором. Разговор,…

Сегодня к папеньке принесли большие свёртки, он развернул их на столе, и я увидела какие-то престранные картинки. Я никак не могла понять, что это такое. Папенька сказал мне, что это географические карты. – «На что они служат?» – спросила я его. «Они изображают землю, на которой мы живём», – сказал он. –…

Бояре еще в первые годы царствования Петра Великого на место нынешних мундиров надевали богатые золотые, бархатные и объяристые ферези, в которых, по указу 1680 года, должны были являться ко двору. Ферезею называлось и женское платье; последнее они носили с поясом. Обыкновенно русские ходили без перчаток.…

При вступлении русских в Париж и по получении о том известия, поставлен был на сцене балет Огюста «Гений благости». Это был аллегорический апофеоз виновнику славы России, Александру Благословенному. При перемене декораций аллегория оканчивалась, и победители являлись в Париже, где побежденные и победители…

Татищев рассказывает, что Тимофей Архипыч его недолюбливал за то, что он не был суеверен и руки его не целовал. «Однажды, – пишет Татищев, – перед отъездом в Сибирь, я приехал проститься с царицей; она, жалуя меня, спросила оного шалуна: скоро ли я возвращусь? Он отвечал на это: „Руды много накопает,…

– Ну-ну! – послышался опять отдаленный окрик его, и кобыленка потянула опять свою соху. Всё это мне разом припомнилось, не знаю почему, но с удивительною точностью в подробностях. Я вдруг очнулся и присел на нарах и, помню, еще застал на лице моем тихую улыбку воспоминания. С минуту еще я продолжал…

Антон Павлович Чехов Размазня На днях я пригласил к себе в кабинет гувернантку моих детей, Юлию Васильевну. Нужно было посчитаться. – Садитесь, Юлия Васильевна! – сказал я ей. – Давайте посчитаемся. Вам, наверное, нужны деньги, а вы такая церемонная, что сами не спросите... Ну-с... Договорились…

Отец Гонсага, в ожидании окончательного суждения о происхождении пленника, пытался противостоять нахальным выходкам толпы, увещевая ее с доморощенным вдохновением. Но письмо из Рима не обещало быстрого решения вопроса. Там тратили время на то, чтобы узнать, есть ли у пойманного пуп, не похож ли язык,…

— Открой лицо! Она отбросила капюшон. — Вот так! И давай мне весла. Теперь я сам буду грести. — Нет, нет, отец! Я, право, не могу. Отец! Не могу я сидеть так близко к нему. Он двинулся было к ней, чтобы перемениться местами, но, видя ее испуг, снова сел на место. — Что он тебе может сделать?…

— Ну, старик! — воскликнул Фледжби тоном легкой шутки. — Какую ты еще придумал хитрость, что сидишь закрыв глаза? Ты же не спишь. Лису врасплох не поймаешь, еврея тоже. — Нет, правда, сэр, я, кажется, задремал, — ответил старик. — Как бы не так! — возразил Фледжби с хитрым видом. — Других ты, может,…

Не мало времени потратил он на поиски розы среди травы, но, пожалуй, ещё больше на то, чтобы добыть эту розу. К утреннему водопою он должен быть у загона заменой степи. То-то будет ругаться старший гуртовщик! Ну и пусть! У кого на шляпе такая жёлтая роза, тому и гуртовщик не страшен. Вдруг его будит…

Это мы выписали из протокола, составленного секретарем Пикквикского клуба. «Посторонний наблюдатель, — прибавляет тот же секретарь, — быть может, ничего необычного не заметил бы в почтенной лысой голове и круглых очках, пристально устремленных на его секретарское лицо в продолжение чтения означенных…

Мистическое посвящение Герцык не связано с модным увлечением соловьевской софиологией или софийной мистикой (как у Блока или Белого) или преодолевающим половые разграничения дионисийством Иванова — оно совершается как приближение к становящейся мифом отцовской фигуре. «Другое» для Герцык — это Он, Бог…

Василь Быков Эстафета Он упал на заборонованную мякоть огородной земли, не добежав всего каких-нибудь десяти шагов до иссеченного осколками белого домика с разрушенной черепичной крышей – вчерашнего «ориентира три». Перед тем он, разорвав гимнастерку, пробрался сквозь чащу живой изгороди, в которой…

Максим Горький. Песня о буревестнике. Над седой равниной моря ветер тучи собирает. Между тучами и морем гордо реет Буревестник, черной молнии подобный. То крылом волны касаясь, то стрелой взмывая к тучам, он кричит, и — тучи слышат радость в смелом крике птицы. В этом крике — жажда бури! Силу гнева,…

Родился в 1905 году в хуторе Кружилином, станицы Вешенской, бывшей Донской области. Отец — русский, мать — украинка. До 1918 года я учился в гимназии, но начавшаяся в ту пору гражданская война прервала мое учение, и с 1918 года я стал работать. За пять лет переменил много профессий. С 1923 года начал…