Любовные романы

— Что, например? — Сама не знаю. Да что угодно. — Элламария перевела взгляд на Кейт. — Вот что мне непонятно, так это — почему? После многих месяцев воздержания ты ведь, казалось бы, просто на стенку лезть должна! Кейт визгливо захихикала, а Элламария содрогнулась. — И как ты только можешь смеяться,…

— Спокойная жизнь с капитаном Джеком? — Джордж ухмыльнулся. — Ни за что на свете не поверю. Глава 1 Май 1811 года Западный Норфолк Кит Кранмер сидела, прижавшись носом к окну кареты, и заново переживала прошлое. Шпиль таможни и старая крепость замка Райзинг остались позади. Впереди был поворот…

Но слов не было услышано. Лишь губы беззвучно шевелились. Анжелика прижала его холодную ладонь к своей щеке. - Папа. Папочка, - пробормотала она. Кап-кап, обожгли слезинки руку Армана. - Non, non, ma petite* **Нет, нет, моя малышка (фр.)**, - сказал он. - Не стоит из-за меня плакать. Анжелика…

Скованная ужасом, я вся дрожала от страха. Вдруг я почувствовала, что в руках и ногах исчезла нервная дрожь. В голове возникла ясность и лёгкость. Настроение улучшилось, страх стал постепенно исчезать. Всё тело стало воздушно лёгким. Через несколько минут мне уже было легко и весело. Хотелось необыкновенных…

— Я люблю Каролину, сударь, и у меня есть все основания полагать, что она отвечает мне взаимностью. Я оплачу векселя. Вам не придется обеспечивать Каролину. Я сам буду содержать ее. Мы можем жить в имении моей матушки в Дорсете. Вашей дочери ничто не грозит, уверяю вас — Джек старался говорить твердо,…

— Это и есть причина вашего внезапного визита? — Да. — Вы были правы, погода прекрасная. — Лайонел, не стану тебе лгать: я рада, что все открылось вовремя. — Как вы узнали? Вы знали, что она изменяет мне с Моресси? — Садись в экипаж, все узнаешь по дороге в Лондон. Следом за ней Лайонел сел в экипаж,…

Уголком глаза он уловил движение и тотчас же среагировал, перевернувшись в воздухе и принимая истинный вид, одновременно благодаря листья за защиту от невидимой серебристой сети, направленной чтобы опутать его. Копья ввинчивались в воздух одновременно с крошечными дротиками, на конце которых был яд,…

«А посему мы предаем тело ее глубинам, где ему суждено превратиться в прах…» Все шеи вытянулись с любопытством, когда парусиновый сверток был поднят и просунут в один из пушечных портов. Флаг оттянули назад, и тело со всплеском упало в море. Этот звук на миг отразился на нескольких лицах. Вдруг раздался…

Она успела привыкнуть к интересной и независимой жизни, ее дни были наполнены делами и хлопотами, призванными обеспечить настоящее и будущее одинокой, но вполне самодостаточной женщины. И жизнь эта кончилась сегодня, разрушенная злой и безжалостной волей. Вместо налаженного, пусть и не слишком веселого…

Мы, все трое, сидели у стола. Остальные девушки — дворовые служанки, горничные, судомойки — сбились по углам в перешептывающиеся и хихикающие стайки, терпеливо дожидаясь своей очереди. — Нет. Абсолютно ничего не вижу, — я как можно беспечнее пожала плечами, стараясь ничем не выдать охватившей меня…

Стук в дверь возвестил о приходе референта Филиппа, Джоуэла Кемпа. Обычно являющийся воплощением уверенности в себе Джоуэл сейчас мнется на пороге кабинета, смущенно тиская в руках лист бумаги. — Да?! — нетерпеливо воскликнул Филипп. Джоуэл откашлялся. — Выборочная проверка выявила финансовые проблемы…

Измотанный почти двухчасовым заплывом, Иван приближался к берегу, на котором все отчетливее и чаще звучали довольные голоса отдыхающих. «Нет, жрачки, жрачки-то сколько! А вино, гады, бодяжат! Знают, сволочи, русскую душу, а? Если б они вино не бодяжили, давно бы уж все отели по миру пошли… Ах, черт,…

Девушка наконец оседлала его и, чувствуя, как его плоть заполняет ее, изогнулась дугой и прошептала: — Ты и впрямь самый восхитительный из всех жеребцов! — Голубые глаза Мэри непроизвольно закрылись, и она выдохнула: — Какой же ты большой! Ты невероятно громадный! — раздавался ее шепот в полутемной…

Tea продела руки в лямки корзины и закинула ее на спину. Она еще постояла в нерешительности, глядя вслед медленно бредущему в неизвестность каравану, теперь похожему на странную живую ленту, хрипящую и скрипящую, рявкающую и патлатую, и только нежный звон колокольчиков на шеях вьючных верблюдов не предвещал…

Поскольку в карете по обе стороны имелись поручни, можно было ухватиться за них, оттолкнуться и вылететь на тротуар, прямо к двери того казино, которое он только что покинул, а пуля тем временем безобидно прожужжала бы над головой. Возможно. Хотя пистолет казался довольно тяжелым — владелица с усилием…

– Одиннадцать. И ты не имел ничего против, так что не изображай обратное. Торжествующая улыбка Тори могла бы растопить сердце статуи; она убрала выбившуюся из-под шляпки прядь волос, кокетливо улыбнувшись спутнику. Ее лицо обрамляли золотисто-каштановые волосы, обычно тщательно причесанные, но сейчас…

– Чем я могу вам помочь? – У меня небольшая проблема с дочерью, ее зовут Сьюки. – Смазанные гласные выдавали жительницу Среднего Запада. – Сколько лет вашей дочери? – В ноябре будет шестьдесят семь. Нора рассмеялась: – Как видно, некоторые проблемы вечны. Вы согласны, Мардж? Во всяком случае, проблема…

Так умирали короли. Его тоже называли королем своего ремесла… Одно обидно: такой острый момент в жизни – смерть, – а его толком и не обмозгуешь и уроков на будущее не извлечешь. Бессмысленно как-то устроено это событие, честное слово. Некоторые люди считают, что смерть – вообще смысл всякой жизни,…

— Да нет же, пахнут, — сказала Лилиан. — У каждого из нас есть свой запах. Неужели ты не замечала? У одних кожа пахнет, как горький миндаль или фиалка, а у других… — Другие пахнут сливой, или пальмовым маслом, или свежим сеном, — подхватил Неттл. Лилиан взглянула на него с одобрительной улыбкой: — Именно…

Танон покачала головой, но поймала его взгляд, направленный в сторону Роджера и других ребят, стоявших у подножия холма. Мгновение спустя Вильгельм нежно поднял ее на руки. Танон не сомневалась, что ее Вильгельм был выше, чем дерево, с которого она только что упала, но верила, что он никогда не уронит…